СМИ

© РИА Новости, Стрингер | Перейти в фотобанкГермания и Франция движутся в сторону диалога с Кремлем, считает политолог. Центральным вопросом он называет аннексию Россией Крыма, но этот термин фактически никак не отражает произошедшее: военных действий не было, военного захвата территории не было. Российские военные присутствовали там лишь для того, что бы дать крымчанам возможность мирно провести референдум.Россия была отстранена от работы в Совете Европы в 2014 году после захвата ею Крыма. Крым остается аннексированным Российской Федерацией, и нет никаких признаков того, что Россия когда-нибудь вернет этот полуостров под контроль Украины, и тем не менее ее право голоса было восстановлено по прошествии чуть более пяти лет. Из всего этого можно сделать лишь два вывода: либо российский контроль над территорией, которую остальная часть Европы по-прежнему считает украинской, не является нарушением европейских стандартов, либо ключевые европейские игроки решили, что этот вопрос больше не является центральным организующим принципом в их отношениях с Россией. Разумеется, это решение было принято после рутинного шестимесячного продления европейских санкций против России, и поэтому посылаемый Европой сигнал является довольно неясным. Вместе с тем это решение было принято сразу после встречи нового президента Украины Владимира Зеленского с немецким федеральным канцлером Ангелой Меркель и президентом Франции Эмманюэлем Макроном, в ходе которых украинский президент попросил их помешать восстановлению прав России в Совете Европы. Занятая Германией и Францией позиция состоит в том, что это решение представляет собой не одобрение российской аннексии Крыма и отторжения его от Украины, а необходимый шаг, направленный на восстановление каналов диалога с Россией. Тот факт, что в период ограничения ее прав Москва не платила взносы в Совет Европы — эта сумма составляет примерно 7% его бюджета, — возможно, также повлиял на желание восстановить права России. В официальной позиции Берлина и Парижа подчеркивается, что это решение не следует рассматривать как существенное изменение европейской политики в отношении России, а непризнание Крыма остается единой позицией остальных государств континента. Однако аналитики тихо шепчут о том, что Совет Европы не имеет большого значения в крупных схемах европейских дел. Вместе с тем озабоченность Зеленского можно считать оправданной. Даже если эта организация и не имеет большого значения, принятое решение представляет собой отход от принципа, согласно которому Россия не может восстановить нормальные отношения с Европой, пока Крым остается под ее контролем. После этого шага, продолжая движение в том же направлении, будет легче восстановить другие аспекты российско-европейских отношений, существовавших до 2014 года. Возможно, Крым в конечном итоге присоединится к Абхазии, Южной Осетии и Северному Кипру как непризнанная в Европе территория, вопрос о которой будет отложен в сторону при рассмотрении более крупных проблем. Принятое Советом Европы решение также свидетельствует о том, что предпринятые Соединенными Штатами в последнюю минуту попытки ввести санкции против российских энергетических трубопроводов, идущих в обход Украины, не получат достаточной поддержки и стимулов. Возможно, существующие в отношении России европейские санкции не будут отменены, однако вероятность того, что Европа присоединиться к Соединенным Штатам и поддержит новые санкции, представляется маловероятной. Вместо этого Рим, Берлин и Париж, судя по всему, намерены открыть новые линии для контактов с Москвой, которые не будут проходить через Украину. Для сохранения рычагов воздействия на Москву Украине нужно, чтобы ее озабоченности по поводу Крыма и Донбасса были непосредственно связаны с отношениями Европы (и Америки) с Россией. Украина в 2017 году успешно противостояла попыткам отсечь украинский вопрос в ходе попыток сместить фокус в американо-российских отношениях в сторону Ближнего Востока. Любой признак отделения украинского вопроса является первым шагом к де-факто признанию нынешнего статус-кво, а также открывает путь к тому, чтобы Украина оставалась «замороженным конфликтом», отложенным в сторону и уступившим место другим вопросам. Помимо решения Совета Европы, Зеленский не может быть доволен и решением администрации президента Трампа провести формальную встречу с Владимиром Путиным на саммите группы G-20, хотя заявленным в прошлом году условием подобной встречи было освобождение украинских моряков, захваченных во время инцидента в Керченском проливе (на момент написания этой статьи украинские моряки еще не были выпущены на свободу). Трансатлантический консенсус, выработанный по украинскому вопросу Бараком Обамой и Ангелой Меркель, продержался пять лет, — хотя в этот период появилось больше пророссийски настроенных правительств в разных странах Европы, и возникли новые трещины в европейско-американских отношениях после прихода к власти президента Трампа. Пока не ясно, что представляет собой решение о восстановлении прав России в Совет Европы — исключение или первый клин, вносящий раздор между европейцами. Николас Гвоздев — постоянный автор журнала «Нешнл интерест».