СМИ

Ровно тридцать лет назад из социалистического лагеря прямо в капитализм сбежал самолёт. Нет-нет, не лётчик, а именно сам самолёт. Лётчик остался верен присяге, а вот самолёт, привлечённый капиталистическими миражами, рванул в страны Западной Европы, пролетев самостоятельно более девяти сотен километров. Не предвещая беды «Не самых удачливых военных лётчиков могли послать служить, например, в Борзю или Степь — посёлки такие в Забайкальском крае. А тех, кому улыбнулась удача, да ещё и отличников боевой и политической подготовки, отправляли служить за границу, в Европу — в ГДР, например». Возможно, именно так думал полковник Николай Егорович Скуридин, только что вернувшийся из отпуска и сразу, как с корабля на бал, попавший «на полёты» (короткие однодневные учения). Он служил в Польше и пилотировал МиГ-23 — многоцелевой истребитель третьего поколения. На этой сложной и достаточно капризной машине он налетал уже более пятисот часов — серьёзный стаж для лётчика-истребителя. Контрольный полёт с утра уже прошёл, Скуридин успешно доказал, что за время отпуска летать не разучился. Оставался ещё один ничем не примечательный тренировочный вылет — даже без вооружения, не считая 260 снарядов к бортовой 23-мм автоматической пушке. Взлёт со ставшего уже привычным польского аэродрома Колобжег. Полковник убрал шасси, когда двигатель то ли взорвался, то ли просто громко хлопнул. Резко упала тяга, произвольно вырубился форсажный режим, самолёт стал терять высоту. На всякий случай помянув непечатным словом техников, готовивших машину, Скуридин сообщил на КДП (контрольно-диспетчерский пункт) об остановке двигателя. МиГ-23 ВВС СССР — такой же, на котором летел Скуридин Руководитель полётов дал разрешение покинуть машину, и Николай Скуридин катапультировался. При приземлении он повредил руку, но самое главное — остался жив. Автономный полёт А вот истребитель вместо того, чтобы рухнуть в окрестностях аэродрома, словно почувствовал, что лётчика внутри больше нет, — выровнялся, прекратил снижение и продолжил полёт. В некоторых источниках пишут, что это произошло из-за того, что самолёт стал легче. Очень сомнительное заявление — несколько центнеров (пилот с катапультным креслом) для двадцатитонного истребителя погоды не делают. А если учесть выросшее за счёт открытой кабины сопротивление воздуха, так и вообще — лететь МиГу должно было стать тяжелее, а не проще. Скорее всего, он просто очень хотел сбежать на Запад и, получив эту возможность, рванул из последних сил. МиГ-23 продолжил заданный при взлёте курс, поднялся до высоты в 12 тысяч метров и на крейсерской скорости в 740 километров в час пронёсся сначала над территорией Польши, а затем и ГДР. Спустя час после взлёта исполняющий обязанности командующего авиацией Северной группы войск генерал-майор авиации В. Огнев сообщил командованию, что истребитель упал в море и никто не пострадал. Скорее всего, самолёт ушёл из зоны действия радаров, а сказать надо было хоть что-то. Вариант «мы потеряли истребитель из виду, он сам улетел куда-то на запад» смотрелся гораздо хуже, потому его озвучивать и не стали. Маршрут неуправляемого самолёта Зато натовские военные прекрасно наблюдали беглеца на своих радарах. За ним следили ещё во время полёта над территорией ГДР, а когда самолёт пересёк границу ФРГ, с голландской авиабазы Сустерберг на его перехват отправились два F-15 «Игл» 32-й тактической истребительной эскадрильи ВВС США. Сходу сбивать не стали — история знает несколько случаев, когда лётчики соцлагеря, прихватив с собой самолёт, совершали побег на Запад, где их ждали с распростёртыми объятьями (гораздо больше радуясь, понятное дело, секретной технике, нежели беглецу). Курс на Лилль Приблизившись к МиГ-23, американские лётчики обнаружили, что дома никого нет. Фонарь кабины открыт, внутри пусто. На земле призадумались, но отдавать команду на уничтожение беглеца благоразумно не стали. Если собьёшь, а обломки упадут на людей, то кто будет виноват? Правильно — тот, кто приказал стрелять. А если приказ не давали — виноваты русские. Самолёт-то их. Ну и что, что без пилота. Реконструкция сопровождения МиГ-23 без пилота истребителями F-15 «Орлы» пристроились в хвост советскому истребителю и продолжили сопровождение. Тот, словно ничего не произошло, продолжал полёт. Позади остались ФРГ, Нидерланды, заканчивалась территория Бельгии. Впереди уже маячил север Франции — сидр, морепродукты, суровая архитектура, город Лилль. Американские лётчики решили между собой, что прогулка несколько затянулась, и на подлёте к Лиллю перебежчика надо всё же сбивать. Но именно в это время у самолёта закончилось топливо, и он рухнул на территорию Бельгии. Попасть в Бельгию — это надо постараться. В северной части, между Нидерландами и Францией, ширина бельгийской территории составляет смешные восемь десятков километров. МиГ рухнул на ферму в деревне Беллегем в Западной Фландрии, точно на молодого бельгийца Вима Деларе, ставшего единственной жертвой этого полёта. F-15 сделали круг над местом крушения и по-быстрому рванули обратно — топлива у них почти не оставалось. Последствия, которых не было К счастью, этот инцидент произошёл во время потепления отношений между НАТО и блоком Варшавского договора, а потому никаких серьёзных политических последствий не произошло. СССР сразу заявил, что готов выплатить компенсацию, Николай Скуридин выразил соболезнования семье погибшего. Советских специалистов даже допустили собрать обломки с места катастрофы. Увы, их изучение не позволило прояснить картину случившегося. Место крушения МиГ-23 Да, самолёт ремонтировался за предшествующий год пять раз — но это не редкость для военного борта. Почему случился помпаж двигателя, а главное, почему он прекратился потом, определить так и не удалось. Самостоятельные полёты и даже посадки машин, оставшихся без пилотов, случались, но пересечений границы ещё не было. Эта история так и осталась едва ли не единственным случаем побега самолёта «к условному противнику». Хотя современная техника становится всё умнее — того и гляди убежит… Михаил Котов