СМИ

© POOL | Перейти в фотобанкАвторитетный британский журнал The Economist называет новое соглашение ВРЭП победой Китая и поражением Индии и Америки. Декларация мультилатерализма и свободной торговли здесь противопоставляется протекционизму и монополярности. Пока соглашение не носит всеобъемлющего и строго обязательного характера. Его будущее будет зависеть от перспектив реального сглаживания различий между участниками. Сам процесс его заключения был мучительным, а его название кажется тяжеловесным. Тем не менее, 15 азиатских стран, подписавших 15 ноября в ходе виртуальной церемонии соглашение о Всестороннем региональном экономическом партнерстве или ВРЭП (Regional Comprehensive Economic Partnership — RCEP), могут, по крайней мере, поздравить себя с установлением некоторых рекордов. ВРЭП — самое большое в мире по количеству членов многостороннее торговое соглашение. Участников могло бы быть еще больше, если бы Индия не вышла из него год назад. После пяти лет того, что министр торговли Малайзии Мохаммед Али назвал «переговорами с кровью, слезами и потом», остальные страны достигли победы в области регионального сотрудничества в тот момент, когда Covid-19 наносит беспощадный удар по глобальной экономике. Однако мнения наблюдателей значительно разделились по вопросу о значения этого достижения. Некоторые из них считают ВРЭП настолько лишенным амбиций проектом, что склонны считать его в основном символическим. Другие же воспринимают его как элемент структуры нового мирового порядка, в рамках которого Китай будет играть главенствующую роль во всей Азии. Истина находится где-то посередине. ВРЭП не провозглашает пока никакой кардинальной либерализации азиатской торговли. Его истоки связаны со своего рода попыткой наведения порядка: собрать под одной компактной крышей различные соглашение о свободе торговли между 10 странами Ассоциации государств Юго-Восточной Азии (АСЕАН) и несколькими другими странами Азиатско-Тихоокеанского региона, включая Австралию, Китай, Японию, Новую Зеландию и Южную Корею. Индия отказалась от участия в этом соглашении из опасений того, что ее собственная промышленность может пострадать от засилья китайского импорта. В результате перестало существовать главное препятствие на пути этого соглашения. Однако Индия была бы третьей по величине экономикой в рамках ВРЭП, а еще она является участником некоторых двусторонних торговых соглашений, и поэтому ее уход лишил это соглашения определенной части главного его достоинства, связанного с либерализацией рынков. Дверь для Индии по-прежнему остается открытой, однако в прошлом году ее отношения с Китаем ухудшились на нескольких фронтах. Лю Цзунгуй, китайский ученый и постоянный автор газеты Global Times,популярной газеты Коммунистической партии Китая, позлорадствовал по поводу того, что Индия, по его словам, упустила «свой последний шанс быть интегрированной в процесс глобализации». ВРЭП частично пересекается с другим крупным региональным торговым пактом под названием Всеобъемлющее и прогрессивное соглашение о Транстихоокеанском партнерстве — ВПСТТП (Comprehensive and Progressive Agreement for Trans-Pacific Partnership — CPTPP). Эта сделка, которую в 2018 году подписали 11 стран, первоначально называлась Транстихоокеанское партнерство, и в ней предполагалось участие Америки, однако Дональд Трамп вышел из нее, как только оказался в Белом доме. Когда проводились переговоры по поводу двух этих соглашений, американские официальные лица продемонстрировали свое высокомерие, назвав ВРЭП отсталым проектом 20 века, сфокусированном на тарифах и элементарных мерах по облегчению торговли, в отличие от ТТП с включением в него таких областей, как стандарты в области окружающей среды и условий труда, а также правил относительно государственных предприятий. Верно то, что ВРЭП является менее амбициозным проектом, но этого и следует ожидать, когда речь идет о соглашении, участниками которого являются как очень богатые страны, такие как Япония и Сингапур, так и очень бедные, такие как Лаос и Мьянма. Согласно оценкам, в рамках этого партнерства отменяются около 90% тарифов, однако это будет происходить в течение 20 лет после его вступления в силу (для этого нужно, чтобы 15 стран его ратифицировали). Его охват сферы услуг можно считать неполным, и оно почти не затрагивает сельское хозяйство. Так, например, Япония сохранит высокие импортные пошлины на некоторые чувствительные в политическом отношении аграрные продукты (рис, пшеница, говядина и свинина, молочные продукты и сахар), которые в рамках ТТП отменяются. Однако ВРЭП уже делает первые шаги в области гармонизации самых разных правил относительно происхождения товаров, которые содержатся в многочисленных соглашениях о свободе торговли, заключенных между странами АСЕАН, а также устанавливает правила относительно региональной составляющей товаров. Сделано это для того, чтобы промежуточная продукция могла производиться в любой из 15 стран. В результате ВРЭП, как ожидается, будет иметь значительное экономическое влияние. В докладе Института мировой экономики имени Петерсона авторами которого являются Питер Петри и Майкл Пламмер, приводятся данные, которые свидетельствуют о том, что это соглашение поможет увеличить региональный ВВП, ежегодный рост которого составит 186 миллиардов долларов (тогда как в рамках ТТП этот рост составит только 147 миллиардов долларов). По мнению авторов доклада, особенно большую выгоду получит Китай, Япония и Южная Корея. Кроме того, ВРЭП подтолкнет эти три страны к заключению собственного соглашения в свободной торговле, переговоры о котором начались одновременно и обсуждением самого Партнерства, но затем застопорились из-за взаимных обвинений политического характера. Китай получит выгоду еще и по другим направлениям. Присоединившись к первому для себя многостороннему торговому соглашению, он сможет представить себя как страну, приверженную либерализации торговли, и это будет происходить в тот момент, когда Америка, судя по всему, несколько отстраняется от этого региона и когда она все еще продолжает вести торговую войну с Китаем. Ли Кэцян, премьер-министр Китая, не скрывал своего удовлетворения во время подписания этого соглашения и назвал ВРЭП «победой мультилатерализма и свободной торговли», а затем, перейдя на более лиричный тон, еще «лучом света и надежды среди туч». В этом соглашении подчеркивается региональный сдвиг в торговле Китая. Меняется модель, в рамках которой главное место занимали цепочки поставок, протянувшиеся между разными азиатскими странами, для производства предназначенных для Запада промышленных товаров. По данным Института международных финансов, расположенной в Вашингтоне финансово-промышленной ассоциации, в первой половине этого года страны АСЕАН обошли Евросоюз и стали самым крупным торговым партнером Китая. В странах АСЕАН, где и состоялся виртуальный саммит с подписанием соглашения, ВРЭП будет воспринято как доказательство их медленного и постепенного перехода к многосторонним соглашениям во всем — от торговли до проблем Южно-Китайского моря. Однако, если брать долгосрочную перспективу, то некоторые члены АСЕАН обеспокоены сдвигом в сторону того мира, в котором экономическая, политическая и военная мощь Китая будет доминировать в Азии. По этой причине многие страны АСЕАН надеются на то, что при Джо Байдене Америка будет вновь принимать более активное участие в делах региона. В конечном счете, именно по этой причине администрация Обамы так упорно продвигала проект ТТП. Однако представляется маловероятной возможность того, что Байден попытается вернуть Америку в ТТП. Ему предстоит принять участие во многих других сражениях. Азия продолжит меняться под растущим давлением Китая и при сравнительном забвении со стороны Америки.