СМИ

© РИА Новости, Сергей Пятаков | Перейти в фотобанкКитай с осторожностью относится к религиям, имеющим иностранным связи, но ему нравится Россия, считают авторы журнала. Поэтому, несмотря на то, что официально КНР признает лишь две ветви христианства — католицизм и протестантизм, а православие находится в «серой» зоне, там все же разрешили открыть церковь в Аргуне.В городе Аргунь, расположенном примерно в 60 километрах от границы Китая с Россией, праздник Пасхи в прошлом месяце надолго запомнится отцу Павлу Сунь Мину (Father Pavel Sun Ming). Из-за covid-19 он не смог открыть свою православную церковь для празднования Воскресения Христова. Но прошлогодний праздник Пасхи в Аргуне точно войдет в историю. Впервые за более чем 60 лет службу в этой церкви провел местный житель. Отец Павел недавно вернулся из России после посвящения в духовный сан. Наконец-то у паствы Аргуня снова появился священник. Отец Павел — всего второй официально признанный православный священник с того момента, когда Мао Цзэдун попытался уничтожить религию спустя несколько лет после своего захвата власти в 1949 году. Первым является Александр Юй Ши (Yu Shi), который был рукоположен в России в 2015 году, а сегодня служит в Харбине, примерно в 800 километрах к юго-востоку от Аргуня. Перед захватом власти коммунистами Русская православная церковь имела сильные позиции среди русских, живших в пограничных районах Китая. Они вступали в брак с китайцами, однако некоторые из их потомков, в том числе Отец Павел и отец Александр, сохранили религию своих предков. Сегодня менее 15 тысяч китайских граждан русского происхождения говорят по-русски и даже выглядят как их русские прародители. Однако правительство считает их представителями этнического меньшинства. И называет их русскими. Немногие из них являются истовыми верующими, однако они сохраняют символы своей русскости. Эта расположенная на окраине Аргуня, во Внутренней Монголии, церковь и представляет собой такого рода символ. На вершине здания расположены золотистые поперечные балки, самая нижняя из которых немного наклонена. У него куполообразная крыша зеленого цвета, а стены бордовые с белыми вставками. Церковь была построена в 1990-х годах на развалинах Церкви Святителя Иннокентия Иркутского, одной из 18 церквей, существовавших когда-то в этом городе. Сегодня, помимо церквей в Аргуне и Харбине, есть еще только две, — обе находятся в западном регионе Синьцзяне. Возрождение этих четырех церквей после мрачного периода правления Мао было нелегкой задачей. Правительство в Пекине признает пять религий — буддизм, даосизм, ислам и две ветви христианства — католицизм и протестантизм. Православие находится в серой зоне и не принадлежит ни к одному из этих двух течений. Однако на фоне стремительно улучшавшихся китайско-российских отношений в 1990-е годы китайское правительство стало поддерживать более прочные неофициальные контакты со своим гигантским соседом, в том числе в религиозной области. Церкви в Аргуне потребовалось немало лет, чтобы получить разрешение на импорт российской церковной утвари. Однако в 2009 году такое разрешение было, наконец, получено. Через четыре года глава Русской православной церкви патриарх Московский Кирилл совершил первый официальный визит в Китай, где встретился с председателем КНР Си Цзиньпином. После этого китайцы получили возможность получать образование в российских семинариях. Однако китайские власти продолжают с осторожностью относиться к Православной церкви. Только зарегистрированные члены церкви в Арнуне имеют право в нее заходить (даже посещающим город российским гражданам запрещается это делать). Над входом расположены видеокамеры системы безопасности. Как сухо признает отец Павел, Православие в Китае является «слегка чувствительным» вопросом.