СМИ

© Council of Europe/Sandro Weltin Что лучше, наказание за политику Путина или возможность получить защиту ЕСПЧ? Решение ПАСЕ вызвало смешанную реакцию гражданского общества в России. Такой вывод сделала газета «Монд» по результатам опроса на сайте радио «Эхо Москвы». Газета приводит только мнения политических оппозиционеров, которые ожидаемо видят в этом решении спасение для российских граждан, «страдающих от диктаторского режима», а не только для оппозиционеров.Опубликованный на сайте радио «Эхо Москвы» (оно особенно популярно в либеральной среде, к которой относится немало оппозиционеров) опрос многое говорит о замешательстве части России после решения Парламентской ассамблеи Совета Европы снять 24 июня санкции против российской делегации (они были приняты после аннексии Крыма в 2014 году). 45% опрошенных считают такое решение подарком Владимиру Путину и называют его тревожным, но практически такое же число респондентов рассматривают его как хорошую новость, поскольку видят в нем средство защиты российских граждан. Позиция государственных СМИ проста: голосование стало победой, пусть и символической. Они также воспринимают его как потенциальный предвестник смягчения или даже снятия санкций другими институтами. Пресс-секретарь Кремля Дмитрий Песков назвал произошедшее победой здравого смысла, а вернувшаяся в Страсбург российская делегация продолжила поднимать ставки, заявив, что не станет принимать во внимание принятые без нее резолюции, и что депутаты из Крыма могут в скором времени появиться в ПАСЕ. Что касается демократической интеллигенции, политических оппозиционеров и правозащитников, которые по большей части были против российской политики на Украине (аннексия Крыма, война в Донбассе), в этой среде возникали разные, иногда даже противоположные мнения. «Капитуляция» Европы Ряд оппозиционных деятелей выступили с критикой «капитуляции» Европы. В частности это касается бывшего диссидента и одного руководителей правозащитной организации «Мемориал» Олега Орлова, который осудил это решение, поскольку оно идет против ценностей и постановлений Совета Европы, а также было принято без каких-либо уступок со стороны Кремля: «Мои коллеги-правозащитники обижаются, когда им приводят исторические параллели. Мол, при чем тут Мюнхен? Сейчас совсем иная ситуация. И не надо нас обвинять в предательстве. Ситуация действительно иная, но аналогии имеют место. Предательство тут действительно ни при чем. История Мюнхенского соглашения, с моей точки зрения, это история не про предательство, а про трагическое заблуждение». Еще один бывший диссидент Александр Подрабинек уверен, что решение ПАСЕ было основано на страхе и вдохновляет Владимира Путина на новую агрессию, становится топливом будущей войны. Как бы то ни было, речь, судя по всему, идет о позиции меньшинства, чему есть одно простое объяснение: в ответ на ограничение прав своей делегации Москва регулярно грозила попросту выйти из Совета Европы, что лишило бы российских граждан защиты связанного с ним Европейского суда по правам человека. Несмотря на все заявления украинских делегатов о «шантаже» и сравнимых с «человеческими щитами» методах, именно этот аргумент активнее всего звучал в дебатах наравне с необходимостью вести диалог с Москвой и финансовыми трудностями в связи с отсутствием России. Бельгийка Петра де Суттер (Petra De Sutter), которой было поручено представить доклад по инициативе, отметила «дилемму» между требуемой жесткостью по отношению к государству и необходимостью защитить его граждан. «В России права граждан нарушаются во всех судах, и Страсбург остается последней надеждой на правосудие для простых граждан, а не только для политической оппозиции, — уверена правозащитница Зоя Светова. — Без него мы практически вернемся в СССР». Изменение тюремного режима За 20 лет в суд поступило более 160 00 обращений из России, которая стала его главным «клиентом». В подавляющем большинстве случаев (2 365 из примерно 2 500 рассмотренных дел) он признавал Москву виновной в нарушении прав человека. В частности ЕСПЧ принимал решения о выплате компенсаций оппозиционерам, таким как Алексей Навальный или протестная группа «Пусси Райот» (Pussy Riot). «За исключением некоторых случаев, Москва платит, — отмечает Зоя Светова, которая долгое время посещала тюрьмы, а сегодня пишет для сайта mbk.media. — Срочные постановления суда в некоторых случаях спасали жизни, так как он распоряжался перевести заключенных в больницу. Они также стали залогом изменений тюремного режима». Заместитель Алексея Навального Леонид Волков, которого только что выпустили на свободу, тоже видит в ЕСПЧ «последний символ правосудия» для россиян, у которых «есть право быть представленными в европейских институтах, даже если их нынешний президент — диктатор». Кроме того, Волков (он сам подал несколько обращений в Страсбург) считает, что «интриги» Москвы для возвращения в Совет говорят, что она боится изоляции. Страсбургская дилемма с особой остротой встает в Москве и охватывает целые слои российского общества. В понедельник вечером в Страсбурге адвокат Николай Полозов, который защищает захваченных в ноябре 2018 года в Азовском море украинских моряков, привал европейских депутатов не уступать не выполняющему свои обязательства государству. Его коллега Кирилл Коротеев из организации «Агора» (она нередко выступает в ЕСПЧ) называет возвращение России необходимым злом, но считает важным понять, сможет ли Совет Европы в будущем добиться соблюдения своих норм. «Хотя Россия и относится к ЕСПЧ, она выводит его из равновесия, создавая все большее число новых дел о нарушениях и пытках, — говорит он. — Отказываясь решать внутренние проблемы, Москва загромождает суд тысячами однотипных дел и расшатывает его».