СМИ

© AP Photo, Ariana CubillosНесмотря на кризис и протесты, Николас Мадуро крепко держится за президентский пост. Как ему это удается? И как долго это продлится? Дело в том, что венесуэльского лидера поддерживает не только собственная армия, но и авторитарные государства из разных частей мира. С другой стороны, само его государство неотвратимо распадается на куски, пишет «Дагенс нюхетер».Несмотря на глубокий кризис и масштабные протесты, Николас Мадуро крепко держится за президентский пост. Как ему это удается? И как долго это продлится? Политологи тщательно разграничивают три понятия, которые часто используются как приблизительные синонимы: государство, правительство и режим. Государство — это аппарат, который имеет монополию на насилие на территории страны, осуществляет правосудие и предоставляет гражданам ряд общественно полезных вещей — от дорог до электричества и водоснабжения. Правительство руководит, это оно решает, чем должно заниматься государство. Режим в свою очередь — это система, посредством которой назначается правительство, он может быть либо демократическим, либо авторитарным. В декабре 2015 года оппозиция одержала сокрушительную победу на парламентских выборах в Венесуэле. Полтора года президент Николас Мадуро делал все, что мог, чтобы сформировать новое большинство. Летом 2017 года он назначил собственную, более послушную Конституционную ассамблею страны, а у парламента забрал всю власть. Тем самым завершилась смена режима, которая в замедленном темпе тянулась 15 лет: правительство осталось тем же самым, но Венесуэла перестала быть демократией. Эти изменения удалось осуществить, потому что Мадуро пользовался поддержкой военных, которую заслужил, передав генералам контроль над нефтяными богатствами страны. Этой весной полные драматизма события в Венесуэле — на первых полосах в СМИ. Раз за разом десятки тысяч людей выходили на демонстрации против президента. В январе Хуан Гуайдо (Juan Guaid?), спикер того парламента, что утратил право принимать решения в 2017 году, объявил себя временным президентом, и большая часть демократического мира признала его. США ввели санкции, чтобы повлиять на ситуацию. Цель оппозиции и окружающего мира заключалась в том, чтобы принудить правительство провести новые выборы и тем самым добиться новой смены режима — вернуться к демократии. Все надеялись, что протесты и санкции вынудят военных отказаться от поддержки Мадуро. Но генералы до сих пор остаются на стороне президента. И сейчас диктатура готовится нанести ответный удар по оппозиции. На прошлой неделе парламентский иммунитет Гуайдо отменили. Существует риск, что его скоро возьмут под стражу. Есть несколько причин, почему Мадуро сумел удержать военных и не выпустить власть из своих рук. Отчасти дело в том, что за его спиной — авторитарный мир. Россия и Китай обеспечивают ему экономическую и моральную поддержку. Куба предоставила ему сотню агентов безопасности, которые следят за потенциальными бунтовщиками в вооруженных силах. Кроме того, военные опасаются рисков, которые повлечет за собой смена режима и правительства. Если Венесуэла вернет себе демократический статус и оппозиция получит власть, военные утратят контроль над сферами своих экономических интересов. Также офицеров могут призвать к ответственности за преступления, совершенные при диктатуре. Гуайдо все чаще повторяет, что хочет, чтобы мир вмешался в ситуацию, учитывая применение оружия. Дональд Трамп тоже утверждает, что «рассматриваются все альтернативы». Однако военная интервенция — невероятно опасная идея. Венесуэла — большая страна со значительными вооруженными силами и разнообразным ландшафтом. Очень велик риск, что ввод войск станет началом длительной кровавой бойни. Кроме того, если США возглавят вмешательство в дела латиноамериканской страны, это подтолкнет нас к такому миропорядку, когда крупные державы делают что хотят в своих сферах интересов. Слава богу, американские союзники вроде Колумбии и Бразилии, чье согласие потребовалось бы для интервенции, решительно говорят «нет». В Вашингтоне энтузиазм по этому поводу тоже довольно скромный, за исключением, возможно, самого Трампа. Значит ли это, что правительство Мадуро в безопасности? Что авторитарный режим, установившийся в 2017 году, выживет? Пока что это, пожалуй, так. Но в длительной перспективе — сомнительно. Не только демократический режим Венесуэлы распался на куски — само государство разваливается. Общественно полезными вещами оно не может заниматься уже много лет. Воды не хватает, и за последние месяцы страна неоднократно надолго лишалась электричества. Никакой монополией на насилие государство больше не располагает и правосудие осуществлять тоже не может. На улицах свирепствуют вооруженные банды. Пока государство еще добывает и экспортирует нефть. Но и эта способность уже под угрозой. Когда Венесуэла больше не сможет этого делать, то даже для военных цена поддержки диктатуры станет слишком высока.