СМИ

© AP Photo, Markus SchreiberПосле саммита G7 президент Франции Эмануэль Макрон заявил, что будет искать пути к сближению с Россией и рассматривать Владимира Путина в качестве стратегического партнера. А Германия, считает автор, оказалась не готова к стратегическим сдвигам в мировой политике.На следующий день после саммита G7 в Биаррице президент Франции выступил с несколько странной речью. Суть ее сводилась к тому, что Макрон полон решимости искать пути к сближению с Россией и в будущем рассматривать Путина в качестве стратегического партнера. В этом аспекте последние годы были, по его словам, «большой ошибкой». Нельзя с уверенностью сказать, что президент США знал об этой речи заранее. Не факт также, что Макрон согласовал смену своей позиции по теме политики в области безопасности с Белым домом. Однако результат очевиден: в стратегическом плане сближение французов с Москвой означает, что Трамп и Макрон действуют заодно. Они едины в том, что Путин — более слабый из двух авторитарных противников, борющихся за определение мирового порядка. Поэтому его нужно привлечь на свою сторону, чтобы ослабить Китай, который в стратегическом плане представляет собой реальную опасность. И частью этого плана является изоляция Пекина от союзников. Германия ошиблась в оценках Ведомство федерального канцлера Германии, похоже, знало о речи Макрона в Париже — именно так заставляет думать отсутствие реакции немецкого руководства на его выступление. В то же время это означает признание, что план Германии от 2014 года провалился. По всей Европе (и в Америке) раздается критика в адрес Берлина за то, что он дал согласие на строительство второй ветки газопровода «Северный поток — 2» концерном Газпром. Было заведомо понятно, что это снизит психологическое воздействие санкций на Россию. И не в последнюю очередь стремительная смена энергетической политики Германии с учетом отказа от ядерной энергии (и вследствие этого увеличения потребления российского газа) привела к провалу изначальной цели после вторжения России в Крым — заставить Путина отказаться от своих намерений. Федеральное правительство весьма недооценило решимость Путина в своем ревизионизме. Кроме того, оно поступило не слишком умно во внутриполитическом аспекте, использовав Трампа в качестве противника, не считая его при этом самым сильным союзником в реальной политике. Оно до сих пор не осознало, что Китай является стратегическим игроком, и никак не воспользовалось динамикой отношений между двумя сверхдержавами в своих интересах. Об этих ошибочных оценках свидетельствуют бесконечные заявления Берлина по поводу угроз либеральному миропорядку. Поэтому сегодня Германия буквально угодила под жернова стратегических тектонических сдвигов в мировой политике. Антагонистическое и реальнополитическое взаимо- и противодействие «великих держав» (как сказал Макрон) — вот что происходит на глазах у Берлина. Рассмотрели ли его контуры на берегах Шпрее? Сомнения в этом растут буквально день ото дня. Политикам, которым в будущем предстоит играть решающую роль при принятии решений — Аннегрет Крамп-Карренбауэр (Annegret Kramp-Karrenbauer) и Фридриху Мерцу (Friedrich Merz) — придется по этой причине столкнуться с вопросами, имеющими стратегическое значение. С такими вопросами, какими Германии еще никогда не приходилось заниматься. По сути, речь идет о новом определении гарантий безопасности со стороны НАТО, имея которые (в плане военной защиты и психологической уверенности), немцы до сих пор могли вести нормальную жизнь и делать то, что хотели. Можно ли еще «оторвать» Россию от Китая, большой вопрос. Путин настроен намного более «проазиатски», чем думают многие люди на Западе, испытывающие по отношению к России какие-то романтические чувства. Кроме того, надо понимать, что Пекин сделает все возможное, чтобы помешать Парижу в его стремлении к сближению с Москвой. Если же уловка Запада все же «сработает», то Россия потребует за это высокую цену. Потому что ее амбиции огромны, а Путин прекрасно понимает, что Америка нуждается в нем в стратегическом плане, потому что та на фоне своего тлеющего конфликта с Китаем не может себе позволить, чтобы кто-то имел возможность вонзить ей нож в спину. Но какая Европа нужна Путину, какие могут быть достигнуты договоренности и насколько они будут надежны? Путину, как минимум, нужны Украина, Молдавия и Белоруссия, а также прямой доступ к анклаву Кенигсберг. Это в обязательном порядке означает, что Европе необходима военная подстраховка, в том числе с использованием ядерного оружия. Больше пространства для маневра России Конечно, Польша и страны Балтии будут сопротивляться реальной политике больших держав, но маловероятно, что им удастся как-то повлиять на союз Макрона и Трампа. Экономическая, технологическая и военная экспансия Китая в Европу давно уже приняла такой размах, что его тактическое ослабление и связанное с этим требование по интеграции в западный порядок вполне отвечают интересам Германии. Си Цзиньпина, конечно, пока нельзя сравнить с Вильгельмом II, но «Бисмарком», противостоящим соблазнам, связанным с властью и престижем, его точно не назовешь. Обратной стороной этой «медали» является то, что Россия в Европе получит новое пространство для маневра. Так что Европа должна противопоставить Путину ядерные силы сдерживания и собственное превосходство в области искусственного интеллекта и в киберпространстве. На протяжении долгого времени действия Германии определялись способностью «канцлерин» оценивать ситуацию. Однако президент Франции, сделав стратегическое предложение России, которое объединило его с Трампом (со стороны Макрона это был просто блестящий реальнополитический расчет), положил конец «эпохе Меркель» в европейской политике. К наступающим временам, когда необходимо как-то ограничивать «выходящее из берегов» могущество Китая, граждане Германии не были подготовлены даже в малейшей степени. Германии пора, наконец, осознать, что мировая политика имеет стратегический характер.