СМИ

© AP Photo, Shakh AivazovДаже бюрократа Штайнмайера смущает манера грузинских политиков выражать свои евроатлантические восторги. Чем ЕС мог бы объяснить претензии на российскую сферу влияния? Может, тем, что нефть гуще крови, а газ тяжелее европейских ценностей? Но сейчас ЕС не до приема новых бедных стран, пишет немецкий автор.«Принадлежность Грузии к Европе не исчерпывается географическими реалиями, ее нельзя по-настоящему осознать только лишь через географию». Это сказал председатель немецкого бундестага Франк-Вальтер Штайнмайер (Frank-Walter Steinmeier), выступая на официальном обеде в начале своего визита в Грузию. Грузия — страна цветистых тостов, но нужно сказать, что Штайнмайер прав как бюрократ, привыкший выражаться витиевато. Потому что к «географическим реалиям» желание Грузии присоединиться к периферическим областям ЕС не имеет никакого отношения. Согласно общепринятому географическому определению, юго-восточная граница Европы проходит по Кавказскому хребту. Грузия находится южнее и, следовательно, к Европе не относится. На этом все дебаты можно было бы закрыть. Но не тут-то было. Политики ЕС включили в Европу даже Азербайджан, закрыв глаза и на тамошнюю клептократию, и на нарушения прав человека. Ведь нефть гуще крови, а газ тяжелее «европейских ценностей». Этим ЕС объясняет свои претензии на сферу влияния, которую раньше Россия считала своей. В то же самое время Штайнмайера явно смущает манера грузинских политиков выражать свои «евроатлантические» восторги. Так, за несколько дней до визита лидер некой «грузинской рабочей партии» Шалва Нателашвили потребовал размещения американских военных баз с атомным оружием на грузинской земле, чтобы «защитить страну от российской агрессии». И, хотя это дело не ближайшего будущего, министерство иностранных дел с гордостью отметило, что одобренная финансовая помощь из Вашингтона в новом годовом бюджете США составила сумму в 132 миллиона долларов — самый высокий показатель с 1991 года. Несмотря на это, Штайнмайер сделал акцент на факторе времени: хотя он положительно оценил стремление Грузии к членству в ЕС и НАТО, его слова немного напоминали цитату из Гёте: «Чья жизнь в стремлениях прошла, того спасти мы можем…» Мол, до приема в организации «путь неблизкий». Ну, а пока действует правило: НАТО не принимает в свои ряды страны с неразрешенными территориальными конфликтами. У Грузии таких конфликтов два, и обе спорные территории признаны Россией и взяты ею под свою защиту. Штайнмайер назвал это «сложным соседством». Если говорить прямо, тот, кто поддержит Грузию в ее попытках отвоевать назад эти области, знает, с кем будет иметь дело. Поэтому ссылка президента Грузии Саломе Зурабишвили на то, что балтийские страны были приняты в НАТО вопреки протестам России, к делу отношения не имела. Ведь за прошедшие 15 лет ситуации развивалась. Россия показала, в том числе и Грузии, что существуют красные линии. Конечно, это не устраивает НАТО, но альянсу приходится с этим мириться. А у ЕС с Брекситом и его последствиями хватает забот, так что ему не до приема новых бедных стран.