СМИ

© РИА Новости, Сергей Гунеев | Перейти в фотобанкАвтор «Блумберга» пытается понять, почему Россия придерживается условий соглашения с ОПЕК . По этому соглашению стороны соглашаются сократить добычу нефти, чтобы удержать цены на приемлемом уровне. Прямое объяснение: Россия делает то, что обещала, — автора не устраивает. Он начинает искать следы «большой игры» президента Путина с садовским принцем Мохаммедом бен Салманом. А как иначе?В итоге они договорились. После длительного периода напряженности, когда никто не мог договориться о дате встречи, ОПЕК со своими друзьями решила, что они соберутся 1-2 июля в Вене. 24 нефтяным министрам придется решать, продлевать или нет соглашение о сокращении добычи, которое действует уже в пять раз дольше своего первоначального срока. Три главных члена ОПЕК, а именно Саудовская Аравия, Ирак и Объединенные Арабские Эмираты, готовы продолжать курс на сокращение добычи. Но важный вопрос заключается в том, что будет делать Россия. У нее есть множество причин выйти из этой сделки, но она будет по-прежнему обещать выполнять условия соглашения. У президента Владимира Путина есть масштабные амбиции, касающиеся восстановления геополитической роли России на Ближнем Востоке. И, очевидно, эти соображения перевесят возражения руководителя крупнейшей в стране нефтяной компании и свидетельства того, что квоты на добычу подрывают экономический рост. Для России участие в соглашении ОПЕК о сокращении добычи в меньшей степени связано с потребностями нефтедобывающей отрасли и в гораздо большей — с отношениями президента и его нового союзника в регионе, наследного принца Саудовской Аравии Мухаммеда бен Салмана. Путин многое поставил на карту, а по торговым и инвестиционным сделкам переговоры продолжаются до сих пор. Если и дальше поддерживать саудовские усилия по сохранению нефтяных цен, это поможет проведению переговоров. Нельзя сказать, что Россия изо всех сил старается соблюдать ограничительные квоты на добычу. Да, в мае добыча там была ниже целевого показателя. Но это случилось впервые с тех пор, как нефтедобывающие страны в 2016 году договорились о политике ограничения добычи. В целом Россия сокращает добычу лишь в минимальных объемах. Если Саудовская Аравия начала выполнять условия соглашения о сокращении добычи немедленно и в полном объеме с января 2017 года, то Россия тянула время, ссылаясь на холодную зимнюю погоду, которая, по ее словам, мешает ей перекрыть скважины. То же самое случилось после того, как целевые показатели были изменены в рамках последней договоренности о сокращениях, которая вступила в силу с начала 2019 года. Добыча нефти в России снизилась лишь из-за того, что в ее главном экспортном трубопроводе, идущем в Европу, обнаружили загрязненную нефть. Теперь, когда кризис с грязной нефтью вроде бы преодолен, добыча в предстоящие недели снова должна увеличиться. Но если Россия выполняет условия соглашения лишь по минимуму, почему бы вообще от него не отказаться? Самая крупная в стране нефтяная компания не стала бы возражать. Самым громким критиком сближения России с ОПЕК является Игорь Сечин, который возглавляет государственный нефтяной гигант «Роснефть». В этом месяце он предупредил, что из-за продления сделки Россия уступит долю мирового рынка Соединенным Штатам. Он немного преувеличивает со своими жалобами, потому что в процентном выражении «Роснефть» в 2017-2018 годах сократила добычу намного меньше, чем ее ближайшие конкуренты «Лукойл» и «Сургутнефтегаз». А когда во второй половине прошлого года цены начали расти, она быстро увеличила добычу. Но в словах Сечина есть определенный смысл. Сегодня Саудовская Аравия и Россия добывают меньше нефти, чем в конце 2016 года, когда была сформирована группа ОПЕК . А в США добыча выросла более чем на треть, поскольку добывающие компании начали осваивать обширные сланцевые месторождения, а цены стали восстанавливаться после обрушения в 2014-2015 годах. Отказ от сделки позволит России увеличить добычу, поскольку и у «Роснефти», и у других компаний есть несколько новых проектов, которые надо запускать в производство. Но если попрощаться с политикой ОПЕК , это неизбежно приведет к снижению цен на каждый добываемый баррель. Сокращение добычи было одним из факторов, ослабивших экономический рост России в первом квартале. Об этом говорит бывший чиновник из министерства экономики Кирилл Тремасов, ныне работающий аналитиком в московской фирме «Локо-Инвест». Возможно, это заставит Путина задуматься, когда он будет инструктировать своего министра энергетики перед поездкой в Вену на встречу ОПЕК . Но он вряд ли передумает. У него есть удобное оправдание настаивать на сокращении добычи: рост спроса на нефть сегодня кажется весьма неуверенным. Россия может также потребовать более гибкого подхода, чтобы увеличивать добычу, когда это позволяется условиями на рынке. Это было бы весьма примечательно с учетом того, что Саудовская Аравия добывает на 620 000 баррелей в день меньше, чем ей разрешено по условиям соглашений, и может попытаться увеличить добычу. Последние прогнозы Международного энергетического агентства показывают, что мировые запасы нефти в хранилищах в третьем квартале будут сокращаться на 900 000 баррелей в день. Это при условии, что квоты на добычу сохранятся, а рост спроса не улетучится, как это случалось прежде. Это даст возможность немного увеличить добычу, но ненадолго. К тому времени, когда ОПЕК соберется в Вене, саммит G20 в Японии завершится, и появится некоторая ясность относительно торговой политики США. Но сохранится огромное множество неопределенностей, которыми будут вынуждены заниматься министры. И не в последнюю очередь это рост напряженности на Ближнем Востоке. Так что даже если министры смогут заключить сделку на период до конца года, не следует рассчитывать на то, что они начнут говорить о том, что им делать в 2020 году. Как я уже писал, если спрос будет расти слабее, чем ожидается, нефтедобывающие страны пойдут на еще более серьезные сокращения. А это в конечном итоге заставит Путина решить, что без благорасположения саудовского наследного принца ему даже лучше.