СМИ

Вчера в Риге прошел традиционный марш потомков и просто почитателей Латвийского легиона СС. Считается, что 16 марта 1944 года латыши впервые участвовали в боевых действиях против наступающих советских войск у реки Великой. В шествии приняли участие около тысячи человек. На Братском кладбище в Лестене выступила председатель Сейма Инара Мурниеце. В Латвии существует официальная трактовка событий времен Второй мировой войны, которая не имеет ничего общего с фактами. Ее выразила Инара Мурниеце, выступая с речью на Братском кладбище: — Легионеры выросли в независимой Латвии и несли в своих сердцах ее ценности, что побудило их вступиться за свою землю, народ, семью и близких. Государство Латвия в их сердцах занимало определяющее место, они сделали то, что велело им сердце, — защитили Латвию, — заявила спикер парламента. — Легионеры боролись против большевизма, военных преступлений, зверств, пришедших извне. Как сравнительно недавно поведала миру честная латышка Рута Ванагайте в своей книге «Наши», военными преступлениями и зверствами занимались ее соотечественники. В свое время я о ней (и о Руте, и о книге) довольно подробно написал. Если кто-то пропустил тот пост, состоящий, в основном, из стенограммы ее выступления, то настоятельно рекомендую пройти по ссылке. У меня, например, на многое открылись глаза. Вдоль турникетов стояло человек сто антифашистов. Но на колонну их плакаты впечатления не произвели. Мы часто задаемся вопросом: почему Евросоюз, членом которого является Латвия, смотрит сквозь пальцы на неофашизм, который то там, то здесь поднимает голову? Они ведь уже ничего не стесняются и не боятся. Пожалуй, я смогу ответить на этот вопрос. Между прочим, Нюрнбергский Международный военный трибунал в свое время постановил: «СС использовалась для целей, которые являются преступными и включают преследование и истребление евреев, зверства и убийства в концентрационных лагерях, эксцессы, совершавшиеся при управлении оккупированными территориями, проведении в жизнь программы использования рабского труда, жестокое обращение с военнопленными и их убийства». Трибунал включил в СС членов «Ваффен-СС» и членов любого рода полицейских служб, подчеркнув, что «невозможно выделить какую-либо часть СС, которая не принимала бы участия в этой преступной деятельности». Вчера этим преступникам в Латвии отдавали почести и называли истинными патриотами. Для Европы ни фашизм в целом, ни истребление советских людей и евреев в частности, большой проблемой никогда не были. Их города не были разрушены, как наши, мирное население не уничтожалось целыми деревнями. Европейцы вообще ничего не имели против Гитлера, долгожданного вождя, способного объединить субконтинент в единое целое, как за полтора столетия до него пытался сделать Наполеон. Разве что Великобритания не хотела ему подчиниться. Польшу я не считаю, ибо она-то как раз очень хотела пойти войной на Россию вместе с несокрушимой немецкой армией. Трагедия поляков, на мой взгляд, не в том, что Гитлер ее захватил за две недели, а в том, что обманул и не взял с собой в поход на восток. Для остальной Европы фашизм не представлял угрозы, а Гитлер никогда не являлся олицетворением зла, как для нас. Австрия и Чехословакия сдались без единого выстрела, Франция быстренько капитулировала, как только немцы обошли стороной линию Мажино. Остальные страны были либо союзниками Рейха, либо соблюдали нейтралитет. Но практически все в том или ином виде работали на немецкую армию. Пожалуй, осуждают только Холокост. Да и то, по-моему, неискренне, а под давлением Израиля. Кроме того, права человека после войны вошли в моду, так что ж не осудить? Напрасно мы недоумеваем, почему никого, кроме нас, не возмущает возрождение фашизма в Латвии и на Украине, зря ссылаемся на вердикты Нюрнбергского трибунала. Ни ЕС, ни, тем более США, в свое время пригревшие всех подонков, воевавших на стороне Гитлера, нацистов не боятся, а, скорее, относятся к ним с пониманием. А может даже, испытывают теплые чувства. По одной простой причине: как и в 1930 – 1940-е годы прошлого века, животная ненависть неофашистов и необандровцев направлена прежде всего на Россию и русских. Неужто однажды нам опять придется воевать с ними в одиночку? И не только с ними, а со всей Европой, которая опять кинется им помогать, кто чем может. Павел Шипилин