СМИ

© РИА Новости, Евгения Новоженина | Перейти в фотобанк25 июня истек срок выполнения решения Международного трибунала ООН по морскому праву об освобождении украинских моряков, нарушивших российскую границу. Это дело, как подчеркнули в Москве, не подпадает под юрисдикцию трибунала. Чего дальше ждать в эпопее с арестованными моряками, «Апострофу» рассказал адвокат Николай Полозов, который представляет интересы моряков в российском суде.Мы прогнозировали, что Россия откажется выпускать пленных украинских моряков (в качестве жеста доброй воли после возвращения российской делегации в ПАСЕ 25 июня, — «Апостроф»). Все наши адвокаты готовы к дальнейшим следственным действиям. По сути, следствие уже подходит к завершению, морякам с начала этой недели начали предъявлять обвинения в окончательной редакции. Мы готовы к судам по продлению меры пресечения, которые состоятся в средине июля. Далее будет стадия ознакомления с материалами дела, и после этого само дело будет передано для рассмотрения в суд. Согласно официальной позиции Кремля, их обвиняют по уголовному делу — о незаконном нарушении государственной границы, организованном группой лиц. Российские власти не признают за ними статус военнопленных и не обеспечивают им защиту, предусмотренную положениями Женевской конвенции об обращении с военнопленными. Российские власти отрицают позицию Украины, озвученную в Международном трибунале по морскому праву, и само предварительное следствие идет в сугубо бытовой криминальной парадигме. Учитывая то, что в России отсутствует суд как институт, то приговор понятен заранее — их признают виновными. Другой вопрос, если доведут это дело до суда — не будет политического решения, не договорятся раньше, — то вопрос об их освобождении может быть отложен еще, как минимум, на полгода, а то и на год. Учитывая, что в деле — 24 фигуранта, это будет массовый судебный процесс. Быстро может быть, только если моряки признают свою вину, согласятся на особый порядок судопроизводства, когда суд выносит свой приговор без исследования доказательств. Но позиция моряков состоит в том, что они не преступники, они военнопленные, и никаких уголовных преступлений не совершали. И я не думаю, что они пойдут на то, чтобы признать вину в российском суде. На наших моряков оказывали давление все время, пока они находились во власти российских следственных органов. Их вызывали на «неформальные беседы» оперативники ФСБ, в отношении некоторых из них проводилась так называемая «внутрикамерная разработка» — когда специальный заключенный должен либо выведать какую-то информацию, либо навязать какое-то мнение. Эти попытки были успешно нами отражены — адвокаты рассказали пленным морякам, как вести себя в подобных ситуациях. И естественно, без адвокатов никаких бумаг они подписывать не будут, и никаких действий юридического характера предпринимать тоже не будут. Их пытались «качать» с самого начала, потому что, если бы хотя бы один из моряков признал вину, вся внешнеполитическая конструкция их защиты обрушилась бы, и россияне на всех площадках демонстрировали бы эти признательные показания. Что касается политической стороны, стоит отметить, что предпосылки для позитивного завершения этого дела, для освобождения моряков созданы. Есть резолюция ПАСЕ, есть решение Международного трибунала по морскому праву, наши юристы обратились в две структуры ООН — комитет против пыток и рабочую группу по незаконным задержаниям. Кроме того, в Европейском суде по правам человека с января находится межгосударственная жалоба Украины против РФ, которая касается моряков. По большому счету, речь идет о принятии политического решения Кремлем об освобождении моряков. Некоторые эксперты говорят, что какие-то подвижки могут быть в связи со встречей Путина и президента США Дональда Трампа, которая планируется в начале июля на саммите G20 в японской Осаке, но действия Кремля предугадать невозможно. С юридической точки зрения, мы готовы к любому развитию событий, если политикам не удастся договориться, и начнется судебный процесс. Если бы позиция союзников Украины была последовательной, и неисполнение январской резолюции ПАСЕ повлекло за собою серьезные санкции, а не те, которые были наложены в марте, может быть, это подвигло бы российские власти искать выход из этой ситуации. Сейчас внешнеполитический контур для Кремля относительно безопасен, а российскую делегацию возвращают в ПАСЕ. Теперь мотива идти на уступки у РФ нет. Я пока не вижу никаких аргументов для Кремля, как и инструментов, которые могли бы повлиять на их решения. С точки зрения внешнеполитических обстоятельств, украинские пленные моряки — источник проблем и своего рода балласт для РФ. Но и выпустить их Кремль тоже не может, потому что он всегда в таких случаях что-то хочет взамен. И пока мы не видим сформулированного запроса, что же там хотят. Я думаю, что изначально плана брать моряков в плен не было. Были действия определенных лиц на нижнем и среднем уровне принятия решений. Но поскольку архитектура принятия решений в России такова, что невозможно «откатить» назад без команды высшего руководства, теперь это все вынужден решать непосредственно Путин.