СМИ

© AP Photo, Michel EulerНужно ли предпринимать попытки для сохранения франко-немецкого дуэта, с учетом усиливающихся расхождений в экономической политике Франции и Германии, которые позволяют немцам обогащаться и делают французов более бедными? Автор статьи считает, что с помощью реформ Франция могла бы формировать новый взгляд на Европу с опорой на основателей ЕС, и если потребуется, то без Германии. Франко-немецкий дуэт относится к числу тех городских легенд, которые структурируют французскую элиту. Как бы то ни было, после европейских выборов его явно ждут непростые времена, а серьезная напряженность может поставить под сомнение его смысл и легитимность. Как далеко должна Франция продвигать свою дружбу с Германией? От этого запретного по нашу сторону Рейна вопроса в скором времени станет очень сложно уклониться. И не исключено, что французское общественное мнение быстро придет к выводу о необходимости четкого отмежевания от позиций Германии и Европы. По весьма вероятному сценарию, Ангела Меркель уйдет с поста канцлера, который становится для нее все более проблематичным. Возможно, она возглавит Европейский совет вместо нынешнего главы поляка Дональда Туска. Не исключено, что она откроет новую эру Европы вместе с Кристин Лагард, которая сменит Жана-Клода Юнкера. Франко-немецкий дуэт при таком раскладе не только будет существовать на двустороннем уровне, но и получит наднациональное измерение. Испытание фактами Судя по всему, нам уже известно имя той, кто сменит Ангелу Меркель в должности канцлера. Речь идет об Аннегрет Крамп-Карренбауэр (Annegret Kramp-Karrenbauer) по прозвищу АКК. Мы также знаем ее вероятные внешнеполитические требования: кресло Франции как постоянного члена Совбеза ООН и отказ от заседания Европарламента в Страсбурге. Эти требования отражают позиции нового поколения немецких политиков, которое хочет перевернуть страницу войны. При этом они окажутся очень неудобными для французской элиты: все, наконец, увидят истинное лицо франко-немецкого сотрудничества. Потребуется признать, что Германия пользовалась французским прикрытием (или даже наивностью французской элиты), чтобы стереть из памяти свои проступки и вернуться в игру, а также переложить на нас военные расходы. Уже напряженные отношения Сегодня нам при наличии должной ловкости еще удается скрывать плачевное состояние наших отношений с Германией. Так, например, кому из французов известно, что у Германии есть право блокировать любой экспорт военной техники, в которой присутствуют компоненты, произведенные на ее территории? Она не стесняется этого сейчас в отношении европейского оружия, которое должно уйти в Саудовскую Аравию. Замечательный франко-немецкий дуэт и его оглашения о сотрудничестве предоставляют Германии возможность блокировать французский оружейный экспорт. Вот, что говорит об этом посол Франции в Германии: «Такая юридическая угроза подталкивает все большее число предприятий к развитию стратегии производства оборудования без использования немецких компонентов. Если эта тенденция подтвердится, у нее будут серьезные и устойчивые последствия в плане наших возможностей по сближению промышленности и реализации совместных программ». Иначе говоря, промышленное сотрудничество с Германией (оно представляется как необходимость для влияния в ЕС) становится существенной обузой в ряде областей. Структурная неспособность Германии сотрудничать В целом все касается вопроса сотрудничества с объединенной Германией, который стоит еще с 1990-х годов. Французская элита упорно отказывается поднимать его и цепляется за отживший свое мир ФРГ, то есть созданного Бонапартом Рейнского союза, который был естественным союзником Франции. Со времен формирования современного немецкого государства в Версале в 1870 году вслед за периодом таможенного союза облик и дух сотрудничества Франции и Германии постепенно менялись, пусть даже сами французы отказались замечать и признавать это. Возвращение прусской составляющей в немецкую политику возродило в стране старые рефлексы, в частности касательно международной трудовой организации, которая обращена на восток Европы и призвана обогатить Германию. Такая концепция международных отношений повлекла за собой серьезный дисбаланс в строительстве единой Европы, делая его все менее ориентированным на сотрудничество и все более ориентированным на Германию. Конец парламентских заседаний в Страсбурге и требование о передаче французского кресла в Совбезе прольют свет на все риски. Евро — троянский конь, от которого больше никто не в силах отказаться Евро сыграл ключевую роль в формировании логики отхода от сотрудничества, которая роет могилу Евросоюзу. Единая валюта захватила умы французской элиты десятилетия назад и стала для Германии средством для продолжения территориальной экспансии, которая была начата еще Пруссией с немецкой маркой в 1830-х годах. Незнакомым с немецкой историей французам невдомек, что то, что мы сейчас по привычке называем Германией, зародилось из валютного и таможенного союза, который вобрал в себя Пруссию и множество маленьких рейнских государств на протяжение XIX века. Еврозона работала не так, как Германский таможенный союз. Единая валюта является одновременно экономическим и политическим инструментом, который служит для объединения рынков и политических пространств. Ирония судьбы в том, что Германия была вынуждена остановить начатое в 1870-х годах (после поражения Франции и формирования Рейха) агрессивное политическое расширение и перейти на валютную экспансию. Именно отсюда вытекает ситуация с подчинением юга Европы с помощью единой валюты, которая обогатила Германию и привела к обнищанию ее соседей. Фундаментальное непонимание евро во Франции Когда французская элита пустилась в авантюру с евро, она не понимала или не хотела понимать, что единая экономическая зона с Германией представляет собой невозможную в политическом и экономическом плане затею. Кроме того, она не смогла должным образом объяснить французам, что единая с Германией валюта подразумевает ту же самую бюджетную политику. Как бы то ни было, точно такие же опущения, молчание и услужливость наблюдались не только во Франции: греки, итальянцы и испанцы могут предъявить своему руководству те же самые претензии. Наша блестящая элита лишь повторяет слова «Европа» и «франко-немецкий дуэт», ей не хватило смелости понять, что принятые в Германии в 2000-х годах законы для оздоровления государственных финансов обязывали французов принять точно такую же политику. Или потерять конкурентоспособность и, следовательно, рабочие места. Простое объяснение того, что нельзя продать товар посредственного качества при сильной валюте, так ни разу и не было озвучено. Многие французы думают, что могут сохранить единую валюту с неконкурентоспособной и погрязшей в долгах экономикой, тогда как Германия демонстрирует стабильный профицит бюджета. Разумеется, это не так. Франко-немецкий дуэт и испытание евро Как несложно догадаться, усиливающиеся с 2008 года расхождения в экономической политике Франции и Германии обогащают вторую и обедняют первую. Это четко демонстрируется в одном немецком исследовании, пусть даже его и можно пожурить за потенциальную корректировку цифр. Нужно четко представлять себе перспективы. Если французская элита так любит Германию и связывающий нас с ней экономический союз, то нам необходимо провести сближение бюджетной политики. То есть, перейти на ордолиберализм с опорой на снижение государственных расходов. Если же французская элита не хочет проводить чистку государственных финансов, ей следует отказаться от евро и провести девальвацию валюты, чтобы вновь обрести спасительную конкурентоспособность. Этот простейший вопрос предполагает выбор, которого французская элита избегает уже на протяжение многих лет. До недавнего времени немцам хватало ума не вынуждать нас делать его, но у преемницы Меркель вполне может возникнуть желание нарушить это равновесие, слишком сильно склонив чашу весов в сторону Германии. Альтернатива выбору В заключении мы расширим гипотезу и предложим несколько иной сценарий. В любом случае нам кажется совершенно необходимым вернуть конкурентоспособность, освободив государственные финансы от бесчисленных образчиков ситуативной ренты и сократив отчисления на 10% ВВП. Тем не менее такое наведение порядка не должно служить сохранению франко-немецкого дуэта, у которого больше нет никакого смысла с момента объединения. Оно должно способствовать формированию нового взгляда Франции на Европу с опорой на группу основателей ЕС (стран-подписантов Римского договора). Если потребуется, то без Германии. Масштабные реформы могли бы позволить Франции сделать это.