СМИ

© Sputnik | Перейти в фотобанкУход Нурсултана Назарбаева для политизированной части белорусов вылился в вопрос: а какова же будет судьба президентского кресла у нас? Способен ли Александр Лукашенко на рокировку в духе казахского политического патриарха? Каковы специфические трудности и риски транзита власти в белорусском случае?

Лукашенко правит много лет. Понятно, что и он не вечен. Он и сам дает понять, что задумывается о судьбе Белоруссии после эпохи первого президента. О том, как передать власть без потрясений.

В ходе «Большого разговора» 1 марта официальный лидер торжественно заявил: «Обещаю, на тот свет меня из президентского кресла не понесут». Более того, анонсировал, по сути, конституционную реформу, которая может пройти после очередных президентских выборов (то есть примерно в 2022-2023 годах) и приведет к перераспределению полномочий между ветвями власти.

Обозреватели, однако, отметили, что обещания модернизировать политическую систему звучали и раньше, но пока ни привели к сдвигам хотя бы на миллиметр.

Отцы и дети

Понятно, что Назарбаев не вполне ушел, а сделал рокировку. Поставил исполняющим обязанности президента своего человека и сохранил в собственных руках мощные рычаги — отнюдь не символический статус отца нации (елбасы), пост главы Совбеза и лидера правящей партии.

Подобный опыт есть у многолетнего российского лидера Владимира Путина, который, чтобы не ломать конституцию, уходил на должность премьера, на время уступая президентство Дмитрию Медведеву.

Но у Лукашенко, как считает ряд комментаторов, нет дублера или кандидата в преемники, который пользовался бы абсолютным доверием. А дети, спросите вы. Тоже непростой вопрос.

У Назарбаева нет сыновей. А вот дочь Дарига единогласно избрана спикером Сената, то есть вторым в государстве лицом, к которому в случае чего переходят полномочия президента.

Правда, по мнению ряда экспертов, к появлению женщины во главе государства ментально не готово тамошнее общество. Еще одним вероятным преемником (кроме и. о. президента Касыма-Жомарта Токаева) считается Самат Абиш — племянник Назарбаева, первый заместитель председателя Комитета национальной безопасности.

У Лукашенко трое сыновей. Видно, что он с особым трепетом относится к младшему, Николаю, но тот еще школьник. А ценз для президентства у нас — по крайней мере пока — 35 лет.

К тому же Лукашенко-отец не раз повторял, что ни один из его сыновей не хочет в президенты. Да, старший, Виктор, занимает при отце важную должность помощника по национальной безопасности. Но это не публичное амплуа. Политической же раскрутки старшего сына, вопреки давним прогнозам (мол, будет поставлен во главе области или правительства), мы пока не видим.

Будет ли востребована схема «двух царей»?

Критики Лукашенко привыкли говорить о его исключительном, феноменальном властолюбии. Способен ли в принципе первый президент Белоруссии — привыкший к ручному управлению, крайне недоверчивый — на некое собственноручное переформатирование властной верхушки, уход на иную позицию, на роль, скорее, неформального авторитета, как это сделал Назарбаев (а также Дэн Сяопин в Китае, Ли Куан Ю в Сингапуре)?

«Безусловно да. Не обязательно так, как Назарбаев, не обязательно так быстро. Есть схема _