СМИ

© РИА Новости, Анна Раткогло | Перейти в фотобанкСемь десятилетий коммунистического правления позволили КНР добиться заметных результатов, но цена оказалась ужасной, пишет The Guardian. КПК всегда занималась конструированием истории, сейчас это для нее особенно важно на фоне увеличения цены экономического роста, протестов в Гонконге и масштабного конфликта с США.70-годовщина со дня основания Китайской Народной Республики, которая будет отмечена проведением масштабного военного парада в самом центре Пекина, является не столько празднованием исторической даты, сколько политическим событием. Коммунистическая партия Китая (КПК) хорошо понимала силу истории с момента захвата власти в 1949 году: в свои самые первые годы она призывала граждан «помнить о прошлых невзгодах», чтобы Новый Китай представлялся в более радужном свете. Си Цзиньпин понимает важность истории лучше, чем любой другой китайский лидер после Мао Цзэдуна. Вскоре после прихода к власти он предупредил своих коллег о том, что «исторический нигилизм» является экзистенциальной угрозой правлению партии наравне с той, которая исходит от западной демократии. Танки, самолеты, солдаты и ракеты рассказывают историю: в 1949 году 17 находившихся в распоряжении Республики самолетов заставили пролететь дважды для усиления впечатления. На этот раз Запад будет внимательно наблюдать за тем, как Народно-освободительная армия Китая будет представлять свои новые ракеты, самолеты-невидимки и беспилотники. КНР пережила Советский Союз, своего большого брата, а также переросла западные экономики. Однако сегодня Китай сталкивается с новыми вызовами. Многие в Китае с благодарностью относятся к правлению Коммунистической партии. Уровень ее популярности может вызвать чувство зависти у многих демократических избранных правительств, и это происходит не только в результате колоссальной работы пропагандистского аппарата и цензуры. За последние 70 лет Китай добился выдающегося прогресса в области продолжительности жизни, распространения грамотности и повышения доходов — сотни миллионов людей уже не живут в бедности. Однако этих людей не просто вытащили из бедности — они своим трудом проложили этот путь. КПК отменила тиранию принудительных браков, но ввела официальную тиранию вместе с политикой одного ребенка в семье, и даже сегодня она еще продолжает следить за утробой китайских женщин. Цена прогресса оказалась ужасной и совершенно необязательной. Голод, вызванный политикой «Большого скачка» Мао Цзэдуна, унес жизни миллионов людей. Десятки миллионов подверглись травле в ходе Культурной революции. Но даже наиболее пострадавшие люди находят сегодня повод для празднования. Вместе с тем, многие в Китае возмущены, настроены цинично или испытывают отчаяние. Жестокость партийного государства является одновременно и масштабной, и мелочной. В Синьцзяне, судя по всему, 1,5 миллиона мусульман находятся в лагерях, которые Коммунистическая партия, пытаясь скрыть их суть, называет «центрами профессиональной подготовки». Недавно 6-летний мальчик был лишен возможности посещать школу, поскольку его отец попытался использовать существующий в Китае закон для обеспечения основных прав. Само обращение однопартийного государства к помпезности и величавости обладает одним весьма хрупким свойством. Попасть на военный парад можно только при наличии приглашения; жителям близлежащих домов приказано закрыть шторами свои окна. Сегодня полиция охраняет места проживания престарелых «матерей площади Тяньаньмэнь», потерявших своих детей в ходе жестокой расправы с участниками демонстраций в поддержку реформ в 1989 году. После этой кровавой бойни КПК удвоила ставку на «национальное образование», а также на конструирование истории, в которой центральное место занимает не классовая борьба, а окончание «национального унижения». Подобный нарратив становится все более важным на фоне увеличения цены экономического роста — разрушенные семьи, гротескная коррупция, неравенство и разрушение окружающей среды, — и в результате этот рост замедляется, а конфликт с Соединенными Штатам приобретает угрожающие масштабы. Тем временем в Гонконге огромная часть населения показала, что не все люди испытывают благодарность за правление партии-государства. Акции протеста продолжаются уже 17 недель, а реакция на них, в свою очередь, усилила поддержку нынешнего президента Тайваня Цай Инвэнь на предстоящих выборах, подрывая тем самым надежды Пекина. В сложившихся условиях Коммунистическая партия еще более настойчиво продвигает свое историческое послание, а происходит все это в тот момент, который значительно отличается от прошлого, но, тем не менее, содержит его явные отголоски. «Народный лидер» осуществляет надзор за увеличивающимися репрессиями, возрождением идеологии, а также все больше обращается к идее борьбы. Китай пытается вновь изменить международный порядок. Си Цзиньпин смотрит вперед в направлении 100-летней годовщины КНР, которая будет отмечаться через 30 лет. Возможно, в тот день будет излагаться уже другая история?