СМИ

© Нана ЯковенкоБританцы отчаянно призывают: хладнокровие должно преобладать. The Economist под этим заголовком свою очередную статью в недавно вышедшем номере издания который раз посвящает американо-китайским отношениям, состояние которых в Лондоне вызывает тревогу. Эксперты считают, что наступил опасный момент в отношениях между Америкой и Китаем. Известный американский политолог, профессор Ричард Роузкранс (Ricard Rosencrance) в своём сборнике эссе под названием «Следующая Большая Война?», рассматривает китайско-американские отношения через призму первой мировой войны. Политолог предупреждает об опасности давления, так называемой «тирании мелочей», обращает внимание на то, что трения и непонимание между соперничающими державами, которые при отсутствии руководителей, способных управлять ими, наверняка могут стать поводом и причиной развязывания опасных конфликтов. Китай и Америка сегодня не собираются брать в руки оружие, однако, как верно замечает Ричард Роузкранс, на первый взгляд незначительные мелочи быстро накапливаются. Степень недоверия, которая существует между странами сегодня, с тех самых пор когда 50 лет назад президент США Ричард Никсон (Richard Nixon) посетил с визитом Китай, не была за всё это время такой беспрецедентно высокой. По мере приближения президентских выборов возрастает и вероятность опасного просчета. 27 июля американское консульство в Чэнду закрылось по приказу Пекина. Это явилось ответным шагом на решение администрации Трампа закрыть китайское консульство в Хьюстоне неделей ранее, что стало первым подобным шагом со времён нормализации отношений в 1979 году. И вот наступил конец того месяца, когда Америка впервые ввела санкции в отношении одного из членов китайского Политбюро по поводу интернирования уйгуров в Синьцзяне; объявила незаконными экспансивные притязания Китая в Южно-Китайском море; обострила проблему Гонконга; и заявила о своей победе в кампании против Huawei, после того как Великобритания официально анонсировала запрет деятельности данного китайского телекоммуникационного гиганта в своих сетях 5G. Для «ястребов», окружающих президента Дональда Трампа, такой шаг назрел уже давно. В серии из четырех выступлений, которые прозвучали как напоминание о «холодной войне», они изложили свои доводы в пользу отказа от «слепой помолвки» с Китаем в пользу конфронтационных отношений. Более того, советник президента США по национальной безопасности, Роберт О'Брайен (Robert O'Brien), заявил, что, дескать Си Цзиньпин, руководитель Китая, «видит себя преемником Иосифа Сталина». Директор ФБР Кристофер Рэй (Christopher Wray) практически в унисон заявил, что Китай стремится стать «единственной сверхдержавой в мире любыми возможными средствами» и предупредил о том, что Китай направляет серьёзные усилия на шпионаж за американцами, с целью повлиять на их жизнь и оказывать давление. В это же время генеральный прокурор Уильям Барр (William Barr) объявил голливудские студии и американские технические корпорации ни много ни мало, — «пешками китайского воздействия». Госсекретарь Майк Помпео пошёл ещё дальше, заявив, что мистер Си ведет уже десятки лет борьбу за мировое господство, и Америка вместе со всеми демократическими государствами мира должна дать отпор. Однако при этом эксперты Economist убеждены, что сейчас было бы целесообразно разработать новую, реалистичную стратегию противостояния Китаю. Авторы статьи рассуждают: зверства в Синьцзяне и подрыв верховенства закона в Гонконге заслуживают более жесткой реакции, чем это происходило до сих пор в мире. Территориальные амбиции Китая в отношении его прибрежных морских вод не могут не вызывать беспокойства. Экономическое влияние на торговых партнеров и крупные компании демонстрируют Китай как противника, — в отличие от его коммунистического предшественника — Советского Союза. Economist cчитает, что «ястребы» Д. Трампа уже кое-чего достигли в контексте демонстрации и противостояния той, как они убеждены, всеобъемлющей и серьёзной угрозы, которую представляет Китай г-на Си. По мнению британских экспертов, их выступления формируют определенную позицию, но отнюдь не стратегию. Они приводят убедительные аргументы в пользу осуществления болезненных действий в отношении Китая, но при этом не предоставляют никаких ориентиров оценки того, как и когда это можно сделать. Американцы, как считают в Лондоне, говорят о работе с союзниками в плохо продуманных, амбициозных терминах, — им практически нечего предложить по таким крупным геополитическим вопросам, как, к примеру, изменение климата, за исключением того, что на Китай нельзя полагаться, поскольку он не выполняет взятые на себя обязательства. В Лондоне постоянно проводится мысль о том, и об этом ясно пишет The Economist, что, дескать, другой президент мог бы сформулировать свое видение относительно взаимодействия с Китаем в сложившейся ситуации. Трамп с «ястребами». И, как убеждённо пишет Economist, его пренебрежение к демократическим союзникам и делу защиты прав человека, а также его личная симпатия к г-ну Си, существенно снижают его способность вести борьбу с Китаем за глобальные ценности. Он соперничает с Китаем за торговлю и covid-19, но это не коренится в принципиальных ценностях. Сейчас он больше сосредоточен на том, что может привести к его переизбранию. А это, опасаются в Лондоне, придаст новую взрывоопасную динамику событиям ближайших месяцев: по мере приближения выборов Д.Трампа можно убедить предпринять более драматические меры, например, такие как финансовые санкции в отношении китайских банков в Гонконге или демонстрацию военной поддержки Тайваня. The Economist в заключении делает вывод: неудача или недоразумение могут оказаться весьма опасными. Совершенно правомерно стремление проложить более жесткий курс в китайско-американских отношениях, однако при этом было бы разумно осторожно относиться к «тирании мелочей».