СМИ

© REUTERS, ISNAЕсли США решатся на войну с Ираном, она может стать еще большей катастрофой, чем Ирак в 2003 году. Это знает и госсекретарь Майк Помпео — и все же дело идет к эскалации. Война против Ирана стала бы концом западного альянса, предостерегает Ханнес Штайн в немецкой «Вельт». Тем, кто думает, что Америка с легкостью справится с иранской армией, не помешало бы вспомнить Вьетнам.Если США решатся на войну с Ираном, она может стать еще большей катастрофой, чем Ирак в 2003 году. Это знает и госсекретарь Майк Помпео — и все же ситуация может привести к эскалации. Госсекретарь США однозначно назвал виновного. «По оценкам Соединенных Штатов, Исламская Республика Иран несет ответственность за атаки, которые произошли сегодня в Оманском заливе», — заявил Помпео на пресс-конференции. «Такие оценки основываются на разведданных, использованном оружии, уровне опыта, необходимом для совершения такого рода операций, и на том обстоятельстве, что ни одна из группировок в регионе не располагает ресурсами и навыками для совершения действий подобного уровня сложности». Но что это означает? Станут ли США вести войну против Исламской Республики Иран? Возможно все, но пока что маловероятно. Поговорим сначала о войне в Ираке 2003 года. В той войне США не обладали мандатом ООН, но у них были союзники: Великобритания, Польша, Дания, Южная Корея. Предположение, что Саддам Хуссейн разрабатывает новое оружие массового уничтожения по крайней мере не было безумным. И поначалу та война, с точки зрения США, шла хорошо. Население Ирака тогда составляло немногим более 23 миллионов человек. Режим Саддама ненавидели все — курды, шииты, многие сунниты. Иракская армия была смешным противником, и через несколько недель она сложила оружие. Иран по площади примерно втрое больше Ирака. Его население — свыше 81 миллиона человек. Его армия профессиональна, высоко мотивирована и за прошедшие годы получила большой боевой опыт в Йемене и Сирии. Кроме того, такие террористические организации, как «Хезболла», окажут поддержку иранскому режиму и будут осуществлять атаки не только на Ближнем Востоке. У Америки в этой войне два союзника — Израиль и арабские страны Персидского залива. Во внутренней политике война с Ираном тут же приведет к массовым протестам во всех американских городах. Конгресс, который, согласно конституции США, имеет единоличное право объявления войны, выступит против президента. Кроме того, из-за площади Ирана невозможно одержать победу в войне только при помощи ударов с воздуха. То есть необходимо вводить наземные войска. В результате тактики «Большой волны» — увеличения военного контингента в стране при генерале Дэвиде Петреусе — в Ираке было размещено 107 тысяч солдат. Им с трудом удалось урегулировать граничащий с гражданской войной хаос в стране. Но в Иране, как уже было сказано, в четыре раза больше жителей. И даже если фундаменталистский иранский режим ненавидит иранское население, вряд ли иранцы отреагируют на американские бомбардировки своих городов и солдат с ликованием. Война против Ирана окончится катастрофой Иными словами, война с Ираном была бы безумием. Вероятно, она закончилась бы еще большей катастрофой, чем плохо подготовленная война с Ираком. И это стало бы концом западного альянса. Все это знает и Майк Помпео. Дональд Трамп, кроме этого, знает еще кое-что. Ту треть американского населения, на которую опирается президент, он довольно быстро потеряет, если будет война, в которой погибнет много американских солдат. А они погибнут. Не в малом количестве, как в Ираке или Афганистане, а десятками тысяч. Вся внешняя политика Трампа с самого начала ориентирована на выход и изоляционизм — выход из Афганистана, выход из Сирии. Фантастические угрозы в адрес Северной Кореи, как известно, закончились глубоким риторическим прогибом американского президента перед северокорейским диктатором. И когда КНДР недавно возобновила испытания ракет, Трамп не отреагировал: он солгал, что, в общем-то, ничего не случилось. То есть Трамп — как между тем и начали поговаривать — не жесткий противник, а позер, за угрозами которого ничего нет. «Скажи мне, как это закончится» И именно в этом заключается опасность. Трамп в прошлом неоднократно блефовал, а когда его призвали раскрыть карты, он бросил их на стол и, пожав плечами, ушел. Возможно, сторонники жесткого курса в иранском режиме сейчас своими способами хотят подтолкнуть Трампа к решению? И что произойдет, если ситуация выйдет из-под контроля? Когда Дэвид Петреус в 2003 году вместе с 101-й парашютно-десантной дивизией был на пути в Белград, он задал глубокий философский вопрос: «Скажи мне, как это закончится». Вот, что он хотел знать. Он сослался на военного советника американского правительства, который в 1950 году сказал, что достаточно «восьми лет и восьми дивизий», чтобы защитить Южный Вьетнам от агрессии Северного Вьетнама. Как известно, советник немного просчитался. В войне во Вьетнаме погибло более 58 тысяч американцев. «Скажи мне, как это закончится» — этот вопрос можно вновь задать и сейчас.