СМИ

© РИА Новости, Евгений Одиноков | Перейти в фотобанкЗаявив о себе как о «северной державе», Россия задалась амбициозными планами по экономическому развитию Арктики. Но из-за финансовых и технических ограничений оно вряд ли будет соответствовать ее грандиозным амбициям, полагает автор статьи. Основные моменты: Несмотря на поддержку Кремля, государственные нефтегазовые предприятия вряд ли загорятся желанием вкладываться в дорогостоящее освоение Арктики. Москва попытается облегчить финансовое бремя строительства арктической инфраструктуры, но ее стремление к индивидуальному подходу будет препятствовать быстрому развитию. В конце концов, добыча в Арктике может и не оправдать надежд правительства на устойчивый приток нефти и общий экономический рост. Российская Арктика теплеет, но планы Кремля на регион пребывают в глубокой заморозке. Водрузив свой флаг на морском дне на Северном полюсе в 2007 году, Москва подкрепила свои территориальные претензии в Арктике, нарастив военное присутствие и усилив ледокольный флот. Но в том, что касается добычи минеральных и углеводородных ресурсов Арктики и освоении общего экономического потенциала региона прогресс России застопорился. Общая картина: Заявив о себе как о «северной державе», Россия задалась амбициозными планами по экономическому развитию Арктики. Но из-за финансовых и технических ограничений оно вряд ли будет соответствовать ее грандиозным амбициям. Если не брать в расчет первоначальные прибыли от реализации проекта по сжижению природного газа на Ямале, огромные инвестиции, необходимые для строительства инфраструктуры в Арктике, отстают от плана — российскому правительству никак не удается подтолкнуть государственные и частные корпорации на северный поход. Нехватка портов, железных дорог, электросетей, аэропортов и многого другого значительно увеличила стоимость отдельных проектов в Арктике — к тому же правительство столкнулось с бюджетными ограничениями и народным гневом против повышения налогов. Поэтому ответственность за развитие арктической инфраструктуры Москва почти полностью переложила на частные и государственные предприятия. Что неудивительно, на столь крупные инвестиции корпорации раскошеливаются неохотно — стороны торгуются из-за налоговых льгот и финансовой поддержки, и прогресс застопорился. В конечном счете, колоссальные затраты, спорная выполнимость и тому подобные факторы грозят разбить российские надежды на большой куш в Арктике. В погоне за энергетическими богатствами Севера По подсчетам Кремля, планы Москвы по инфраструктуре в Арктике потребуют инвестиций в размере более 200 миллиардов долларов в период до 2050 года — что еще важнее, около 87 миллиардов долларов необходимы уже к 2024 году. Пока, однако, Москва выделила на весь период всего 14 миллиардов долларов — причем, эта цифра значительно отстает от расходов на военную модернизацию (400 миллиардов долларов). (В министерствах экономики и энергетики акцент на военных раскритиковали, назвав стимул к развитию Арктики недостаточным). Одно из главных направлений российской деятельности в Арктике — это добыча нефти и природного газа. Считается, что районы к северу от полярного круга содержат более 90 миллиардов баррелей нефти и более 42 миллиардов кубометров природного газа — причем около 80% этого объема приходится на территории, на которые претендует Россия. Для России добыча этих ресурсов имеет решающее значение. По официальным прогнозам, ряд активно разрабатываемых нефтегазовых месторождений начнет иссякать уже в следующем году, что обусловливает необходимость срочного освоения Арктики. Поскольку нефтегазовый сектор обеспечивает около 40% казенных доходов, Кремль окажется крайне стеснен в средствах, если освоение Арктики так и не начнется. Определенных успехов в освоении Арктики Россия все же достигла — особенно в производстве СПГ. Здесь инициативу на себя взяла частная компания Новатэк — подрядив инвесторов (включая партнеров из Китая и Японии) на модернизацию существующего завода «Ямал СПГ», а также строительство «СПГ-2» и «Обского СПГ», первый из которых начнет работу уже в 2023 году. Однако государственные компании вроде Роснефти и Газпрома в развитие Арктики вкладываться не спешат. Не то чтобы они откровенно противились целям Кремля в регионе — скорее, опасаются инвестировать в Арктику без налоговых льгот и других стимулов, чтобы свести к минимуму риски. Ранее в этом году генеральный директор Роснефти Игорь Сечин попросил у президента России Владимира Путина на достижение целей Кремля в Арктике налоговые льготы в размере 40 миллиардов долларов. Правительство, однако, отказало, предложив Роснефти и другим компаниям отложенные налоговые послабления. Кроме того, Москва предлагает отдельным проектам индивидуальные стимулы. В настоящее время правительство рассматривает возможность частичного финансирования нефтяного проекта «Восток» (чья стоимость оценивается в 156 миллиардов долларов, включая вспомогательную инфраструктуру) и налоговых льгот уже действующему проекту нефтедобычи «Ванкор», который в итоге также войдет в «Восток». Можно сделать вывод, что Москва будет и дальше стремиться к индивидуальному подходу, пусть это и повлечет за собой долгие переговоры и кропотливое планирование каждого следующего этапа развития Арктики. Более того, «Восток», и «Ванкор» расположены на материке, а это означает, что когда российские власти обратят свое внимание на морские богатства, скорость добычи замедлится еще больше. В океане России светят не только финансовые затруднения (ведь затраты на шельфовое бурение выше), но и технологические неурядицы. По всей видимости, российским производителям придется пойти на партнерство с западными нефтяными компаниями, чтобы те поделились ноу-хау и технологиями для работы в столь суровых условиях — однако сотрудничеству будет препятствовать усиливающаяся геополитическая напряженность между Россией и Западом. Пусть нынешней добыче санкции серьезного вреда и не нанесли, они все же грозят стать серьезным препятствием для запланированной модернизации энергетического сектора. Пойдут ли российские корабли? Помимо энергетического сектора, правительство рассматривает развитие Арктики как часть обширной программы стимулирования экономики отдаленных регионов. Ожидается, что благодаря развитию вспомогательной инфраструктуры и промышленности Арктика станет важным фактором экономического роста и занятости. Но, подобно заторможенному освоению углеводородных ресурсов Арктики, от прогнозов Москвы отстает и судоходство по Северному морскому пути. В прошлом году Севморпутем было доставлено 18 миллионов метрических тон грузов, причем основная часть пришлась на внутрироссийские перевозки. К 2024 году Москва рассчитывает нарастить объемы до 80 миллионов, но для этого потребуется, чтобы другие проекты, вроде того же «Востока», реализовывались быстрее. С 2013 по 2018 год трафик через Северный морской путь вырос более чем на 350% — во многом это связано со строительством терминалов СПГ компании Новатэк. По мере ввода нефтегазовых объектов в эксплуатацию трафик стабилизируется, а это значит, что Москве для достижения намеченных целей по грузоперевозкам потребуется либо развернуть новое строительство, либо привлечь иностранные судоходные компании. При том, что арктические амбиции Кремля нефтегазовым сектором не ограничиваются, они по-прежнему почти полностью зависят от энергетических проектов, направленных на развитие базовой инфраструктуры и расширение экономической деятельности вдоль Северного морского пути. Даже если не брать во внимание далеко идущую шельфовую добычу, более выполнимые сухопутные проекты тормозятся непомерными финансовыми затратами и политическими переговорами о господдержке. Рано или поздно российская Арктика экономического роста дождется — но гораздо медленнее, чем того бы хотелось Москве.