СМИ

© AP Photo, Rahmat GulВ афганской столице открылся новый российский культурный центр, пишет американская газета. Россия восстановила здание на том же месте, где был и его советский предшественник, снесенный бульдозерами шесть лет назад. Новый центр является яркой иллюстрацией возобновления влияния России в Афганистане. После 18 лет, проведенных на обочине войны, которую вели США в Афганистане, Россия вновь заявляет о себе.Кабул. Кремль открыл в афганской столице новый шикарный культурный центр. Снова. Когда в 1980-е годы Москва построила свой первый Дом науки и культуры, войска советской армии вели в стране войну против моджахедов, которых поддерживали США. Теперь, когда война, которую ведет Америка в Афганистане, подходит к концу, Россия восстановила здание на том же месте, где был и его советский предшественник, снесенный бульдозерами шесть лет назад. Новый центр является яркой иллюстрацией возобновления влияния России в Афганистане. Однако Москва все же сохраняет некоторую долю привычной осторожности в отношении всего афганского. Российский комплекс открылся тихо, без церемоний и без рекламы, если не считать его скромного русскоязычного сайта. Многие в Кабуле считают, что крупное сооружение со светоотражающими окнами все еще строится. По словам российских чиновников, мероприятия начали проводиться здесь еще в 2017 году, но возобновляются только сейчас. В культурном центре показывали фильмы, устраивали концерты, модные показы и встречи с российскими законодателями и мусульманскими деятелями из России. Молодые афганцы собираются здесь раз в неделю, чтобы поиграть в футбол, а потом зайти попариться в баню в русском стиле. «Некоторые афганцы воспринимали военные действия Советского Союза не очень благосклонно. Но для большинства эти годы были яркими», — говорит Вячеслав Некрасов, директор нового российского Центра науки и культуры в Кабуле, являющегося частью сети аналогичных финансируемых Москвой мест по всему миру, российского аналога французского Альянс Франсез или немецкого Гете-Института. В Кабуле российское посольство находится на другой стороне улицы Даруламан, широкой оживленной улицы вдали от перегруженного, задымленного центра Кабула. Американская культура просочилась в Афганистан в виде фильмов и музыки, и многие молодые люди в разной степени владеют английским языком. Но Соединенные Штаты буквально находятся на другом конце света. А гигантская Россия маячит на севере, и ее притяжение более ощутимо. По всему Афганистану около 6,5 тысяч афганцев учат русский язык, а центр науки и культуры помогает им осуществить свои надежды на бесплатную учебу в российском университете. Ветераны десятилетних советских боевых действий также являются частыми гостями культурного центра, они периодически встречаются со своими прежними противниками на футбольном поле. Теперь, после 18 лет, проведенных на обочине войны, которую вели США, Россия вновь заявляет о себе перед планируемым Вашингтоном частичным выводом 14 тысяч военных, что, по словам президента Трампа, произойдет после прогресса в любом возможном мирном урегулировании. Москва усилила военное присутствие вдоль северной границы Афганистана и играет активную роль в мирных переговорах, сводя политические силы талибов и афганцев на важных встречах в российской столице, происходящих параллельно с продолжающимися переговорами США и талибов. Американские чиновники обвиняли Кремль в обеспечении Талибана (запрещенная в РФ организация — прим. ред.) стрелковым оружием в рамках попытки наладить связи с этой боевой группировкой. Россия отрицала эти обвинения. Бросая язвительные замечания и щеголяя пышными усами и черным костюмом, Некрасов производит впечатление человека, хорошо знающего свою афганскую аудиторию. Он служил в советской армии в Афганистане с 1982 по 1984 год, вернулся сюда 17 лет назад и живет в Кабуле. Как и многие другие сотрудники российского посольства, он легко переходит на дари, разновидность фарси, одного из основных языков Афганистана. В архитектурном отношении новый центр почти ничем не напоминает свой советский аналог. Прежнее бруталистское строение было белой вороной на фоне Кабула, для многих афганцев оно стало застывшим символом бесплодных имперских амбиций, долго сохранявшимся после выхода советской армии из Афганистана в 1989 году. После этого отделанное розовым мрамором здание оказалось взорвано при ракетном обстреле, когда Афганистан оказался погружен в гражданскую войну. Залы советской эпохи стали убежищем для бесчисленных местных наркоманов, собиравшихся внутри, чтобы курить опиум и колоться героином на фоне социалистических фресок с изображением мужчин и женщин, обещающих более радужное афганское будущее. В новом центре — с освещенным люстрами главным залом и пуленепробиваемыми окнами — Некрасов стоит перед недавним приобретением, большой картиной афганского художника, на которой президент России Владимир Путин пожимает руку Трампу, на голове которого красуется кепка с надписью «Вернем Америке былое величие». А Трамп, вопреки реальности, оказывается меньше российского лидера ростом. «Это два главных президента в мире, — говорит Некрасов. — Только они могут наладить мир в Афганистане». Его идеалистическое видение разделяют некоторые уставшие от войны афганцы, стремящиеся ухватиться за прошлое, чтобы высказать критику в отношении нынешней роли Соединенных Штатов. «Советский Союз строил школы и больницы. А от американцев мы слышали только пустые слова», — говорит Зубаир Мальяр, 26 лет, афганский учитель русского, чьи родители пережили войну с Советским Союзом. Война 1980-х годов унесла жизни по меньшей мере одного миллиона афганцев и 15 тысяч солдат советской армии, истощила казну СССР и ускорила его распад в 1991 году. Вскоре после этого афганское коммунистическое правительство было свергнуто, и страна погрузилась в жестокую гражданскую войну, в результате которой Талибан смог набрать обороты. Критики Кремля говорят, что Россия намеренно пытается изолировать Соединенные Штаты от их союзников по НАТО в Афганистане. Однако Москва отрицает эти обвинения, ссылаясь на то, что ее заинтересованность в Афганистане касается исключительно вопросов безопасности. По словам России, она хочет защитить свой южный фланг от распространения исламистского экстремизма в Центральной Азии, огромной территории, которую Москва до сих пор считает своими задворками. «Россия Афганистану — как брат, — говорит Экхлас Тамим, председатель Афганской ассоциации развития молодежи, организации, дающей возможность изучения русского языка. — Запад не понимает нашу страну. Он скорее ей как двоюродный брат».