СМИ

© РИА Новости, Сергей Гунеев | Перейти в фотобанкСаммит «Большой двадцатки» служит для администрации Трампа шансом значительно продвинуться в достижении своих внешнеполитических целей. Главным приоритетом, вероятно, остается разрешение торгового спора с Китаем, но выстраивание отношений с Россией нельзя откладывать, считает автор этой статьи. Саммит «Большой двадцатки» начинается в Осаке в Японии 28 июня. В сложившейся сейчас геополитической обстановке встречи Дональда Трампа (Donald Trump) и Владимира Путина — а также Трампа с китайским лидером Си Цзиньпином — будут представлять особенный интерес. К нынешнему моменту вмешательство России в президентские выборы 2016 года получило наглядное подтверждение. События в Сирии, сохраняющиеся последствия аннексии Крыма Россией, последние критические выступления Путина в адрес США на форуме в Санкт-Петербурге в начале июня, а также нежелательные последствия расторжения договора об РСМД лишь усугубили напряженность отношений США и России. На прошлой неделе Госдума, нижняя палата Федерального собрания России, проголосовала за решение о приостановке обязательств России в рамках Договора о ликвидации ракет средней и малой дальности (РСМД), подписанного с Соединенными Штатами. Этот шаг является следствием принятого в феврале Трампом решения о выходе США из договора об РСМД из-за предполагаемых нарушений его условий, допущенных Российской федерацией. Шесть лет дипломатических усилий, начавшихся при администрации Обамы, не привели к разрешению споров о разработках Кремлем 9М729, запрещенного вида вооружения в рамках изначальных условий договора. Однако обновление договора между Россией и Соединенными Штатами было бы желательно и способствовало бы облегчению геополитической напряженности. В любой новой версии договора РСМД должен быть задействован Китай. «Договор РСМД был подписан в эпоху, когда существовало две сверхдержавы. Китай не был участником этого соглашения. Как и другие страны, обладающие сейчас подобным потенциалом, — рассказал нашему изданию Стивен Коткин (Stephen Kotkin), писатель и исследователь российской и советской политики. — Мир изменился. Теперь в нем существует не только противостояние между Россией и США», — отметил Коткин. Несмотря на увеличение ядерного потенциала Китая с момента подписания договора об РСМД в 1987 году, обсуждение этой темы Трампом и Си Цзиньпином не планируется. Скорее всего на столь ожидаемой встрече лидеров будут главным образом обсуждаться продолжающиеся торговые споры. Китайский вице-министр торговли Ван Шувэнь высказался за компромисс между странами перед саммитом, как сообщило агентство «Рейтер» (Reuters), и любое соглашение — или несогласие — между двумя странами, безусловно, окажет воздействие на глобальный рынок. Несмотря на то, что Китай однозначно подчеркнул, что не намерен обсуждать на саммите Гонконг, до сих пор не утихшие там гражданские протесты могут послужить для Трампа своеобразным рычагом влияния. В том, что касается России, все еще ощутимо веет духом вмешательства в выборы 2016 года. Сформировавшееся вокруг ситуации с договором об РСМД напряжение привело к ряду неверных утверждений о возобновлении холодной войны. Утверждение, что стремление России укрепить свои позиции сопоставимо с амбициозным наращиванием сил в рамках создания империи, отдает неверной и архаичной политикой. Это не значит, что Россию следует сбросить со счетов как геополитического соперника. Нет, этого делать не следует. Но Китай, вероятно, является более значительным противником (недавние критические заявления Путина о торговой политике США и попытки угодить Китаю могут только усложнить положение вещей). Саммит «Большой двадцатки» служит для администрации Трампа шансом значительно продвинуться в достижении своих внешнеполитических целей. Главным приоритетом, вероятно, остается разрешение торгового спора с Китаем, но выстраивание отношений с Россией нельзя откладывать. Как Путин, так и Си выразили желание наладить свои отношения с Соединенными Штатами. Главная трудность для администрации Трампа будет состоять в том, чтобы разработать политику, удовлетворяющую и Китай, и Россию, но при этом не уменьшающую степень американской гегемонии в мире.