СМИ

Язык мой — враг мой. Эту пословицу хорошо знают во всем мире, но не всегда следуют ее мудрому совету — не болтать зря. Действующий президент Грузии Саломе Зурабишвили своими выступлениями начинает раз за разом привлекать внимание общественности. Вот что она заявила во время посещения региона Квемо-Картли. Исторически сложилось так, что этот регион является местом компактного проживания граждан Грузии азербайджанской национальности. Естественно, что здесь, как и в других регионах Грузии, есть проблемы, порождаемые местной спецификой. Одной из таких проблем было слабое знание грузинского языка местными жителями. Во времена Советского Союза это каких-то особых трудностей не вызывало, так как функцию лингвистической коммуникации (мостика) выполнял русский язык как язык межнационального общения. Это был наиболее рациональный выход из положения, так как в ином случае гражданам СССР пришлось бы осваивать десятки разных языков. Так вот, выступая перед жителями Гардабани, Зурабишвили сказала, что гордится Грузией, потому что в ней живут люди самого различного происхождения, представляющие самые различные религии и религиозные конфессии, и при всем этом между ними нет не то что конфликтов, но даже разногласий. По словам президента, все граждане Грузии, независимо от этнической, религиозной и партийной принадлежности, имеют только одно будущее — общее! Все правильно, кто ж с этим спорит. Но вот дальше начинаются очередные президентские непонятки. «Мне очень жаль, что здесь я не могу говорить с вами так, как хочу, хочу, чтобы было больше отношений. Я не смогу говорить с вами на русском языке — это исключено, так как это — не язык, который нас объединяет», — заявила Зурабишвили. Это уже звучит, как «Карфаген должен быть разрушен», а если кому-то это покажется слишком исторически возвышенным, можно сказать попроще: «Кто о чем, а вшивый о бане!» Как же это понимать? Президент Грузии, выросший в лоне европейской демократии, накладывает табу на русский язык, фактически ставит его вне закона? Но можно ли на этом остановиться? Или завтра понадобится выявлять зловредных носителей русского языка? Дарим президенту идею — надо каждому на одежду нашить красную звезду с георгиевской ленточкой. В истории европейских демократий это уже однажды было — только звезда была желтой. Неужели международный чиновник и дипломат в недалеком прошлом ничего не слышала о термине «дискриминация по языковому и национальному признаку»? Это, между прочим, не только термин, но и статья. Глава государства добавляет, что «может выучить несколько слов на азербайджанском», однако предпочитает общаться с населением на одном языке. А это как понять? Даже другой известный демократ и демократизатор Мишико Саакашвили к жителям Квемо-Картли обращался на азербайджанском языке. А действующий президент даже несколько слов на азербайджанском учить не хочет, русский запрещает, а дальше что? Русский, если кто забыл, — официальный язык ООН, о литературе, культуре и т. д. и говорить излишне, как и о более чем миллионе наших сограждан, находящихся в данный момент в России, которая благодаря их денежным переводам остается главным финансовым спонсором Грузии. И как после такого выступления президента население Квемо-Картли может быть уверенным, что завтра и с азербайджанским языком не поступят так же, как с русским? И как вообще этнические меньшинства Грузии, формально вроде бы защищенные международными законами и всякими хартиями (хотя сегодня все знают, какова им цена), должны понять, где интеграция в гражданское общество плавно перетекает в добровольно-принудительную ассимиляцию? Политический курс надо срочно и кардинально менять, иначе мы не станем в «будущем примерной страной, которая поразит весь мир», как пожелала Зурабишвили. Мир все-таки лучше поражать в положительном аспекте, а у нас пока все как-то наоборот. Ираклий Чхеидзе