СМИ

© РИА Новости, Михаил Климентьев | Перейти в фотобанкКомментируя итоги переговоров в Сочи между Путиным и Лукашенко, белорусские эксперты отмечают, что для Минска экономическими последствиями принятых решений станут снижение прибыльности экспорта нефтепродуктов и платежей в бюджет, а также рост цены на топливо внутри страны.Комментируя итоги переговоров на высшем уровне в Сочи, один из руководителей белорусcкого правительства, первый вице-премьер Дмитрий Крутой, заявил: «Если говорить о договоренности по нефти, нефтяному рынку, то российская сторона согласилась, что белорусские НПЗ будут покупать нефть по договоренности с российскими нефтяными компаниями по ценам, которые устанавливаются на мировом рынке. Кстати, этого же в течение всех переговоров неоднократно требовали наш президент, белорусская сторона. Что Белоруссии не нужно никаких специальных эксклюзивных условий. Мы хотим покупать нефть по мировым котировкам, и не хуже». Эти слова не могут не вызывать вопросов, т.к. ранее Белнефтехим сообщал, что в последнее время Россия поставлял нефть Белоруссию по цене в 83% от рыночной. С другой стороны месяц назад Александр Лукашенко заявил, что Москва хочет продавать нефть нашей стране по стоимости выше мировой. Чтобы разобраться в ситуации, UDF.BY попросил экономистов прокомментировать заявление вице-премьера. «Сейчас можно сказать: мы уговорили Россию не делать цену выше мировой. Ура, победа!» Старший аналитик «Альпари» Вадим Иосуб в комментарии UDF.BY отметил, что слова Дмитрия Крутого не понял. «Вряд ли его слова можно было вразумительно объяснить. Хорошо известно, что нефть из России в Белоруссию поставлялась по формуле: мировая цена минус пошлина на экспорт плюс премия для поставщиков. В результате налогового маневра пошлина постепенно снижается, но она еще не равно нулю — это 17% от стоимости нефти. Даже эта формула, когда речь шла о премии в 10 долларов за тонну нефти, давала на выходе Белоруссии цену ниже мировой. Другим государствам Россия продает нефть с экспортной пошлиной», — сказал Иосуб. В высказываниях о том, что Россия хотела продавать Белоруссии нефть по цене выше рыночной, он видит только политический подтекст. «Сейчас можно сделать заявление: Россия хотела нам продавать нефть по цене выше мировой, а мы уговорили ее поставлять по мировой. Ура, победа!» — отметил Иосуб. Так какой же будет теперь цена на нефть для Белоруссии на самом деле? «Если бы в декабре власти просто согласились на российские условия, не торгуясь, то имели бы цену ниже мировой. Мне кажется, что Белоруссия продолжит покупать по ценам ниже рыночных — но они будут постепенно повышаться с завершением налогового маневра в России. И, видимо, по-прежнему будет идти торг по поводу премий», — считает старший аналитик «Альпари». Экономическими последствиями для страны станут снижение прибыльности экспорта нефтепродуктов и платежей в бюджет, а также рост цены на топливо внутри страны. «Хорошая мина при плохой игре» Экономист Лев Марголин в комментарии UDF.BY отметил, что рассматривает заявление вице-премьера так: цена российской нефти будет, как и было запланировано, приближаться к мировой, но все-таки до 2024 года, времени окончания налогового маневра, она будет оставаться ниже рыночной. «Но то, что сказал Крутой, это, как говорят, хорошая мина при плохой игре. Если не удалось добиться каких-то преференций, то говорятать: нам не очень то и хотелось, нас вполне устраивает то, что есть теперь», — считает Марголин. По его мнению, главным вопросом остается то, какое снижение премии удастся выторговать Минску у российских поставщиков. «Это будет вопрос с хозяйствующими субъектами. Если Гуцериев согласен продавать без премии — хорошо, если кто-то не согласится — будут пытаться искать других. На мой взгляд, российские власти не будут сильно на это влиять и скажут: договаривайтесь с поставщиками сами. С одной стороны 10 долларов на тонне — это немного. Но в наших условиях и 5 копеек — деньги», — полагает экономист. По мнению Марголина, белорусские власти вряд ли будут пытаться продолжать торг за компенсацию налогового маневра: «Лукашенко смирился с условиями Путина и новой реальностью».