СМИ

© официальный аккаунт ROSATOM на FacebookНесмотря на выгодные условия, которые предлагает Росатом, Польша, по всей видимости, выберет для строительства АЭС другого партнера. Почему? Оказывается, российские АЭС с тысячами сотрудников из России, «препятствиями для доступа извне» и «ограниченным контролем государств», на территории которых они построены, превращают электростанции в экстерриториальные российские базы. «Если Росатом пригласят участвовать в польском тендере на строительство атомной электростанции, мы рассмотрим этот вариант», — сказал в сентябре 2016 года генеральный директор компании Росатом-Атомэнергопромсбыт Дмитрий Суханов. Это заявление в интервью крупнейшему польскому информационному агентству во время экономического форума в Крынице стало началом медийной кампании в стране. Представители России присутствовали на панельных дискуссиях форума, стремились выступить в польских СМИ. Однако они до сих пор не получили и, по всей видимости, не получат приглашения к участию в польской программе. Мечты об атоме Строительство атомной электростанции в Польше — мечта сторонников этого вида энергетики со времен социализма. В 80-е годы возник проект электростанции по советской технологии в Жарновце, но он потерпел крах после экономического коллапса Польской народной республики. Когда период болезненных экономических реформ 90-х подошел к концу, этот замысел уже не возродился. Тем самым Польша оказалась своего рода феноменом в регионе: атомные электростанции, построенные по советской технологии при коммунистах, есть и в Чехии, и в Словакии, и в Венгрии. Сейчас в Польше существует официальная ядерная программа, принятая в 2014 году. «В связи с потребностями польской энергетической системы и условиями, вытекающими из политики ЕС, приоритетным для Польши является развитие собственных мощностей по производству электроэнергии», — подчеркивает министерство энергетики. Согласно правительственным документам, страна намерена запустить свой первый ядерный реактор в 2033 году и каждые следующие два года вводить в эксплуатацию новый, чтобы к 2043 их было шесть. АЭС должна восполнить пробел на энергетической карте Польши в северо-восточной части страны. Таким образом планируется обеспечить 20% польских потребностей в энергии. Использование именно атомной энергии важно как с точки зрения климатической политики Евросоюза, так как при использовании этой технологии не выделяется углекислый газ, так и с точки зрения стабильности поставок, поскольку она может дополнять непредсказуемые возобновляемые источники. Однако Польша по-прежнему не объявила тендер и не приняла проект энергетической политики, поэтому сохраняется неопределенность: действительно ли эта задумка воплотиться в жизнь. От того, кто именно построит электростанцию, зависит финансовая модель, связанная с проектом. Польша официально заявляет, что ведет переговоры с США, Китаем, Францией и Южной Кореей. Потенциально каждый из этих партнеров может обеспечить разного рода дополнительную выгоду. Американцы могут создать преимущества в секторе безопасности, французы — помочь укрепить позицию в ЕС, китайцы — обеспечить дополнительное финансирование, а у корейцев есть опыт в реализации такого рода проектов в срок и в рамках бюджета. Польская сторона хотела бы, чтобы партнер оплатил половину расходов, связанных с проектом, при этом правительство заявляет, что иностранное финансирование может достигнуть 30 миллиардов долларов. Соответственно, хотя официально цифра пока не называется, общая стоимость составит около 60 миллиардов долларов. Точно определить ее пока сложно, тем более, что еще неизвестно, сколько будет реакторов и какого они будут типа. Заманчивое предложение Росатом располагает безопасной технологией ВВЭР, не имеющей ничего общего с реакторами РБМК, известными по чернобыльской катастрофе. Он предлагает потенциальным партнерам финансовое участие: например, в Венгрии вместе с проектом нового реактора в Пакше российское правительство предоставило кредит до 10 миллиардов евро. Этот проект оценивается в 12 миллиардов евро и должен завершиться введением в эксплуатацию двух реакторов в 2024 и 2025 годах. На первый взгляд, такго рода сотрудничество — это очень соблазнительное предложение, однако оно вызывает у польской стороны опасения. Неслучайно Чехия и Украина совместно с американцами ищут замену российскому ядерному топливу, несмотря на то, что она потребует технического переоснащения реакторов и дорогостоящих инвестиций. Эти страны заинтересованы в уходе от российского поставщика, сотрудничество с которым чревато политическими последствиями, как и любая экономическая зависимость от России. В таком стратегическом секторе, как энергетика, это особенно важно: ведь российские строители электростанции имели бы доступ к данным и к кадрам, что, естественно, смущает поляков. Электростанция или российская база? Российские атомные электростанции с тысячами сотрудников из России, препятствиями для доступа извне и ограниченным контролем государств, на территории которых они построены, становятся своеобразными «дополнительными посольствами». В Турции это стало одной из причин ожесточенных споров перед принятием решения о строительстве Росатомом электростанции «Аккую». Хотя формально россияне просто строят объекты «под ключ», по сути они превращают электростанции в экстерриториальные российские базы. Польша лишь в последние годы уменьшила зависимость от поставок российского газа с помощью СПГ-терминала в Свиноустье, и со стратегической точки зрения перспектива появления по сути российского городка, создающего новые возможности влияния на политику страны, выглядит устрашающе. К этому прибавляются и другие опасения. Строительство Росатомом электростанции в Островце (Белоруссия) стало предметом серьезной дискуссии с участием Польши и Литвы. Литовцы опасаются несоблюдения технологических стандартов, которое могло бы привести к экологической катастрофе. Во время строительства в Островце произошел опасный инцидент, когда при перевозке упал корпус ядерного реактора, и лишь под международным давлением россияне согласились заменить его новым. Итак, вероятнее всего, участие Рсатома в польской ядерной программе будет невозможным. Причины этого — фундаментальные расхождения в политике безопасности Польши и Российской Федерации, а также восприятие этой компании не как привлекательного бизнес-партнера, а как орудия реализации сомнительных политических целей государства, которое за ним стоит.