СМИ

© РИА Новости, Михаил Климентьев | Перейти в фотобанкПозволит ли российско-малийское соглашение о военном сотрудничестве и безопасности, подписанное на фоне растущих трудностей французских сил по поддержанию порядка в Мали, создать российскую сферу влияния, как это было в ЦАР? Российскому руководству не стоит пренебрегать наличием золотоносных рудников, высоким спросом на оружие и антифранцузскими кампаниями в Бамако.26 июня 2019 года министр обороны России Сергей Шойгу и его малийский коллега генерал Ибрахим Дахир подписали соглашение о военном сотрудничестве и безопасности. Соглашение было подписано на фоне растущих трудностей французских сил поддерживать порядок в Мали. Соглашение о военном сотрудничестве между Москвой и Бамако было подписано во время Международного военно-технического форума «Армия- 2019», на который приехало большое количество африканских военных чинов. Во время холодной войны в 60-х и 70-х годах, когда президентом Гвинеи был Секу Туре, Мали под руководством Модибо Кейта было одной из пешек бывшего СССР в Западной Африке. Бывший СССР усилил свое военное, культурное и горнодобывающее сотрудничество с панафриканским и антизападным режимом Бамако. СССР присутствовал во всех сферах жизни Мали. Сейчас Новой России легко напомнить о «золотом веке» российско-малийской дружбы и указать пальцем на неоколониализм и ошибки франко-малийского сотрудничества. В современном Мали одно массовое кровопролитие сменяется другим. В то время как борьба с джихадистами обещает быть долгой, стычки между фулани, туарегами и догонами продолжаются. В Сахеле, и особенно в Мали, действия Франции, в частности ее операция «Бархан», подвергаются жесткой критике. Сейчас это переросло в ожесточенные протесты, особенно в связи с поддержкой президента Ибрагима Бубакар Кейта и его коррумпированного режима, которая дискредитирует президента Франции Макрона и его министра иностранных дел Жана-Ива Ле Дриана. В Центральной Африке и Мали Жан-Ив Ле Дриан сыграл ключевую роль в попытке спасения двух стран и в провале этих военных операций, которые привели к национальному кризису в обеих странах. Как и в случае с ЦАР, Владимир Путин воспользовался исключительной возможностью прорваться в когда-то исключительно французскую «сферу влияния». Жан-Ив Ле Дриан был министром обороны при президенте Олланде в течение пяти лет (2012-2017). Мы помним эмоции Олланда 3 февраля 2013 года в Бамако, когда он заявил, что это лучший день в его политической карьере. Жан-Ив Ле Дриан был рядом и смог оценить ликование малийского народа по отношению к Франции и ее президенту. Операция «Сервал» должна была спасти Мали. В июле 2019 года министр иностранных дел Макрона Жан-Ив Ле Дриан в полной мере ощутил изменение отношения малийского народа. Операция «Сангарис», была направлена на защиту интересов ЦАР, операция «Сервал» — на спасение Мали, операция «Бархан» является частью борьбы с джихадизмом в Сахеле. И все же выводы очевидны: «мы идем неправильным путем». Французские военные эксперты серьезно сомневаются в эффективности действий Франции в Сахеле, особенно в Мали. Генерал Бруно Клеман-Болле, руководивший операцией «Ликорн» в Кот-д'Ивуаре, недавно прямо высказал все, что он думает о ситуации в Сахеле и операции «Бархан». 6 июня 2019 он заявил «Радио Франс Интернешнл», что «мы спускаемся в ад» и что ситуация напоминает ЦАР, где местные полевые командиры присвоили себе земли, которыми они правят как хозяева. После провала «Сангарис» в ЦАР можно задаться вопросом о будущем «Бархана» в Сахеле и, в частности, в Мали. Меньше чем за два года России удалось надолго укрепиться в ЦАР, при наличии 12 000 «голубых касок» из «Минуски» и французской военный базы в аэропорту Банги. Хартумское соглашение между властями Банги и повстанческими группировками было подготовлено российскими переговорщиками и советниками. «Группа Вагнера» принадлежащая известному олигарху Евгению Пригожину в настоящее время занимается наемничеством, разведкой, контролем над СМИ и, конечно же, добычей золота и алмазов. Антифранцузские настроения усилились в политических и медийных кругах ЦАР. Соглашение о военном сотрудничестве между ЦАР и Россией в сентябре 2017 года узаконило это новое положение дел. Будет ли так же с Мали? Позволит ли российско-малийское военное соглашение от 26 июня 2019 года «группе Вагнера» обосноваться в Мали, как это произошло в ЦАР? Золотоносные рудники, высокий спрос на оружие и перевозки и антифранцузские кампании в Бамако — это то, чем нельзя пренебрегать Кремлю.