СМИ

© РИА Новости, Костис Нтантамис | Перейти в фотобанкВ этом году европейские выборы преподнесли немало неожиданностей. Умеренные правые и левые партии впервые утратили большинство, заметно – хоть и не настолько, как ожидалось — прибавили правые популисты, очень хорошо выступили «зеленые». Учитывая высокую явку избирателей, можно считать, что европейцы в своем большинстве не против объединённой Европы, однако хотят перемен.В этом году европейские выборы преподнесли немало неожиданностей, но в то же время подтвердили ожидавшиеся крупные тенденции. Стоит отметить, что тектонические плиты европейской политической жизни постепенно сдвигаются, поскольку выборы 751 евродепутата прошли в 28 национальных округах. Они были организованы на пропорциональной основе, а число парламентариев варьировалось от 6 до 96 человек в зависимости от размеров страны. Другими словами, усиление позиций демагогической партии в маленькой стране с небольшим числом депутатов (Дании, например, отводится всего 13 кресел) будет иметь совершенно иное значение, чем успех социал-демократического или правого движения в большом государстве (96 кресел у Германии и 74 у Франции). Анализ выборов осложняется неожиданным присутствием Великобритании: Брексит освободит 73 кресла, 27 из которых будут распределены между разными странами. Так, Франция получит дополнительно пять мест, которые отойдут победившим партиям. Изменится также и состав политических объединений в Европарламенте (это будет связано с уходом большого контингента Партии Брексита Найджела Фараджа или либерал-демократов). Значительный рост явки Главным сюрпризов выборов стало то, чего не ожидал никто: явка по ЕС составила 50,2%, то есть выросла на восемь пунктов с 2014 года. Это самый высокий показатель за 20 лет и первый значительный рост после начала проведения выборов в Европарламент всеобщим голосованием в 1979 году (60,71%), когда у него еще не было никаких реальных полномочий. Любопытно, что чем больше власти становилось у Европарламента, особенно после Лиссабонского договора, который поставил его практически на один уровень с Советом министров (включает в себя министров государств-членов и решает вопросы по многим областям, за исключением бюджетной сферы, единогласным голосованием), тем меньше был интерес граждан. Явка упала ниже 50% отметки в 1989 году и достигла минимума в 40,63% в 2009 году. В 2014 году показатели стали чуть лучше: 42,5%. Нынешняя мобилизация избирателей подтверждает легитимность европейской демократии, а также говорит о европеизации политической жизни, сближении национальных и европейских задач (экология, миграция, экономика, безопасность, внешние угрозы) и осознании хрупкости Европы после Брексита. Конец правления консерваторов и социалистов Это было вполне ожидаемо: консервативная Европейская народная партия и Прогрессивный альянс социалистов и демократов уже не могут сообща рассчитывать на абсолютное большинство в 376 кресел. По последним данным, ЕНП набрала 179 мест (против 218), а ПАСД — 152 (против 189), что дает в общей сложности 331. С 1989 года (за исключением периода 2002-2004) эти объединения формировали альянс и делили кресла спикера парламента (2,5 года каждой), а также руководителей главных парламентских комиссий. Теперь придется искать договоренность между как минимум тремя политическими группами: к ЕНП и ПАСД могут присоединиться центристы Альянса либералов и демократов за Европу. Не исключено также участие «зеленых». В любом случае, без консерваторов и социалистов не обойтись: сейчас не сформировать большинство без привлечения левоцентристов или правых. Центр — связующая роль В новом составе центристы, то есть либеральная группа, будут играть связующую роль: они получили 105 кресел, то есть больше, чем ожидалось. Ключевую позицию среди них занимает 21 депутат партии «Вперед, Республика», которая может потребовать для себя кресло спикера. Тем не менее, окончательно фракции еще не сформированы (это нужно сделать до середины июня), и их конечный облик может измениться. Так, нет гарантии, что все либералы, в том числе скандинавы и немецкая Свободная демократическая партия, останутся в АЛДЕ, возможно, потому, что французская ВР придерживается намного более еврофильских взглядов, чем остальные движения. Как бы то ни было, из-за выхода из альянса они могут оказаться не у дел, поскольку для участия в работе Европарламента требуется формирование фракции (минимум 25 депутатов из семи стран). Большие маневры только начинаются. Подъем популистов остановлен Впечатляющий результат «Лиги» Маттео Сальвини (22 депутата) мало что меняет: подъем еврофобских и евроскептических настроений был сдержан или даже остановлен, как и предсказывали многие наблюдатели. Так, французское Национальное объединение получило на два кресла меньше, чем в 2014 году (22 против 24), а ультраправые проявили себя хуже ожидаемого в Нидерландах, Словакии и Финляндии. Если не считать венгерский «Фидеш», который продолжит заседать в ЕНП, число евроскептиков и еврофобов среди депутатов возрастает с 151 до 171, во многом благодаря «Лиге». Стоит также отметить 16 итальянских депутатов Движения пяти звезд, которые сообщили о намерении выйти из фракции «Европа за свободу и прямую демократию» Фараджа, чтобы влиться в центристское объединение или же создать собственное. В таком случае позиции радикальных правых евроскептиков не продвинутся вперед ни на йоту (и даже ослабнут после ухода британцев). «Европа наций и свобод» Ле Пен и Сальвини расширяет свое присутствие с 35 до 60 депутатов, но ей далеко до цели в 100 кресел, которую поставила лидер НО. Она, безусловно, попытается пополнить свои ряды войсками из других антиевропейских групп. Тем не менее, как показала кампания, для нее это будет непростой задачей, поскольку многие демагогические партии вроде немецкой АДГ не хотят иметь с ней дел, чтобы не сдвигать свой имидж еще больше вправо. Таким образом, в Европарламенте вряд ли окажется меньше трех демагогических групп (по крайней мере, до Брексита): «Европейские консерваторы и реформисты» (британские консерваторы и 23 депутата польской партии «Право и справедливость») получат 60 депутатов против 73, ЕСД Фараджа (51 депутат против 43) и ЕНС. Раскол помешает им повлиять на работу парламента. Подъем «зеленых» Это стало неожиданностью. Все пророчили «зеленым» спад, но они увеличили число своих депутатов с 52 до 69, что равно позициям либералов с 2014 по 2019 год. Как бы то ни было, этот прирост носит крайне неравномерный характер и касается в первую очередь западной части континента (Германия, Ирландия, Бельгия, Франция). К «зеленым» также присоединились чешская Пиратская партия и каталонские сепаратисты. Туманные перспективы Победившая на выборах ЕНП сразу же затребовала (так она поступает с 1999 года) кресло главы Еврокомиссии для возглавившего ее список Манфреда Вебера (Manfred Weber) из баварского ХСС. Тем не менее с этим не согласны 11 стран, в том числе Франция, а другие занимают выжидательную позицию. Открыто поддерживает его кандидатуру только Германия, но ХДС-ХСС сдает позиции, что ослабляет и Ангелу Меркель. Проблема в том, что в данном случае требуется договоренность Европейского совета и парламентского большинства, что подразумевает необходимость убедить как минимум часть ЕНП… «Зеленые» же уже заявили, что не станут голосовать за кого-либо помимо заявленного главы партийного списка. Лидеры политических групп соберутся во вторник утром для выработки общей позиции, а вечером того же дня в Брюсселе состоится ужин 28 глав государств и правительств, которые постараются определить критерии идеального кандидата (будет назначен в конце июня). Раз два ведомства не могут объявить друг другу позиционную войну, пост главы Еврокомиссии станет частью пакета других должностей, который призван дать что-то каждому: замглавы Еврокомиссии, спикер Европарламента, глава ЕЦБ, министр иностранных дел ЕС. Игра обещает быть одновременно предельно открытой и очень сложной.