СМИ

© РИА Новости, Ахмед Закот | Перейти в фотобанкАвтор — уважаемый во всем мире человек, египтянин по рождению — работал и с израильтянами, и с палестинцами и видел, как на протяжении десятилетий все стороны совершали серьёзные ошибки в ходе ближневосточного конфликта. Но он всё ещё надеется на беспристрастный подход США. Правда, есть серьезное если. Вена — Для многих поколений арабской молодёжи, включая моё собственное, обучение и работа в США были крайне желанным шансом ощутить свободу, перспективы и чувство равенства, которое воплощал американский образ жизни. Этот опыт был вдвойне обогащающим для тех из нас, кто вырос в авторитарных или консервативных обществах. Это было потрясающе — иметь возможность думать и действовать независимо, без общественного давления. Меня радовала перспектива вернуться домой с теми уроками, которые я выучил у функционирующей демократии, в том числе, о ключевой роли свободы слова, о важности гражданского общества и о невероятных выгодах расширения прав и возможностей людей. Конечно, я знал и о провалах американской системы, особенно в том, что касается укоренившегося расизма и неравенства. Я помню законы Джима Кроу, которые закрепляли расовую сегрегацию в штатах бывшей Конфедерации, а также убийство Мартина Лютера Кинга, который сформулировал афроамериканские мечты о равенстве и человеческом достоинстве. Но я надеялся, что у демократической системы Америки есть необходимые инструменты для самоисправления. И я сохраняю эти надежды, потому что лично видел глубокие изменения в ценностях, законах и менталитете. Но что меня шокировало больше всего, так это то, что Америка, которая так гордится своей любовью к свободе и справедливости, слишком часто проводила гегемонистскую и репрессивную внешнюю политику, начиная с жутких войн во Вьетнаме и Ираке и заканчивая поддержкой безжалостных диктаторов. Какими бы ни были его причины, этот разрыв между тем, как Америка себя представляет, и тем, какую внешнюю политику она проводит, усиливал неоднозначное восприятие США в арабских и остальных странах мира. Хотя многие юные арабы хотели стать американскими гражданами, почти все они ненавидели американскую внешнюю политику. Арабы и мусульмане считали израильско-палестинский конфликт аргументом номер один против Америки. Они с трудом могли понять, почему чувство эмпатии к еврейскому народу (полностью оправданное, учитывая те ужасные зверства, которые были совершены против него) должно приводить к несправедливости в отношении палестинцев. Со временем эта тенденциозность США в пользу Израиля стала консенсусом в американской политике; для многих законодателей поддержка Израиля является синонимом борьбы с антисемитизмом. Ещё более опасным был религиозный аспект этого конфликта, который усиливал медленный раскол между мусульманским и западным мирами. Отношения ещё больше ухудшились из-за организованных США войн на Ближнем Востоке и достигли дна после введения президентом Дональдом Трампом запрета на въезд мусульман и после его «Сделки века», призванной обеспечить мир в регионе. В реальности это предложение палестинцам лишь углубило недоверие, поскольку оказалось намного хуже, чем любые предложения, делавшиеся ранее. Новейшая вспышка израильско-палестинского насилия вновь обострила глубоко укоренившиеся чувства унижения и гнева, которые испытывают не только палестинцы на оккупированных территориях, но и израильские арабы, а также жители арабского и мусульманского мира. Впервые за долгое время по всему миру, особенно среди молодёжи, демонстрировалась подавляющая народная поддержка прав палестинцев. У многих были надежды, что администрация президента США Джо Байдена сделает продвижение демократии и прав человека центральным элементом своей внешней политики. Но эти надежды быстро рассеялись, когда правительство США просто повторило уже знакомую мантру о том, что «Израиль имеет право на самозащиту», никак не упомянув при этом ползучую экспансию израильских поселений на оккупированной палестинской территории, а также израильскую политику дискриминации и отрицание права палестинцев на независимое государство. Для меня лично всё это было глубоко удручающим. На протяжении пяти десятилетий я видел, как подходы США к защите прав палестинцев становились почти извиняющимися. И сегодня я в недоумении наблюдаю, как еврейский народ, который так сильно и так долго страдал, оказался способен причинять другому народу такие же жуткие страдания, которые ранее причинялись ему самому. США разбрасываются деньгами, пытаюсь предотвратить дальнейшее насилие в секторе Газа, но они не предпринимают никаких усилий для устранения его базовых причин. В арабском и мусульманском мире нарастает желание активной борьбы против израильской оккупации, усиливается экстремизм. Когда я думаю обо всём этом и о 67 детях, потерявших жизнь во время недавней вспышки насилия, я никак не могу избавиться от почти подавляющего чувства отчаяния. Тем не менее я вижу луч надежды и растущее понимание, что возврат к прежнему статус-кво и к порочному кругу насилия невозможен. Я вижу начало попыток переоценки ценностей внутри Израиля, среди палестинцев и в арабском мире с целью найти новые пути вперёд, опираясь на принципы сосуществования и взаимного признания. Я тесно работал с израильтянами и палестинцами, и я видел, как все стороны на протяжении десятилетий совершали серьёзные ошибки в управлении ближневосточным конфликтом. Тем не менее я всё ещё надеюсь, что США воспользуются открывшейся возможностью и всем своим весом начнут в равной степени применять к палестинцам и израильтянам принцип верховенства закона, который Америка считает священным (и важность которого я выучил, будучи студентом Школы права Нью-Йоркского университета). Более беспристрастный подход США помог бы палестинцам, Израилю, региону и миру. Если Байден сумеет совершить необходимый сдвиг в американской внешней политике, тогда Америка действительно вернётся. Мухаммед Эль-Барадеи — почетный генеральный директор Международного агентства по атомной энергии (МАГАТЭ), лауреат Нобелевской премии мира.