СМИ

© AFP 2019, Jure MakovecВ интервью «Периодико» кандидат в Европарламент от Социалистической партии Испании Жозеп Боррель заявил, что давний враг Европы, Россия, вновь заявляет о себе и снова представляет угрозу, а союзник поворачивается к Евросоюзу спиной. Это требует от европейцев срочного объединения сил. В связи с этим нужно научиться работать на основе державных принципов.Проработав несколько месяцев в должности министра иностранных дел, Жозеп Боррель возглавляет список депутатов от Испанской социалистической рабочей партии (PSOE) в Европарламенте, председателем которого он уже был в течение трех лет. «Периодико»: Вы уже возглавляли Европарламент. Захотелось вернуться? Жозеп Боррель: Образно говоря, это самые мотивирующие выборы. С появлением противников европейского проекта, при том, что Европа полна врагов, людям, которым нравится политика, наполненная содержанием, трудно найти что-либо более интересное. — Каковы основные вызовы, с которыми столкнется ЕС в ближайшие годы? — Альтернатива вырисовывается достаточно четко: либо мы продолжаем интегрироваться в ЕС, либо идем за популистами и националистами и даем задний ход. И возвращаемся в систему государств, восстанавливающими полномочия, которые они передали ЕС. Разные Сальвини, Орбаны… Все это смешалось с ненавистью к иммигрантам, возрождением ценностей вечной христианской Европы. Либо одно, либо другое. — Какую роль теперь должна играть Европа в области геополитики во вновь создающемся мире? — Действительно, мы оказались в новом мире, который не могли себе представить пять лет назад. Трамп не был президентом, не было Брексита, кризиса иммигрантов, войны в Сирии… Многое поменялось. Наш союзник поворачивается к нам спиной. Наш давний враг, Россия, вновь заявляет о себе и снова представляет угрозу. Китай становится соперником. Это требует от европейцев срочного объединения сил. Сейчас мы должны научиться работать на основе державных принципов, поскольку живем в мире держав. Над нами не раскрыт американский защитный зонтик. Как сказал Трамп, мы даром пользовались системой, которую оплачивали американцы. В чем-то он прав. Но нам необходимо обладать определенной степенью стратегической автономии. — Чем закончится эпопея с Брекситом? — Творится полная неразбериха. Все будет зависеть от результатов выборов в Европарламент. Если партия Найджела Фаража (Nigel Farage) действительно наберет более 35% мест и те, кто, выступают против ЕС, в совокупности получат более 50% мест, то соглашение о выходе Великобритании будет ратифицировано. Смешно получается: хотят выйти, но не знают как. Вы уж как-то определитесь тогда. — Будет ли возрастать влияние Испании в ЕС? — Среди социалистов оно уже возрастает. На уровне государственных учреждений оно будет зависеть от результатов, которые получим на приближающихся выборах. Если мы станем первой среди социалистических партий, то можем рассчитывать на более значительную роль. — Сможет ли Пучдемон работать в Европарламенте? — Если его изберут, и не возникнет юридических проблем для исполнения им депутатских обязанностей, мы прекрасно уживемся в одном помещении. Оно достаточно большое. Но до этого должен быть решен ряд вопросов. — Удастся ли бороться с сепаратистскими настроениями, работая в Еврокомиссии? — Работая как в Еврокомиссии, так и в Европарламенте. Необходимо самым решительным образом проводить мысль о том, что Испания — страна западной демократии. Сторонники сепаратизма постоянно пытаются опорочить Испанию утверждениями о том, что это репрессивная страна, которая не дает своим гражданам возможность проголосовать, в которой есть политзаключенные, а судебная система — всего лишь фарс. Они прекрасные агитаторы, которым удается привлечь много людей. К сожалению, испанское государство до настоящего времени не смогло выступить с убедительными контраргументами. Испания обладает судебной системой, которая надежно обеспечивает права граждан, и входит в число 20 стран мира, подпадающих под определение полноценных демократий. — В какой степени рассуждения сепаратистов оказали влияния на государственные учреждения и правительства других стран? — На иностранные правительства они не оказали никакого влияния. Ни одно не поверило, что в Испании есть политзаключенные или отсутствуют независимые суды. Если бы они в это поверили, то применили бы отношению к нам статью 7 договора, как сделали это в отношении Польши и Венгрии. Но не поверил никто, ни Словения, ни балтийские государства. Действительно, среди членов леворадикальных партий нашлись такие, которые поверили рассказам угнетенного народа. — Как Вы восприняли нахождение осужденных политиков в Конгрессе депутатов и в Сенате? — Это совершенно ненормальная ситуация. Мы все очень хотели, чтобы дело до этого не дошло. Я имел возможность поприветствовать господина Хункераса (Junqueras) и других. — О чем Вы говорили с Хункерасом? — У нас была очень теплая беседа. Он заявил о своем настрое на разрешении ситуации путем конструктивного диалога. Хункерас должен сыграть весомую роль в этом диалоге, если он действительно хочет, чтобы он был конструктивным. Наши позиции в корне отличались, особенно в том, что касается признания права на выход из состава государства. — Вы сторонник того, чтобы его помиловать? — Нет смысла высказываться по поводу того, что еще не произошло. Давайте дождемся вынесения приговора. — Какие шаги должно предпринять испанское правительство в каталонском конфликте? — Думаю, надо сделать три вещи. Первое: начать конструктивный диалог в рамках Конституции. Если кто-то выходит за эти рамки, заседание нужно прекращать. Если будет поставлен вопрос о референдуме по выходу Каталонии из состава Испании, то следует сказать, что Конституционный суд заявил, что любой вопрос, затрагивающий государственное устройство Испании, может выноситься на обсуждение через пересмотр Конституции. Также невозможно проводить референдум о смертной казни, поскольку по Конституции она запрещена. Второе: Твердость позиции. Открыто говорить о том, что некоторым не нравится, и напоминать, что любые переговоры предполагают взаимные уступки. Половина Каталонии не желает отделяться, и этой половины есть свои требования. Третье: крайне осмотрительно разбирать внутренние проблемы Каталонии. Стоит напомнить, что государство предоставило этой автономной области кредиты на сумму 75 миллиардов евро. А в Каталонии проблемы финансирования не самые острые среди прочих автономных областей Испании.