СМИ

© WikimediaОчередная клеветническая статья о русской истории, призванная, как это обычно бывает у украинских экспертов, доказать без приведения хотя бы каких-то правдоподобных фактов «первородство» украинского народа, языка и государства, сворачивает на провокационный тезис о необходимости русским искать свою идентичность.Когда агрессивная империя (а в первую очередь ее руководство) чувствует нехватку, а правду говоря, просто отсутствие собственной идентичности — это большая проблема. И для империи, и для ее соседей (прежде всего ближайших, но не только). Потому что такое состояние дел значит, что такое государство, его население, невзирая на амбиции вселенского масштаба, не может дать самому себе честный ответ на якобы «простой», но крайне важный вопрос: «А кто мы? Откуда родом? Каким является наш исторический корень?» Это — крайне опасно (мы ведем речь об остром кризисе национальной идентичности у нашего северного соседа — Российской Федерации). Потому что когда собственная история непроясненная, туманная, происхождение собственной нации является, по меньшей мере, дискуссионным — возникает непреодолимое желание похитить, присвоить, рейдерски захватить историю чужую (конкретно — украинскую), чтобы сделать собственную историю более длительной на неизвестно сколько веков. Именно оттуда возникают инициативы подобные мюнхенским 12 пунктам, которые Москва с помощью отдельных европейцев, пытается навязать миру, в частности призывая обсудить украинскую идентичность вместо самих украинцев. Это все — не что иное, как неизлечимое проявление имперского реваншизма Москвы. Показательно здесь последнее выступление В. Путина в интервью ТАСС, где хозяин Кремля опять реанимировал разбитый временем имперский миф о том, что украинцы и россияне, будто бы, «единый народ» (то есть никакого отдельного украинского народа не существует), кроме того, утверждал, что до ХІІІ века не было никаких отличий в языке тогдашних россиян и украинцев (наверное, не читал Путин великого историка Василия Ключевского, который «первым великороссиянином» считал Андрея Боголюбского, палача и разрушителя Киева в 1169 году. А где же были «великороссы» до этого времени? И кто докажет, что они были вообще? И разве тот же Ключевский не выводил генетический корень россиян из трех источников: финно-венгерские народы Залесья; мощное тюрко-монгольское влияние ХІІІ века; ассимилированные славянские племена?). Эту неправду (мягко говоря) Путин повторяет далеко не впервые. И здесь важно подчеркнуть, что газета «День», и особенно фундаментальный труд «Сила мягкого знака» (2011 год), между прочим, известный и в России, очень четко расставляют все нужные «точки над и» — Залеская, Владимирская, впоследствии Московская Русь, которая стала в 1721 году «Россией» (это они так себя назвали, в действительности суть книги «Сила мягкого знака» как раз в том, что Россия — не Русь, ни политически, ни духовно и ментально), — это все младшая ветвь Киево-Руського государства (империи), что отделилось от Киева значительно позже и при специфических обстоятельствах. В «Силе мягкого знака», как и других книгах библиотеки газеты «День», мы предложили обществу варианты исторического переобучения, в том числе и для госслужащих. Но, к сожалению, это до сих пор не стало государственной политикой. В частности из-за этого мы сегодня наблюдаем за очень слабой реакцией украинской власти на путинскую аннексию нашей истории. Вместо идеологического противодействия откровенному политическому реваншизму Путина, МИД Украины вообще промолчал, а в офисе президента заявили американскому изданию The Washington Examiner, что «российско-украинские отношения не должны определяться геополитическими амбициями отдельных лидеров» «Эти отношения основаны на взаимодействии людей, которые живут, работают, творят и борются за мир по обе стороны границы», — отметили в Зеленского. Подобная реакция не может не стимулировать врага к последующей атаке на украинскую историю, которая является своеобразной артподготовкой к реальному военному наступлению и захвату территорий. Мы это уже проходили, переживали и должны были бы сделать выводы для противодействия. Было бы желание (у власти) учиться.