СМИ

Сегодня утром, 16 января, президент Казахстана Нурсултан Назарбаев прибыл в США с трехдневным официальным визитом. В ходе переговоров с президентом США Дональдом Трампом будут обсуждаться вопросы двустороннего сотрудничества, ситуация в Афганистане и Центральной Азии и глобальные проблемы. Визит совпал с председательством Казахстана в Совете Безопасности ООН, где страна получила статус непостоянного члена. В Астане визит Назарбаева в США уже назвали «историческим», но почему? С этим вопросом корреспондент «NOVOSTI-DNY.Ru» обратился к директору Центра исследований проблем Центральной Азии и Афганистана (ЦИПЦАА) в МГИМО Андрею Казанцеву. Как вы оцениваете визит Нурсултана Назарбаева в США? Он действительно исторический, как объявили в Астане, или этот эпитет применим к любому визиту в супердержаву? Президент Дональд Трамп столкнулся с достаточно серьезными проблемами, связанными с ситуацией в Афганистане. По сути дела, сейчас никакой политики у США по Афганистану нет. Есть линия военных на сохранение военного присутствия. Иначе все, что они там выстроили за годы после терактов в Нью-Йорке и Вашингтоне, рухнет. Поэтому, безусловно, Америка заинтересована в контактах с Казахстаном по линии Афганистана. Тем более, что в ходе заседания Совета Безопасности ООН ситуация в Афганистане будет обсуждаться. Казахстан, являясь непостоянным членом СБ ООН, ведет в СБ ООН не только афганскую тематику, но и вопросы экстремизма и терроризма в целом. Поэтому обсуждения при встрече с Трампом и в СБ ООН будут самые широкие — не только по Афганистану, но по всему комплексу вопросов: по Сирии, концентрации боевиков ИГИЛ (запрещенная в РФ террористическая организация) и других экстремистских организаций в Сирии и Ираке, Афганистане. Сам Назарбаев, как политический лидер, всегда имевший хорошие отношения со всеми американскими президентами и одновременно являющийся другом президента РФ Владимира Путина, будет дальше проводить линию на посредничество России и США. Точно так же как Казахстан посредничал и по Сирии, и в отношениях между Россией и Турцией, и по украинскому конфликту. Что же касается экономической составляющей визита, то Казахстан заинтересован в новых инвестициях. Анонсировано подписание соглашений на несколько миллиардов долларов. Будут ли обсуждаться китайские инициативы, связанные с продвижением китайского проекта «Один пояс, один путь»? Я не исключаю, что будут обсуждения, связанные с Китаем, поскольку Казахстан является важным партнером США в Центральной Азии. Одновременно он является и ближайший партнером Китая. Поэтому у США есть свой интерес к Казахстану. Это и экономический, и, прежде всего, стратегический, связанный с положением республике в регионе Большой Центральной Азии, которая включает Афганистан, граничит с Китаем и занимает центральное место на постсоветском пространстве. Казахстан может воспользоваться преимуществами в своих интересах. Например, стать транзитной страной на условном маршруте США-Афганистан? Американцы и раньше пользовались северным маршрутом доставки грузов в Афганистан. Но если раньше он пролегал через территорию России, то сейчас, скорее всего, Пентагон при переброске техники и оборудования воспользуется маршрутом через Южный Кавказ. И США в этом заинтересованы. Северный маршрут всегда служил дополнительным к южному, который проходит через Пакистан, и использовался для того, чтобы Исламабад не выдвигал слишком строгих и «объемных» требований по Южному маршруту. У Пакистана достаточно серьезные свои интересы, и когда он становится монополистом, то предъявляет слишком большие требования — финансового и политического характера. Поэтому американцы, хорошо разбирающиеся в бизнесе игроки, заинтересованы в максимальной диверсификации маршрутов. Тем более, что северный маршрут лучше работает для снабжения сил США в Афганистане. Глава МИД РФ Сергей Лавров накануне отметил, что Вашингтон может злоупотребить партнерством в формате «C5 1», в который входят США, Казахстан, Киргизия, Таджикистан, Туркменистан и Узбекистан. Что он мог подразумевать под злоупотреблениями? Ведь вроде, напротив, в последнее время отмечалось, что администрация Трампа потеряла интерес к Центральной Азии. Очевидно глава российского МИД имел ввиду общую динамику в противостоянии России — США в рамках новой холодной войны. А что касается формата «5С 1», то речь идет о том, что многим странам, не только США, но и, например, Японии и другим, удобнее иметь дело с Центральной Азией в целом, а не с отдельными странами, поэтому они учреждают такие форматы. Что касается политики Трампа относительно Центральной Азии, то американская активность в регионе существенно снизилась даже по сравнению с периодом Барака Обамы. И особого интереса у США к региону вообще нет, даже в контексте Афганистана. Все нынешние инициативы по Афганистану исходят от американских военных. Сергей Лавров, высказываясь по этой тематике, имел в виду то, что существует общее геополитическое противостояние, идет новая «холодная война» между Россией и США. При этом, с точки зрения Кремля, присутствие американцев в Афганистане носит позитивный характер. Об этом, в частности, на днях говорил сам президент Владимир Путин. Центральноазиатская редакция «NOVOSTI-DNY.Ru»