СМИ

© AP Photo, Vladimir ChistyakovБорьба за Северный полюс продиктована скорее престижем, чем экономическим потенциалом, считает редакция британского журнала. Несмотря на то, что на Северный полюс претендуют Россия, Дания и Канада, издание отмечает, что отношения в Арктике остаются преимущественно дружескими, и эти три страны предпочли дать все необходимые согласия и продолжить тесное сотрудничество.Американский художник XIX века Томас Нэст (Thomas Nast), чьему перу принадлежит хрестоматийный образ Санта-Клауса, поместил его мастерскую подарков на Северном полюсе по трем причинам: там достаточно холодно для саней c оленями, достаточно далеко, чтобы туда не повалили любопытные дети, и, наконец, это ничья земля и Санта — своего рода международный посол доброй воли. Так вот, третья причина скоро канет в лету. На верхушку мира претендуют три государства — Россия, Дания и Канада. Все три утверждают, что морское дно и недра в районе Северного полюса — продолжение их континентального шельфа. Эти требования подпадают под действие Конвенции ООН по морскому праву 1982 года. Этот международный договор ратифицировали все арктические государства, за исключением США (но при этом Вагшингтон пообещал его соблюдать). Договор провозглашает зону в 12 морских миль от побережья территориальными водами. Там страны имеют исключительное право как на воды, так и на воздушное пространство. Кроме того, устанавливается исключительная экономическая зона в 200 морских миль от побережья, где государства имеют исключительное право на водные ресурсы и недра. Наконец, эта зона может быть расширена дополнительно, если страна, используя широкий спектр научных данных, докажет, что морское дно является продолжением континентального шельфа. К 23 мая Россия, Дания (от имени Гренландии) и Канада подали заявки в Комиссию по границам континентального шельфа. Этот орган появился для изучения научных данных, собранных кровью, п?том — и замерзшими слезами. Хотя ледяная шапка и тает из-за глобального потепления, б?льшая часть океана покрыта льдом. Чтобы взглянуть на морское дно, ученым пришлось прибегнуть к помощи ледоколов (хотя к северу от Гренландии не смог пробиться даже атомный) и разбивать лагеря на дрейфующих льдинах. Между тем их сухопутные коллеги погрузились в пучину истории, пытаясь установить, что происходило в Арктике до и после того, как по земле бродили динозавры. Порядок, в котором миллионы лет назад появлялись подводные хребты и горы, поможет установить, к какой части суши они относятся сегодня. Комиссия определяет, достаточное ли у территориальных притязаний научное обоснование или нет. Так, России поручили довести до ума ее заявку от 2001 года, что она и сделала к 2015 году. Однако споров она не решает. Разруливать частично пересекающиеся претензии предстоит самим странам. А их немало. Северный ледовитый океан — самый маленький на земном шаре. Его площадь около 14 миллионов квадратных километров, и на его долю приходится лишь 4,3% мировой воды (для сравнения, на Тихий приходится 46,6%). Участок, который не входит ни в чью экономическую зону, составляет лишь 2,8 миллиона квадратных километров. Из них Россия претендует на 1,2 миллиона, Дания — почти на миллион, и Канада — еще на 1,2 миллиона. Помимо разных частей хребта Ломоносова — он длиной 1 800 километров и разделяет Северный Ледовитый океан на два основных бассейна — все трое претендуют на сам Северный полюс. В любой другой части земного шара вооруженный конфликт был бы неизбежен. Впрочем, и здесь пресса непрерывно трубит о милитаризации региона, суля в Арктике новую холодную войну. Россия свои карты раскрыла со всей откровенностью. В 2007 году она с большой помпой разместила на морском дне в географической точке Северного полюса титановый триколор. Однако вооруженный конфликт из-за территориальных претензий маловероятен по двум причинам. Во-первых, несмотря на напряженность, повисшую из-за украинского кризиса 2014 года, отношения в Арктике остаются преимущественно дружескими. Шаблон для сотрудничества был заложен в 1996 году, когда восемь стран, имеющих выход к арктическому побережью, создали межправительственный форум для сотрудничества арктических стран и коренных народов региона под названием Арктический совет. Своими резкими замечаниями на полях прошлогодней встречи министров Арктического совета в Финляндии госсекретарь США Майк Помпео эту тенденцию нарушил. (Помимо прочего, он раскритиковал претензии России и Канады на контроль водных путей Крайнего Севера). Напротив, духу арктического сотрудничества немало способствовало присутствие российских законодателей на майской встрече депутатов арктических стран. Они прибыли в Оттаву, несмотря на то, что главе канадского МИДа Христе Фриланд (Chrystia Freeland) путь в Россию заказан, — она решительно осуждает действия Москвы на Украине. И все же ярче всего сотрудничество проявляется в научной области. Для сбора данных Канада проводила совместные исследования с Данией, Швецией и США, хотя их территориальные претензии в западной Арктике частично пересекаются. В 2016 году ученые сфотографировались на Северном полюсе с флагами 14 стран. России, Дании и Канаде ничего не стоило бы заблокировать рассмотрение заявки конкурентов, однако они предпочли дать все необходимые согласия и продолжить тесное сотрудничество. Советником по всем трем заявкам был назначен специальный уполномоченный Харальд Брекке (Harald Brekke) из Норвегии. Война за ресурсы кажется столь же надуманной. Геологическая служба США в 2008 году наделала немало шума, когда оценила, что в арктическом регионе содержится 30% неоткрытых запасов газа и 13% нефти. Однако большинство разведанных или предполагаемых запасов находятся в пределах 200-мильной исключительной экономической зоны. Месторождения же, открытые дальше от побережья, считаются невыгодными для эксплуатации из-за суровой среды и значительного расстояния до портов и трубопроводов, которые ведут на юг к потребителям. Коммерческое рыболовство в открытых морях Арктики уже запрещено соглашением, которое в 2018 году подписали восемь арктических государств, а также Китай, Япония, Южная Корея и Европейский союз. Как сообщил изданию «Хай норт ньюс» (High North News) Андреас Остхаген из норвежского Института Фритьофа Нансенса, «делить там практически нечего». Таким образом притязания на Северный полюс представляются скорее вопросом престижа, чем экономического потенциала. Гора неразобранных дел в комиссии означает, что в ближайшее время вопрос решён не будет. По канадским оценкам, на это уйдет минимум десятилетие. Три страны подали заявки, и теперь им предстоит тягостное ожидание, — примерно так чувствуют себя дети перед Рождеством, ожидая, когда же явится Санта-Клаус.