СМИ

© AP Photo, Jerome DelayАктивность России в Африке, где Москва использует частные военные компании, это в первую очередь результат ошибок Запада, открывших перед россиянами новые возможности, пишет издание. Москва старается занять нишу и принять участие в сражении за природные ресурсы, а также за контроль над транспортными маршрутами и миграционным потенциалом. При этом россияне порой играют за обе стороны конфликтов.Центральноафриканская Республика представляет собой самый лучший пример того, как ошибочные расчеты опекавшей ее постколониальной державы (Франции) привели к утрате контроля над этой страной и позволили России начать свое наступление. Ставка в этой борьбе — центральноафриканские месторождения алмазов и золота, а также нефти и урана, которые ранее активно не разрабатывались, и рынок для продажи оружия. В дальнейшей перспективе ЦАР может стать для России трамплином, позволяющим начать экспансию в более крупных и зажиточных странах, например, в соседней Демократической Республике Конго. Ключ, с помощью которого Москва открывает двери в очередные африканские страны, это их внутренняя нестабильность и негативное отношение к Западу. Россия никогда не играла какой-либо роли в колониальной гонке конца XIX — начала XX века, из чего следуют как плюсы (отсутствие колониального бремени), так и минусы (отсутствие культурных влияний: например, русский язык в отличие от французского, английского, испанского и португальского не используется на официальном уровне ни в одной из африканских стран). Не следует, однако, забывать, что в постколониальный период Африка выступала одной из арен соперничества между Западом и СССР, причем Запад не выступал здесь, как в Европе, в роли защитника национально-освободительных движений (иногда даже наоборот). Между тем Москва, которая в целом проиграла в эпоху холодной войны сражение за этот континент (если опустить Северную Африку и краткосрочные успехи в других странах, например, в Конго (Заире) при Патрисе Лумумбе), обрела там влияние на левые силы и приглашала африканских студентов получать высшее образование в СССР или государствах Восточного блока. Иными словами, в большинстве африканских стран Россия может вызывать нейтральные или даже положительные ассоциации, а во многих из них она располагает человеческим потенциалом — учившимися в просоветских государствах элитами. ЦАР отлично подходит на роль опытного полигона для отработки российской экспансии в рамках идущей сейчас неоколониальной гонки, лидером в которой стал Китай. Азиатская держава предпочитает, однако, страны со стабильной диктатурой, поскольку, с одной стороны, по крайней мере в настоящий момент, она старается не прибегать к военным средствам, а с другой — пользуется усиливающимся нежеланием европейцев вести сотрудничество с диктаторами.© МИД РФМинистр иностранных дел России Сергей Лавров во время африканского турнеРаботая на два фронта, Россия, по-видимому, не опасается негативной реакции одной из сторон: ее опыт подсказывает, что в итоге можно ожидать лишь активизации борьбы за расположение Кремля, а, значит, готовности идти на уступки. Контакты с центральноафриканским руководством дают россиянам официальное основание находиться в ЦАР, но при этом большинство месторождений находится на территориях, которые контролируют боевики. Привлечение к операциям наемников, которые официально не имеют отношения к российскому государству, позволяет Кремлю объяснять партнерам, что противникам Банги помогает кто-то другой, лишь по совпадению говорящий на том же самом языке. В российской экспансии вглубь африканского континента важен еще один аспект: доступ к портам. Именно по этой причине Россия решила поддержать находившегося в изоляции диктатора Судана Омара аль-Башира взамен за его согласие позволить россиянам создать военную базу на Красном море. Российские планы перечеркнуло свержение аль-Башира, которое не смогли предотвратить «вагнеровцы», однако, ситуация в этой стране остается нестабильной, так что у Москвы еще есть возможность добиться там своего. Другим государством, в котором наблюдается активность российских наемников, выступает Ливия, где Россия поддержала генерала Халифу Хафтара. Комментаторы начали высказывать предположения, что командующий Ливийской национальной армией — марионетка Кремля, и именно ему он обязан своими победами. Между тем ситуация выглядит иначе: Россия руководствовалась предположением, что в долгосрочной перспективе Хафтар победит, так что тому, кто захочет заниматься бизнесом в Ливии, придется иметь дело с ним. Наладив контакты первой, Россия могла обеспечить себе выгодную позицию в доступе к контрактам на добычу ливийской нефти и договориться о создании военной базы, а также рассчитывать на то, что генерал, несмотря на действующее эмбарго, будет покупать российские вооружения. Миграционные потоки из Африки в Европу проходят через Ливию, так что в дальнейшем Москва сможет оказывать воздействие на европейцев, шантажируя их или используя «демографическое оружие». При этом призывы к изоляции Хафтара Кремлю выгодны: у него появляется возможность избавиться от конкурентов. Это не означает, что и здесь россияне не могут играть на два фронта, используя свою традиционную модель действий. Кроме того, следует отметить, что существенную роль в транспортировке оружия в Ливию играют украинцы, а это, вероятно, также интересует Россию. Москва, несомненно, будет стремиться расширить свои влияния в Африке, прежде всего проявляя интерес к странам, располагающим природными ресурсами. Одним из первых пунктов в списке направлений экспансии может оказаться крайне нестабильная, но обладающая огромными естественными богатствами Демократическая Республика Конго, где тоже есть учившиеся в СССР элиты.