СМИ

© REUTERS, STRINGERПрогремевшая на Шри-Ланке волна терактов поднимает множество вопросов, в частности о личности террористов. Христиане в очередной раз оказываются под ударом в праздничный день, отмечает глава ассоциации «Помощь церкви в беде» Марк Фромаже. Одной из возможных причин терактов является религиозная напряженность между сингалами, исповедующими буддизм, и тамилами, соблюдающими индуизм. В пасхальное воскресенье церкви и дорогие гостиницы этого островного государства в Индийском океане стали целью целой череды терактов. Счет идет почти на 200 погибших и 400 раненых, среди которых есть и иностранцы. Теракты в храмах на христианские праздники — мы уже начали привыкать к такому, хотя обычно это происходит на Ближнем Востоке, в Пакистане или в регионе Сахары-Сахеля. На Шри-Ланке теракты были направлены преимущественно против отелей премиум-класса, что стало трагедией не только для жертв, но и для страны, которая хочет стать одним из мировых туристических центров. Остров на самом деле очень красив, а название страны переводится с санскрита как «благословенная земля»: бывший Цейлон вернул себе старое имя 22 мая 1972 года. По окончанию гражданской войны, которая опустошала Шри-Ланку на протяжении более 25 лет (1983-2009, 70 000 погибших и 140 000 пропавших без вести), туризм активно развивался и прочно утвердился как главный источник доходов. Конфликт на Шри-Ланке был не религиозным, а этническим. Она была буддистским островом, но затем из соседней Индии прибыли тамилы, торговцы принесли ислам, а христианство пришло с португальцами, голландцами и англичанами. В течение 450 лет колониального периода доминировавшие державы отдавали предпочтение меньшинствам. После провозглашения независимости сингалы подняли голову, но тамилы решили дать отпор. Стоит отметить, что автономистские требования тамилов опираются на настоящую дискриминацию, которая существовала после независимости: в 1948 году закон лишил гражданства 900 000 индийских тамилов, в 1956 году сингальский стал единственным государственным языком, а в 1970 году новая политика в образовательной сфере затруднила прием тамилов в вузы. Сингалы считают всех тамилов потенциальными террористами и до сих пор рассматривают их как захватчиков, хотя они издавна живут на острове. У обеих сторон были причины не ладить друг с другом. Кроме того, они попросту не понимают друг друга: тамильский язык (дравидийская семья) совершенно не похож на сингальский (индоевропейская семья). Этническое распределение сегодня выглядит следующим образом: 74% составляют сингалы, 12,6% — ланкийские тамилы, 5,5% — индийские тамилы (они отличаются тем, что прибыли сюда работать на чайных плантациях в XIX веке, тогда как местные тамилы живут на острове вот уже 2 000 лет) и 7,1% — ланкийские мавры, потомки арабских торговцев, которые взяли жен из числа сингалок и тамилок. Они исповедуют ислам, очень активны в экономическом плане и смогли представить себя отдельной этнической группой, что дает им доступ к этническим квотам. У мусульман обычно больше детей, и некоторые социологи считают, что к 2090 году они составят большую часть населения острова. На эти этнические реалии накладывается ощутимая религиозная напряженность: сингалы по большей части буддисты, а тамилы — индуисты, но христиане встречаются в обеих группах. В условиях подобного раздела только христиане могут играть роль моста и, как это обычно принято в церкви, предложить платформу для диалога. Все это указывает на одну из возможных причин терактов. Удары по церкви, видимо, призваны остановить или хотя бы замедлить национальное примирение. Наконец, стоит отметить, что, по мнению сингалов, на них лежит священный долг по защите буддизма (в расположенном в центре острова городе Канди хранится зуб Будды), в связи с чем некоторые стремятся установить на острове чистоту веры. Ведомая жрецами секта «Боду Бала Сена» продвигает с помощью насилия религиозно-политический фундаментализм на острове. Все это проявляется в антихристианских акциях, жертвами которых становятся также и мусульмане. Будь то экстремистская буддистская группа или исламисты, для христиан результат не меняется: они вновь погружаются в Страсти вместо того, чтобы праздновать воскрешение Христа. Для гонимых христиан никогда не закончится Великая пятница? Чтобы в таких условиях пойти на службу, требуется недюжинная смелость!