СМИ

© REUTERS, KCNA via REUTERS15 июня северокорейские власти взорвали совместный офис связи между Пхеньяном и Сеулом. По некоторым данным, северокорейская сторона сослалась на «отсутствие прогресса в межкорейских отношениях». Событие вызвало большой резонанс. За последние 20 лет КНДР только и делала, что нагнетала обстановку, подчеркивает издание.В июне 2000 года тогдашние президент Южной Кореи Ким Дэ Чжун и Председатель Трудовой партии Кореи Ким Чен Ир провели в Пхеньяне первую в послевоенной истории межкорейскую встречу в верхах. 15 июня было объявлено о подписании ими совместной Декларации Республики Корея и КНДР, в которой было заявлено о стремлении обеих сторон к объединению. Ким Дэ Чжун провозгласил тогда проведение в отношении Северной Кореи политики «солнечного тепла», суть которой состояла в смягчении напряженности в двусторонних отношениях за счет перехода от конфронтации и взаимного недоверия к экономическому взаимодействию и всесторонним обменам. Однако до сих пор в непримиримой позиции Северной Кореи никаких изменений не произошло. Единственное, что изменилось за последние 20 лет — это еще более активное нагнетание военной угрозы со стороны Пхеньяна. Ситуация с международной безопасностью в Восточной Азии только ухудшилась. Нарушив договоренности с международным сообществом, Северная Корея в 2006 году произвела шесть ядерных испытаний. Пхеньян не прекращает запуск баллистических ракет, включая и тяжелые межконтинентальные их виды. По данным Стокгольмского Института проблем мира, к январю этого года количество ядерных ракетных боеголовок, которыми располагает Северная Корея, увеличилось до 30-40 по сравнению с 20-30, которые Пхеньян имел в прошлом году. Не признавать эту новую печальную реальность нельзя. В соответствии с политикой «солнечного тепла», в Северной Корее создавались свободные экономические зоны, в которые активно вкладывал инвестиции южнокорейский капитал. Осуществлялись многочисленные проекты по оказанию Северной Корее значительной экономической помощи. Все это приносило Пхеньяну большие экономические выгоды. На деле получилось так, что эта помощь и взаимодействие со стороны Южной Кореи не столько способствовали снижению напряженности отношениях двух Корей, сколько позволили Пхеньяну осуществить огромные капиталовложения в свою военную ядерную программу. И тем не менее политика «солнечного тепла» продолжила свое существование и при других левых южнокорейских правительствах. От Ким Дэ Чжуна власть перешла к его преемнику Но Му Чёну (2003 — 2008), а затем и к нынешнему президенту Мун Чжэ Ину, тоже ратующему за «мягкий курс» в отношении Северной Кореи. Япония и США занимают по отношению к наращивающей свой ракетно-ядерный потенциал Северной Корее позицию «максимального давления», требуя применения к ней жесточайших санкций под эгидой ООН и всеми силами втягивая северокорейский режим в переговоры по денуклеаризации Корейского полуострова. Однако сегодня, когда со времени первой американо-северокорейской встречи в верхах прошло уже 2 года, переговоры с Пхеньяном по ядерной проблематике не сдвинулись ни на шаг. Тем не менее правительство президента Муна продолжает заигрывать с режимом Ким Чен Ына, размывая солидарность с Японией и Америкой и срывая политические дивиденды еще и от своих отношений с Китаем и Россией, которые маячат за спиной Пхеньяна. Это чрезвычайно опасная линия. Северная Корея, используя надуманный предлог о разбрасывании ее противниками, в том числе из числа перебежчиков, листовок с оскорблениями в адрес северокорейских лидеров, пошла на беспрецедентный шаг. Она не только разрушила офис связи между Пхеньяном и Сеулом, но и полностью прекратила деятельность свободных экономических зон, служивших главными локомотивами политики «солнечного тепла». Это прекрасная отправная точка для отказа от политики смягчения по отношению к Северной Корее.Пусть теперь Пхеньян сам ломает голову над последствиями своих действий. Политика «солнечного тепла» не может привести к денуклеаризации Корейского полуострова. Спустя 20 лет с ее начала эту политику необходимо решительно переоценить с учетом опыта прошлых лет.