СМИ

© РИА Новости, Алексей Витвицкий | Перейти в фотобанкУспех высадки союзников не должен затмевать тяжелый людской и материальный ущерб, который продолжался вплоть до капитуляции Германии 8 мая 1945 года. Историк Сесиль Васт рассказывает о том, что пришлось испытать французам после этого события. Десятки тысяч мирных жителей по всей Франции погибли в результате обстрелов, а партизанские операции становились предлогом для репрессий простых граждан.«Какая страна, по-вашему, внесла самый большой вклад в победу над Германией?» В мае 1945 года 57% французов назвали СССР, отвечая на этот вопрос Французского института общественного мнения. Проведенный в июне 2004 года тот же самый опрос продемонстрировал глубокие изменения в восприятии окончания этого конфликта в Европе: 58% респондентов выбрали США. Эти изменения поднимают вопрос о месте англо-американской высадки в памяти и о ее значимости, которая не казалось такой уж существенной сразу же после войны. В 1945 году причинами тому во многом стали аура Советского Союза и существенное политическое влияние Компартии. Таким образом, необходимо вернуться к пережитому, представлениям и сути этого многозначного и многостороннего события. Слово «освобождение» до сих пор вызывает в сознании неоднозначные представления. «В эти уникальные дни было возможно все. Мы пообещали себе, что это радостное утро освобождения станет для нас вторым рождением, что могила прошлого порастет травой», — пишет философ Владимир Янкелевич (Vladimir Jank?l?vitch) в вышедшей в 1986 году книге «Незыблемое». Это многое говорит о надеждах в стране, которая была отягчена поражением 1940 года и унижена четырьмя годами немецкой оккупации. Хотя высадка в Нормандии 6 июня 1944 года и в Провансе 15 августа, а также освобождение Парижа 25 августа сегодня представляют собой ключевые моменты окончания Второй мировой войны на территории Франции, их одних недостаточно для представления намного более сложных реалий. Франция, место столкновения Стоит отметить, что в истории существует долгий период, с замедлением и ускорением хода событий, который отделяет ожидания 1943-1944 годов от боев лета 1944 года, ухода оккупантов и капитуляции нацистской Германии 8 мая 1945 года. Это период нестабильности и неопределенности, в котором смешиваются стратегические, политические и военные цели. Франция же вновь стала полем противостояния в центре мирового конфликта, где население разрывалось между чувством облегчения, радостью, страхом, тревогой и страданием. Этот важнейший период надолго определил представления и память о последнем мировом конфликте. И все же… Поражение в мае-июне 1940 года и высадка 6 июня 1944 года, как ни странно, исчезли из вышедшей в 2017 году «Мировой истории Франции» под редакцией Патрика Бушрона (Patrick Boucheron). Интеллектуальная инициатива по децентрализации не может быть объяснением всему, и такое намеренное вычеркивание двух событий, которые сделали Францию театром важного конфликта в рамках Второй мировой войны, не может не интриговать. День Д — не просто военное событие, «последняя битва, сражение Франции и сражение за Францию», как сказал генерал де Голль 6 июня 1944 года. Как и поражение 1940 года, он представляет собой «эластичное» событие, отмечает историк Пьер Лабори (Pierre Laborie): «Связанные с ним восприятия, представления и память являются своеобразными участниками истории. Каковы временные рамки этого события?» Они формировались до и после его наступления, а ожидания задавали темп. «Мы затаили дыхание. Каждый день мы ждем высадки, которой до сих пор нет. Мы живем в тревоге. Все в смятении и боятся худшего, но не теряют надежду, потому что с этим нужно покончить». Эта запись адвоката Мориса Гарсона (Maurice Gar?on) из его дневника 12 января 1944 года хорошо отражает общее настроение. После советской победы под Сталинградом в феврале 1943 года население оккупированных стран не переставало надеяться на освобождение в День Д. Операция «Оверлорд», наконец, стала реализацией проекта по высадке союзников на западе захваченной нацистами Европы. Что касается «Сопротивления», 6 июня открыло ключевую фазу с точки зрения подтверждения его легитимности и идентичности. С самого начала оккупации освобождение территории было одной из приоритетных задач. Полностью зависевшая от союзников перспектива «Дня Д» регулярно с лета 1943 года мобилизовала силы Сопротивления, прежде всего, партизан. Она формировала горизонт ожиданий. Вечером 6 июня 1944 года до окончания войны в масштабах страны было еще далеко. В Нормандии два месяца продолжались ожесточенные бои англо-американских и немецких сил. Оказавшееся в тисках мирное население страдало от наземных операций и бомбардировок. Успех высадки союзников не может скрыть ее высокую людскую и материальную цену. Трудности в противодействии немецким контратакам объясняются тяжелыми потерями во всех лагерях: 20 900 американцев, 16 000 британцев и канадцев, 55 000 немцев. Что касается мирного населения, обстрелы со стороны союзников погубили более 60 000 человек по всей Франции, а 150 000 пришлось бежать из дома летом 1944 года. Реалии войны надолго сформировали молчаливую и мучительную память. «Не знаю, какая вера в союзников потребовалась нам, чтобы и дальше любить их, чтобы стремиться вместе с ними к разрушениям, которые они устроили на нашей земле», — писал Жан-Поль Сартр (Jean-Paul Sartre) 9 сентября 1944 года. Кроме того, сопровождавшие высадку партизанские операции и диверсии становились предлогом для коллективных репрессий и массовых расстрелов мирных жителей немецкими оккупантами и коллаборационистами: Тюлль 9 июня, Оранур-сюр-Глан 10 июня, Маниз 12 июня, Сен-Марсель 19 июня, Вессье-ан-Веркор 21 июля, Этобон 27 сентября и т.д. Список получится длинным. «День Д» оставил после себя «изувеченную радость», как писал лионский партизан Альбан Вистель (Alban Vistel) 28 августа 1944 года.