СМИ

© AP Photo, Amr NabilАвтор пророчит американской экономике двойной спад. Он доказывает, что эта ее склонность возвращаться в состояние рецессии после краткого периода подъёма проверена временем, и что в нынешней ситуации она неизбежна. Факты приведенные в статье, свидетельствуют о серьезных уязвимостях в экономике США. Нью-Хейвен — Двойной спад («дабл-дип») — это не название танца. Это проверенная временем склонность экономики США возвращаться в состояние рецессии после краткого периода подъёма. На протяжении последних десятилетий большинство рецессий были именно такими. Хотя финансовые рынки сейчас пузырятся, ожидая нирваны непрерывного V-образного восстановления экономики, имеются убедительные аргументы, что после первого опустошительного шока сovid-19 Америку и на этот раз ждёт вторая волна рецессии. Мрачная история американская бизнес-циклов служит предостережением против расслабленности. В послевоенный период повторный спад, определяемый как снижение реального квартального ВВП после временного отскока, наблюдался в ходе восьми из 11 рецессий. Единственные исключения — это рецессия 1953-1954 годов, кратковременное сжатие экономики в 1980-м и умеренный спад в 1990-1991 годах. Все остальные демонстрировали двойной спад, при этом в ходе двух рецессий наблюдался тройной спад — за двумя фальстартами экономики следовал новый спад. Двойной спад, конечно, возникает не сам по себе. Это результат комбинации сохраняющихся уязвимостей в базовой экономике и «повторных толчков» после первого удара рецессии. Согласно общему правилу, чем сильнее рецессия, тем больше ущерб, тем дольше восстановление и тем выше вероятность повторного спада. Так происходило во время резких рецессий 1957-1958 годов, 1973-1975 годов и 1981-1982 годов, а также в ходе крупнейшего сжатия экономики, которым сопровождался мировой финансовый кризис 2008-2009 годов. Нынешняя рецессия создаёт классические условия для повторного спада. Вряд ли можно сомневаться в сохраняющихся уязвимостях после снижения ВВП на 32,9% (в пересчёте на год) во втором квартале 2020 года — это самый сильный в истории спад за квартал. Пострадавшая так, как никогда раньше, из-за беспрецедентного карантина, введённого для борьбы с первой волной сovid-19, экономика едва начинает процесс выздоровления. Резкий отскок в текущем квартале является результатом простой арифметики, и он фактически гарантирован благодаря частичному открытию закрытых ранее предприятий. Однако продолжится ли он, или же произойдёт рецидив болезни? Финансовые рынки нисколько не тревожатся по поводу повторного спада, что объясняется в основном беспрецедентной политикой монетарного смягчения, заставляющей вспомнить о проверенном временем афоризме: «не играйте против ФРС». Дополнительный комфорт создаёт столь же беспрецедентная бюджетная помощь, призванная смягчить связанный с пандемией шок для бизнеса и домохозяйств. Всё это может оказаться желаемым, принимаемым за действительность. Базовая проблема — это вирус, а не необходимость во вливаниях ликвидности со стороны ФРС или во временной поддержке бюджетными пакетами. Монетарные и бюджетные меры могут смягчить трудности на финансовых рынках, но они мало что, если вообще хоть что-нибудь, могут сделать для решения базовой проблемы со здоровьем населения, которая тянет вниз реальную экономику. США по-прежнему охвачены пандемией, поэтому аргументы в пользу устойчивости текущего подъёма выглядят очень слабо. Отскок в производстве и занятости подчёркивает значительный прогресс на стороне предложения товаров и услуг, хотя полностью потери ещё далеко не компенсированы. В июле занятость (без учёта сельского хозяйства) восстановила лишь 42% потерь, наблюдавшихся в феврале и марте, а уровень безработицы (10,2%) по-прежнему в три раза выше допандемического уровня (3,5%). Промышленное производство в июле на 8% отставало от февральских показателей. На стороне спроса выздоровление выглядит ещё менее уверенным. И это особенно касается ключевых компонентов необязательного потребления, прежде всего, розничной торговли, а также расходов на рестораны, туризм и отдых. Полноценное участие в подобной деятельности, которая подразумевает контакты людей лицом к лицу, создаёт сегодня повышенные риски для здоровья, а большинство населения не готово брать их на себя, учитывая высокие показатели новых случаев заражения и отсутствие надёжных вариантов лечения и вакцины. Чтобы лучше понять эффект пандемии, стоит вспомнить, что в первом квартале 2020 года, то есть до того, как она ударила с полной силой, на долю транспорта, развлечений, ресторанного и гостиничного бизнеса (а это наиболее чувствительные к сovid-19 сегменты потребительского спроса) приходился 21% всех расходов домохозяйств на услуги. А во втором квартале совокупные расходы на эти категории услуг снизились в реальном (с учётом инфляции) выражении на 86% (в пересчёте на год). Месячные данные за июнь подчёркивают сохраняющиеся проблемы в этих важных сегментах дискреционного потребления. Общие расходы потребителей на товары как длительного, так и недлительного пользования подскочили на 4,6% выше допандемического уровня (в реальном выражении), однако совокупные расходы домохозяйств на услуги (крупнейший компонент в общем потреблении) восстановили лишь 43% потерь, вызванных карантином. Всё это можно назвать асинхронной нормализацией: частичное восстановление экономики, которое больше опирается на сторону предложения товаров и услуг, чем на сторону спроса. Америка едва ли уникальна в этом смысле. Аналогичные результаты наблюдаются и в других странах — даже в Китае, чья командно-административная система намного эффективней управляет и контролирует сторону предложения, чем влияет на нормы поведения, которые определяют потребление чувствительных к пандемии домохозяйств на стороне спроса. Впрочем, асинхронная нормализация американской экономики имеет одно важное отличие: ужасные провалы США в сдерживании вируса не просто усиливают сохраняющиеся страхи перед инфекцией, но и повышают отдалённую вероятность начала новой волны сovid-19. Хотя за прошедший месяц количество новых случаев заражения сократилось, средний показатель за неделю, закончившуюся 20 августа, составил почти 48 тысяч случаев в день, а это в два с лишним раза больше цифр мая и июня. Наряду с высоким уровнем смертности, который с конца июля составляет в среднем чуть более одной тысячи человек в день (согласно прогнозам, он останется на этом уровне до конца года), повышенные темпы распространения инфекции приобретают важное значение как индикатор того, что может ждать нас впереди. Страхи потребителей (и их влияние на чувствительные к пандемии категории услуг) вряд ли ослабнут в подобной атмосфере, и они могут даже усилиться, если ударит вторая волна. В этом и заключается причина вероятного повторного спада. Частичная и асинхронная нормализация после худшего в истории экономического шока свидетельствует о сохраняющихся уязвимостях в экономике США. А неспособность страны остановить вирус подчёркивает отдалённую вероятность новых шоков. Именно подобные комбинации приводили к двойным рецессиям в прошлом. Между тем, пузырящиеся финансовые рынки предпочитают рассуждать о классическом V-образном восстановлении экономики, хотя уроки истории предполагают совершенно иной результат.