СМИ

© РИА Новости, Стрингер | Перейти в фотобанкВ отличие от Китая СССР не был ни главным торговым партнером США, ни основным держателем их долга и не был вписан в цепочки поставок, имеющих решающее значение для американской и мировой экономики. Поэтому новая холодная война Штатам противопоказана, убежден автор. Вместо этого он предлагает новую стратегию.Китай играет стержневую роль во всех внешнеполитических дискуссиях — прежде всего потому, что бросает серьезнейший вызов нашим национальным интересам. Но еще и потому, что именно там зародилась пандемия covid-19, — и этот факт стал главной темой кампании президента Трампа за переизбрание. Торговые связи, похоже, ухудшаются вместе с политическими, — по мнению китайского министра иностранных дел, они достигли худшего момента за всю историю дипломатических отношений с 1979 года. Из-за этого многие эксперты — в том числе в Белом доме — заговорили о «новой холодной войне» между США и Китаем. Некоторые даже считают, что она желательна — по-видимому, ничуть не сомневаясь, что наша страна само собой выйдет победителем. Но такая постановка вопроса вводит в заблуждение. Предполагается, что условия прежней холодной войны — против Советского Союза, которую мы выиграли, — актуальны и поныне, и что мы снова воспользуется теми же инструментами, которые некогда обеспечили нам победу. Эта системная ошибка не берет в расчет многие различия между тогда и сейчас. Стоит напомнить, что Советский Союз не был ни нашим главным торговым партнером, ни основным держателем нашего долга — и не был тесно вписан в цепочки поставок, имеющих решающее значение для нашей (да и мировой) экономики. Холодная война велась — и закончилась нашей победой — преимущественно на военных и культурных условиях. Экономическая сторона была актуальна лишь потому, что обреченная советская модель сопротивлялась реальной конкуренции. В экономическом пространстве мы не были ни конкурентами, ни партнерами. Новая холодная война между США и Китаем была бы чем-то принципиально иным. Трудно понять, как ее можно вести, — не говоря уже о том, чтобы победить в ней. Это ни в коем случае не значит, что на всё более агрессивное поведения Китая не надо реагировать. Но реакция США должна быть последовательной, дисциплинированной и глубокой. Надо достичь баланса между нашими целями и возможностями. Возврат к менталитету холодной войны лишь приведет нас в воинственное положение, которое не только практически лишит нас шансов как-то повлиять на поведение Китая, но и спровоцирует гиперреакцию и опасные просчеты с обеих сторон. Прежде всего, мы должны разработать продуманную стратегию, нацеленную на урегулирование конфликтов сверхдержав, а не на победу над врагом. Это очень трудоемкая работа, которая требует терпения, убежденности и широкой политической поддержки. Еще потребуется полная отдача наших союзников как внутри региона, так и в других местах. Эти усилия нам придется предпринять, чтобы предотвратить нисходящую спираль вооруженного конфликта. Слишком часто политика США в отношении Китая мотивирована стремлением набрать очки ради краткосрочной политической выгоды. Китайцы же добиваются своих внешнеполитических целей в соответствии с кропотливой долгосрочной стратегией. Долгую партию Китая определяет в первую очередь успешная кампания Си Цзиньпина по сохранению режима, который поставил его во главе откровенно тоталитарного государства. В долгосрочную стратегию Пекина входит и чрезвычайно амбициозная внешнеполитическая повестка дня, направленная на то, чтобы сместить центр мировой экономики в Евразию посредством инициативы «Один пояс, один путь». В то же время Китай выдвигает все более агрессивные территориальные притязания, вплоть до явного намерения втянуть Тайвань в состав Народной Республики. Продолжать наши многолетние попытки урегулировать эту проблему становится все труднее. Стратегия Китая также направлена на технологическое окружение Запада, доминирование во всех передовых системах сбора и обработки данных, включая искусственный интеллект, робототехнику и аэрокосмические и квантовые вычисления, причем всегда с перспективой военного применения. Китай осознал гораздо раньше и гораздо яснее остальных, что главный фактор в решающей битве этого исторического момента — это технология. Поэтому Пекин прилагает все усилия, чтобы обеспечить в ней подавляющее китайское преимущество. Мы должны одержать верх в этом конфликте благодаря последовательной стратегии и, самое главное, наращивая поддержку союзников. На эти и другие вызовы остальной мир, — как мы надеемся, неизменно под началом США — должен ответить единством и дальновидностью. Почти случайные и, казалось бы, вовсе друг с другом не связанные раздражающие факторы вроде закрытия консульства, введения санкций против нескольких чиновников, изменения пошлин или наложения санкций на отдельные компании, лишь провоцируют контрмеры, которые препятствуют реальному решению этой огромной и сложной проблемы. Что еще важнее, политика США и наших союзников должна быть направлена на расширение дипломатического и политического пространства для творческого и продуктивного решения этих вопросов. Это займет время. И потребуется восстановить сплоченность альянса и многосторонних институтов, способных ответить на долгосрочные стратегические шаги Китая последовательной политикой сопоставимой силы. Как мы знаем из прошлого, выковать эти инструменты под силу лишь США. Наши союзники и другие страны-единомышленники начинают осознавать угрозу нашему общему будущему, которая исходит от Китая. И станут более восприимчивыми к просвещенному руководству США. Дэн Коутс, бывший сенатор от Индианы, директор национальной разведки с 2017 по 2019 год. Ныне старший советник King