СМИ

© Wikipedia, AlfvanBeemКритикуя Белград за получение российских БРДМ, эксперт «Атлантического совета» задается вопросом: почему Сербия не закупит французскую военную технику? Видимо, отмечает автор, Дэниел Фрид просто забыл о договорах, подписанных по время визита Эммануэля Макрона в Сербию. Но главное в другом: Сербию предупреждают, что сотрудничество с Россией — препятствие для вступления в ЕС.Военная техника, которую Москва отправила Белграду, — это «в принципе российские отбросы», «утиль», и, получая ее, Сербия лишает себя более качественной техники, заявил недавно Дэниел Фрид, эксперт по России из американской неправительственной организации «Атлантический совет». Но Фрид не скрывает: дело в том, что сербские военные будут пользоваться «устаревшими» танками, а в том, что Сербия вообще позволила, чтобы Россия передала ей какие-то вооружения. Российские БРДМ (бронированная разведывательно-дозорные машина — прим. ред.), как официально называется российский подарок, были доставлены в Ниш, я напомню, после множества перипетий, в том числе румынской блокады. Президент Александр Вучич заявил, что мы нуждаемся в этой технике на всякий случай, если «кто-то захочет поставить под угрозу наш суверенитет». А уж «куда эта техника поступила и как, это наше дело». Но на Западе, прежде всего в Вашингтоне, считают, что это дело не одной только Сербии. Похоже, этот российский подарок очень обеспокоил западных представителей. Фрид прямо не говорит о том, что Сербия должна стать союзником Соединенных Штатов Америки, поскольку, «вероятно, воспоминания о войне в Косово еще для этого слишком свежи». Тем не менее Фрид утверждает, что не понимает, как идея о том, что Сербия привяжет себя к России или окажется под российским контролем, став частью путинской системы», может помочь Сербии и сербскому народу. Он также задается вопросом, почему Белград, если он не хочет закупать американские вооружения, не обратится за этим к Франции, так как «отношения с этой страной весьма ровные». Возможно, Фрид пропустил новость о том, что Франция как раз и является одной из тех стран, у которых Сербия закупает военную технику. Во время недавнего визита президента Эммануэля Макрона в Белград были подписаны пять контрактов, касающихся вооружений и военной техники. Кроме того, между Сербией и Францией действует договор о стратегическом партнерстве. По словам Фрида, проблема в том, что подобными действиями Сербия дает понять: она все еще заинтересована в том, чтобы стать определенного рода мостом между Россией и Западом или нейтральной страной, но Фрид не видит, «чьи интересы это могло бы удовлетворять». «Российские союзники обычно заканчивают в нищете и коррупции на самом верху; верховенство закона у них нет, и они менее интегрированы в мировое сообщество, чем те страны, которые стремятся к сближению с Европейским союзом», — напомнил Фрид Белграду. Страна, которая идет в Европейский союз, не принимает оружия из Москвы. Одно с другим несовместимо, как утверждает коллега Фрида из «Атлантического совета» Дэймон Уилсон. «Путь Сербии в Евросоюз сопряжен с нормализацией отношений с Косово, а не с российскими вооружениями и не с военной техникой из Москвы. Пока вопрос Косово не закрыт, мы будем наблюдать российские пытки, сербские игры и самые разные противоречия во взаимоотношениях», — сказал Уилсон «Голосу Америки». Сербии следовало бы проявить б?льшую «приверженность» Западу, точнее Европейскому союзу и США. Об этом уже на следующий день после Уилсона заявил Эдвард Джозеф, профессор университета Джона Хопкинса. «Ведь если самый сильный лидер в регионе (президент Сербии Александр Вучич) ясно и однозначно заявит о приверженности своей страны Западу, эта его преданность оказала бы огромное позитивное воздействие на решение проблемы Боснии и Герцеговины, а также Косово», — считает Джозеф. По его словам, в таком случае Вучич вошел бы в сербскую историю как решительный лидер. Если же «он хочет продолжать двойную игру с Западом и Россией, Сербия и в будущем будет страдать от этой политики напрасной неопределенности». Чтобы узнать, что обо всем этом думает будущий американский посол в Белграде, нам не придется ждать осени, когда он примет полномочия от Кайла Скотта. Энтони Годфри, бывший второй человек в посольстве США в Москве, заявил в Вашингтоне, что видит «вредное российское влияние». «Сейчас Сербия стоит на перепутье, и политические лидеры в Белграде должны провести серьезные реформы, чтобы продвинуть Сербию на ее пути в Европейский союз», — сказал Энтони Годфри, усладив уши сенаторов. Но россияне опровергают тезис о том, что они используют Сербию, чтобы посчитаться с Западом. Новый посол Российской Федерации в Белграде Александр Боцан-Харченко отметил, что Москва «не превращает Сербию в площадку для глобального противостояния с НАТО». На вопрос, считает ли Россия Сербию последним оплотом в регионе в свете наступления НАТО, посол заявил: «Слово оплот не соответствует российским принципам и концепции безопасности в Европе». Кроме того, по его словам, видение Москвы «основывается на понятии или принципе совместной безопасности и единого пространства для ее обеспечения без каких-либо оплотов, будь то натовские или российские, или разделов». Боцан-Харченко подчеркивает, что его страна не требовала от Сербии занять четкую позицию и сделать выбор, который устроил бы Россию. «Мы продолжаем сотрудничество в рамках ОДКБ, не превращая при этом Сербию в площадку для глобального противостояния с Западом или НАТО», — говорит посол РФ в Белграде. Официально ни одни из двух оборонных союзов не претендует на нас и на то, чтобы всеми правдами и неправдами взять нас под свое крыло. Но как на самом деле? Мы всегда осторожно относились к словам Йенса Столтенберга о том, что НАТО доволен мерой сотрудничества с Сербией и что Белград сам решит, становится ли ему частью альянса или нет. Тем не менее, судя по всему, нас удивили слова одного болгарского евродепутата. Александр Йорданов, член партии Союз демократических сил и бывший посол Болгарии в Северной Македонии, без лишних раздумий попытался «открыть Белграду глаза». Он заявил, что «Сербии следует распрощаться с мыслью о том, что она когда-нибудь войдет в состав Европейского союза, если прежде она не войдет в НАТО». То есть, исходя из этого, получается, что даже если Белград уже завтра решит проблему Косово, он все равно будет недостаточно хорош для вступления в Европейский союз.