СМИ

© РИА Новости, Евгений Одиноков | Перейти в фотобанкВ свете недавних протестов в Москве, можно утверждать, что впервые неоднородная российская оппозиция появляется на политической арене как единое политическое объединение, несмотря на намерения властей на корню пресечь это движение, считает автор статьи. Европейское сообщество не скрывает свою поддержку оппозиции, понимая, что от политической судьбы России зависит будущее Европы. Протестующие, около 20 тысяч человек, вышедшие на улицы Москвы в субботу 28 июля, пообещали вернуться в следующую субботу, а затем и в последующие. Идея в том, чтобы превратить субботы во что-то похожее на понедельники так называемой Германской Демократической Республики. Дни народных собраний: поначалу в них участвовали немногие, но ближе к концу они стали массовыми. В ГДР слова «Мы — народ» означали: мы — народ, а не они. А быть народом — это значит выбирать своих представителей: голосовать. Это был главный урок, который вынесли демократические движения стран Европы во время революций 1989 — 1990 годов: Если нет свободных выборов, нет народа, есть только население. По этой причине во всех этих странах тема борьбы за свободные выборы всегда стояла на первом месте Борьба за свободные выборы стала центральным лозунгом всех митингов, проходивших во всех бывших коммунистических странах, кроме России. Возможно, это был второй этап демократической революции, свидетелями которой мы являемся. Первый, Горбачева и Ельцина, был осуществлен сверху: для народа, но без народа. С этой точки зрения, президентство Путина представляет собой возвращение автократии, но не такой, как в царской России, и не автократии советской номенклатуры во время правления Сталина и до него, а другой формы власти, еще недостаточно изученной с теоретической точки зрения, но от этого не менее важной. Метастазы этой «новой» формы политического господства распространяются на Турцию и Иран, угрожают Венгрии и Польше, а в Латинской Америке такое господство существует в Никарагуа и Венесуэле. У этих политических организаций много различий, но есть и две общие черты. Во-первых, их двойственный характер, поскольку иногда они предстают как диктатуры, а иногда как автократии. Во-вторых, использование несвободных выборов с целью формально и демократически узаконить правительство. Именно эта вторая черта в разное время и в разных странах привела к появлению демократических сил (в Турции, до 2018 года в Венесуэле, сегодня в России). Иными словами, когда официальные заявления правительства заменяют реальными политическими заявлениями. Но в России и других странах борьба за свободные выборы направлена на достижение не только этой цели. В ближайшем будущем речь пойдет о том, чтобы, показав нарушения, заявить о нехватке свободы на выборах. Сделать это можно, только приняв в них участие. Как недавно заявлял оппозиционный лидер Алексей Навальный, вне выборов это не имеет никакого смысла. Именно поэтому режимы, чьи нормы основаны на несвободных выборах, проявляют такую жестокость по отношению к тем, кто требует свободных выборов. Наибольшее внимание тех, кто наблюдал за событиями субботы 28 июля в Москве, привлекла именно чрезмерная жестокость полиции, отправленной мэром Москвы, сторонником Путина, Сергеем Собяниным. 1500 задержанных, много раненых и, в довершение, попытка отравить Алексея Навального, одного из самых известных оппозиционных лидеров, который чаще бывает за решеткой, чем дома. Насилие, продемонстрированное силовыми структурами режима Путина, доказывает существование двух реалий. Первая, правительство очень нервничает. Вторая, оно не скрывает своих намерений на корню пресечь движение, которое Путин считает потенциально опасным. Обе эти реалии совершенно неоспоримы. По данным независимых опросов, в настоящий момент за президента, получившего поддержку 76% избирателей, выступает лишь 33% опрошенных. Конечно, экономический кризис, в котором Россия находится постоянно, играет решающую роль. Но не стоит забывать, что впервые оппозиция достигла значимого соглашения: вместе встать на путь демократии, ставя на первое место борьбу за свободные выборы. А это вторая реалия: борьба за свободные выборы помогла обнажить ахиллесову пяту правительства. Путин не может упразднить избирательный процесс, поскольку это приведет к полной изоляции России по отношению к Европе, которую с идеологической точки зрения Путин игнорирует, но в которой нуждается с точки зрения экономики. Остается только еще больше его ограничить. Поэтому российское правительство стало отклонять кандидатуры, прежде всего независимых кандидатов, которых оно не может контролировать. Число кандидатур, отклоненных правительством, возмутительно высокое: из 223 кандидатов от оппозиции правительство отклонило 57, прибегая к самым абсурдным доводам. В первую очередь оно опровергает подлинность подписей, поданных за каждого кандидата. На основании этого была отклонена кандидатура такого депутата, как Илья Яшин, одного из самых известных лидеров демократических сил. Но некоторые кандидатуры отклонили и по другим причинам: их обвиняли в том, что они действуют не в соответствии с конституцией, или же бездоказательно признавали «террористами». В таких условиях большинство руководителей российского демократического движения понимают, что правительство никогда не примет их требования. По крайней мере, не в ближайшем будущем. Но в то же самое время они показали, что эти требования — это не только способ достичь определенной цели, но и цель сама по себе. С одной стороны, это неотъемлемая часть демократического движения, центральным элементом которого являются свободные выборы. С другой стороны, начатая борьба создала возможности для большего участия граждан, среди которых изначально было много активистов-интеллигентов, а теперь есть граждане из самых разных сфер, включая даже тех, кто совсем недавно предсказывал низкую явку на выборы. Борьба за свободные выборы привела к появлению нового общественного и политического движения, самым выдающимся представителем которого является адвокат Любовь Соболь, глава партии «Гражданская инициатива». Она совсем не похожа на дерзкого храбреца Навального. Несмотря на различия между лидерами партий, все они используют одну и ту же стратегию: борьба с автократией Путина при помощи демократических требований. Борьба за свободные выборы — это, несомненно, основное требование. Впервые неоднородная российская оппозиция появляется на политической арене как единое политическое объединение. Путь был трудным. Вытеснение фракций, предсказывавших уклонение от выборов, стало результатом жестких столкновений. Более того, очевидная возможность получить значительное количество голосов на региональных выборах, которые пройдут в сентябре 2019 года, окончательно всех объединила. С функциональной точки зрения мы могли бы сказать, что борьба за свободные выборы — это стержень. С точки зрения политики это основная или ведущая линия оппозиции. Выбрав путь демократии и выборов, российская оппозиция в итоге избавится от правительства, которое чувствует себя свободно только при наличии жестокого и радикального противостояния. Борясь за свободные выборы, новая оппозиция связывает свою историю с историей демократических движений, в советские времена боровшихся с номенклатурой. А также и с другими современными движениями. Среди них турецкая оппозиция, которая также достигла значительных результатов в борьбе с автократией. Естественно, как российское правительство, так и турецкое пытаются представить демонстрантов, требующих свободных выборов, как иностранных агентов. Именно они, те, кто не перестает вмешиваться во все европейские выборы. Эрдоган, призывая к активным действиям турок, проживающих в Европе. Путин — национал-популистские правительства и партии и их лидеров, например, Сальвини, Орбана, Ле Пен или Абаскаля. Сегодня бумеранг, который бросила российская неоавтократия, вернется. Европейское сообщество не скрывает свою поддержку демократических сил, действующих в странах с автократическими правительствами. В каком-то смысле они верны своему прошлому. Но также они предчувствуют, что от политической судьбы таких стран, как Россия и Турция будет зависеть будущая стабильность Европы. Призрак летает над Европой и странами, которые граничат с ней на востоке: призрак свободных выборов. Весьма вовремя. Каждый раз, когда западные демократические силы отказывались от борьбы за свободные выборы, призывая к насилию внутри своих государств или за их пределами, они терпели полный провал или приводили к появлению диктатур, более жестоких, чем предыдущие. На этом опыте основывается и российская оппозиция.