СМИ

Московский городской суд, заседание которого состоялось 3 апреля, не удовлетворил апелляцию по делу Николая Трегуба — донбасского ополченца с винницкой пропиской, приговоренного к принудительному выдворению из России за нарушение миграционного законодательства. Теперь ему угрожает отправка прямо в Киев, где его, без сомнения, ожидает тюремный срок, и, с огромной вероятностью, пытки и внесудебная расправа. Это признали даже в УВКБ ООН, куда обращались общественники, больше года занимающиеся делом 28-летнего Трегуба. Ополченец сам рассказал «NOVOSTI-DNY.Ru» о боевом пути на Донбассе, ранении и неудачных попытках легализоваться в России. Николай Трегуб в настоящее время находится в одном из центров временного содержания в Подмосковье. По словам активиста, занимающегося делами депортируемых донбасских ополченцев, это «одно из самых отвратительных мест» для содержания нарушителей миграционного законодательства — находящихся там людей плохо кормят и не обеспечивают должным образом лекарствами. На Донбасс Николай приехал в самом начале войны. Как он говорит, тогда им двигали любопытство и чувство справедливости. «Нациков, которые поехали на Донбасс, я имел возможность наблюдать в своем городе, в Виннице еще до войны. Я и дома часто конфликтовал с ними, а когда все началось, приехал в Донецк посмотреть, что происходит на самом деле, и в итоге остался. Служил в подразделении „Корсара“, военная разведка, Семёновка. После выхода из Cлавянска в Донецк с ещё двумя ополченцами поехал в ЛНР. Отправили с МГБ в ДНР- в Макеевку, к Мише „Хохлу“ в их военную полицию (ВП). После ранения и госпиталя пошел в „Спарту“. Вернувшись из аэропорта, ушел оттуда», — говорит ополченец. Рассказывает, в каких операциях и боях принимал участие. «В Семеновке как барашки отстреливались. C макеевской военной полицией ездили на Спартак, закидывали БК. В „Спарте“ отстреливались на монастыре.? А то, что под свистом, так это дело привычное и постоянное было. Бог его знает, как описать. В нас стреляют, мы отвечаем. До конца ноября 2014 года был в Донецке», — говорит Николай Трегуб. Он ушел из ополчения потому что был недоволен заключением «минска», и, как и многие ополченцы первой волны, уехал в Россию, где неоднократно пытался легализоваться. Кроме того, он надеялся добиться обмена своего осужденного на Украине брата-близнеца, которому не удалось доказать, что он не участвовал в военных действиях. Тогда, по словам Николая, его «за одно место щупала СБУ», пытались склонить к сотрудничеству, удерживая брата фактически в заложниках. Николай Трегуб имеет несколько контузий и ранение, его знакомые рассказывают, что первое время боялись отпустить его даже в магазин, потому что он мог заблудиться из-за проблем с памятью, связанных с последствиями боевых действий. Ранение Николай Трегуб получил в Спартаке, пригороде Донецка, где и сегодня проходит линия фронта. «Приехали на Спартак, перекурили, побежали на позиции. При обстреле бросился товарища прикрывать. Мы тогда в гараж забежали, и по нам прямой? наводкой, над головой в гараж ударили из Д-30 (гаубицы Д-30 — «NOVOSTI-DNY.Ru»). Тогда накрыли весь квадрат наш. Дурацкие «минские», — вспоминает он. Легализоваться в России Николай пытался неоднократно. «Вы же сами знаете мою прописку. Легазоваться проще тем, кто живет в ЛДНР, а у меня просто не принимали документы.?Писал на политическое убежище, в очередях стоял, год бегал по инстанциям, но заявление не принимали. Отказ объясняли тем, что у России с Украиной безвизовый режим. А потом обвинили в незаконной трудовой деятельности и приговорили к депортации на пять лет, а ехать мне некуда. Cидеть в ДНР пять лет без работы и цели на жизнь я не мог. Ждать очередной Минск, увы, не хочу. Не за это люди встали», — объясняет он. Николай рассказывает, что неоднократно писал президенту, но его переводили на другие инстанции. «Бежишь в одну инстанцию, потом в другую, снова очередь, и в итоге все уходит в местное ФМС, где тебя ласково, как мячик, футболят дальше. Вот так, как мячик, бегаешь по кабинетам, а тебе говорят потом, что ты сам виноват — ничего не сделал для легализации. Только вопрос, а кто-то дал возможность сделать документы?», — говорит он. По словам Николая, в центре временного содержания он не единственый ополченец, которому грозит депортация. «Но об этом никто не пишет и не говорит, потому что это, видимо, никому не нужно», — сокрушается Николай. В настоящее время борьба за Николая Трегуба не окончилась, а вошла в свою кульминационную стадию. Один из общественников, помогающих Николаю Трегубу, а также его соратник по участию в ополчении первой волны Евгений (попросил не называть фамилии), рассказал «NOVOSTI-DNY.Ru», что у ополченца были все юридические основания для того, чтобы остаться в России. Часто в подобных ситуациях ссылаются на формализм чиновников — мол, те действуют в рамках существующего законодательства. Однако в случае с Николаем Трегубом получается, что суд, оставив в силе решение о депортации, нарушил существующие законодательные нормы. «Во-первых, его не имеют права выдавать, согласно положениям ратифицированной еще Советским Союзом конвенции о противодействии пыткам и бесчеловечному обращению. Кроме того, он является бывшим комбатантом, и по закону его нельзя выдавать той стране, с которой он воевал. Он же не признан военным преступником, он обычный военнослужащий. Николай написал заявление о получении временного убежища. Согласно 10-ой статье российского закона о беженцах, его также нельзя выдворять, как нельзя выдворять любого человека, чей статус находится на рассмотрении соответствующим органов. Суд по всем этим трем пунктам не имел права оставлять в силе решение о депортации», — сказал Евгений. Он напомнил об обращении руководителя Московского общественного Совета Гражданского Общества Вячеслава Обережи в УВКБ ООН в отношении выдворении Николая Трегуба. Оттуда поступил официальный ответ, согласно которому выдворение Николая на Украину будет нарушать не только обязательства, которые Россия взяла на себя, подписав Женевскую конвенцию о беженцах, но и непосредственно российское законодательство. В УВКБ ООН констатировали, что Трегуб обратился с просьбой предоставить ему убежище в компетентные органы Российской Федерации. Следовательно, до момента вынесения окончательного решения по его обращению на него распространяется действие Федерального закона РФ «О беженцах», предусматривающего гарантии невысылки. В своем официальном ответе УВКБ ООН ссылается на доклад Специального докладчика ООН по вопросу о внесудебных и произвольных казнях, где сообщается о том, что «на Украине отсутствует система контроля, позволяющая эффективно расследовать злоупотребления в местах содержания под стражей». В ООН напомнили о существовании неофициальных, тайных мест заключения, таких, как военная база в аэропорту Мариуполя и здания СБУ в Харькове и Краматорске, а также о документированных случаях насильственных исчезновений, произвольных задержаний, пыток и жестокого обращения по отношению к людям, которых органы власти Украины обвиняют в «посягательстве на территориальную целостность» и терроризме. Существующая безнаказанность актов насилия, как отметили в УВКБ ООН, «создает явную и прямую угрозу праву на жизнь». Поэтому применение выдворения к лицу, ищущему убежища, как подытожили в ООН, будет противоречить принципам международного права и положениям федерального законодательства России. «Верховный комиссариат четко изложил, что выдворение Николая нарушает его права, что на Украине имеет место угроза пыток и внесудебной расправы. Но это все не указ для российского суда. У нас много говорят о правовом государстве, о верховенстве законы, но по факту мы этого верховенства не видим», — заявил Евгений. Теперь, по словам Евгения, защита будет подавать прошение в прокуратуру о приостановлении выдворения до тех пор, пока не будет определен его юридический статус уполномоченным органом, то есть миграционной службой. Вероятнее всего, будет подаваться и кассационная жалоба на решение суда. «Ну и само собой мы будем поднимать общественность. Как сказал в свое время Фридрих Энгельс, если народ превращают в скот, то у него остается два варианта — либо стать скотом, либо начать восстание. Нам не хочется, чтобы нас превращали в скот. Люди воевали, а сейчас получается так, что Россия и те люди, за которых они воевали в том числе, начинают их просто сдавать. Это предательство самое натуральное», — убежден Евгений. Он отметил, что в Советском Союзе никому не пришло бы в голову выдавать режиму Франко участников Гражданской войны в Испании. По мнению Евгения, власти нужно раз и навсегда решить данную проблему путем введения моратория на выдачу ополченцев и политэмигрантов из Украины. Об этом неоднократно, на протяжении многих лет войны, твердят все общественные деятели, которые занимаются вопросами защиты приговариваемых к депортации. Но, как в очередной раз показала история Николая Трегуба, за несколько лет решение данной проблемы не сдвинулось с мертвой точки. И дальше ситуация будет только усугубляться, потому что война не закончилась, а это значит, что число людей, принимавших участие в войне на Донбассе, будет возрастать, как и число тех, кому потенциально будет угрожать высылка на Украину. Кристина Мельникова, Донецк