СМИ

Советские танки атаковали немецкие позиции у села Мустолово и несли серьёзные потери. «Тридцатьчетвёрка» лейтенанта Иванова застряла в снегу. Танкисты оказались под самым носом у немцев — запертыми в боевой машине. Во второй половине января 1943 года у Шлиссельбурга гремела канонада. Войска Волховского и Ленинградского фронтов провели операцию «Искра» с целью ликвидации «шлиссельбургско-синявинского выступа». Блокада Ленинграда была прорвана. В феврале Красная армия продолжила наступление, пытаясь закрепить и улучшить своё положение. Одним из мест жарких боёв стало село Мустолово (Ленинградская область), которое части 67-й армии пытались взять в течение месяца. Однако немцы упорно оборонялись. Из-за неумелого руководства войсками на разных уровнях наступавшие несли большие потери в живой силе и технике. Примером тому стал бой за высоту 22,0. «Топтание на месте» Утром 22 февраля части 86-й стрелковой дивизии совместно со 152-й и 220-й танковыми бригадами начали наступление на высоту 22,0. Согласно плану, после её взятия войска должны были выбить немцев из Мустолово. Но что-то пошло не так. После артподготовки пехота и танки двинулись вперёд. Однако наступление было вялым из-за плохого руководства. Командиры частей «не руководили боем, не знали положения своих войск в процессе всего дня». Стрелковые подразделения смогли продвинуться лишь на 200-300 метров. Танки обошли высоту, но, понеся потери, вернулись обратно. Атака захлебнулась. Потери советской стороны составили 32 единицы бронетехники и около трёхсот человек убитыми и ранеными. Ловушка для «тридцатьчетвёрки» Т-34 лейтенанта Иванова вместе с другими танками смог прорваться вглубь вражеской обороны. Но во время движения механик-водитель не заметил воронку от бомбы, занесённую снегом. «Тридцатьчетвёрка» на скорости провалилась в неё и застряла. Все попытки выбраться из снежной ловушки успехом не увенчались. Ситуация сложилась безвыходная. Иванов понял, что бой для него закончился. Но теперь надо было выяснить обстановку вокруг, поэтому командир отправил своих людей на разведку. В полдень механик-водитель и башенный стрелок вылезли из танка наружу, но никого рядом не заметили. Пройдя в сторону высоты, они наткнулись на цепь вражеских пехотинцев в маскхалатах. Танкисты немедленно вернулись к машине. Вскоре мимо воронки пронеслась «тридцатьчётверка» лейтенанта Майорова. Но на сигналы Иванова, она никак не отреагировала. Вероятно, Майоров их просто не заметил. Выслушав доклад разведчиков, лейтенант решил сидеть в танке и дожидаться подхода своих частей. Он и не предполагал, что ждать придётся целых пять суток. Пять суток в танке Весь день экипаж терпеливо сидел внутри машины и ждал окончания боя. Но ничего не говорило о том, что он закончился с желаемым результатом. На вторые сутки заточения танкисты слышали, как немцы дважды пытались открыть башенный люк их «тридцатьчетвёрки». К счастью, безуспешно. Больше противник их не беспокоил. Когда всё стихло, Иванов снова выслал разведку. Она обнаружила неподалёку два сгоревших советских танка. Механик-водитель и башенный стрелок снова направились к высоте, но наткнулись на вражеский дот и пехоту и вернулись обратно. Двадцать четвёртого февраля противник разместил свои орудия прямо рядом с воронкой. Совсем близко гремела артиллерийская стрельба — судя по звуку, огонь вели две или три вражеские батареи. Пушки стояли так близко, что танкисты Иванова слышали разговоры их прислуги и звуки падавших гильз. Ночью 25 февраля рядом с «тридцатьчетвёркой» раздались звуки моторов автомашин и тягачей. Видимо, немцы перебросили свои орудия в другое место. А вскоре в отдалении бойцы услышали рёв моторов немецких «панцеров». Путь к своим Двадцать седьмого февраля терпение лейтенанта Иванова закончилось. Кроме того, кончились продукты. Да и советские войска атаки не возобновляли. Экипаж «тридцатьчетвёрки» решил пробираться к своим позициям. Тем же вечером, испортив в танке всё что можно, бойцы покинули машину. Под покровом темноты они двинулись в направлении высоты 22,0. Так как все карты и схемы местности были сожжены, Иванов вёл своих людей, ориентируясь по компасу. Пройдя около трёхсот метров, танкисты обнаружили передний край немецкой обороны. Любопытно, что никаких сплошных траншей там не было. Вражеские пехотинцы укрывались в воронках от снарядов и в одиночных окопах. Благодаря этому экипаж Иванова смог просочиться между немецкими постами. Обойдя высоту с севера, танкисты упёрлись в три ряда проволочного заграждения. Два из них преодолели с помощью найденных проходов. А вот в третьем его пришлось делать самим. Услышав шум, немцы открыли огонь из пулемётов. Но всё обошлось, и никто не пострадал. Экипаж продолжил путь по компасу на север. К своим танкистам удалось выйти только спустя пять часов после того, как они покинули танк. Красноармейцы забрели в тыл, где наткнулись на заслон заградотряда и были им задержаны для выяснения личностей. Лейтенанта Иванова и его подчинённых допросили и отпустили в часть. Так закончились приключения танкистов в тылу врага. Иванов вскоре стал командиром танкового взвода и за храбрость получил орден Отечественной войны II степени. Владимир Нагирняк