СМИ

© AFP 2018, Dominique FagetАвтор статьи считает, что, несмотря на то, что его партия уступила движению Марин Ле Пен, выборы в Европарламент стали для Эммануэля Макрона стратегическим успехом. По мнению автора, для этого есть четыре причины — он их называет и тщательно обосновывает. Насколько это соответствуют действительности, покажет время. Но уже сейчас ясно, что в его картине будущего нет места единству Европы.

Париж — Хотя, казалось бы, из финального подсчёта голосов можно сделать иной вывод, в реальности выборы в Европейский парламент стали стратегическим успехом для президента Франции Эммануэля Макрона. И для этого есть четыре причины.

Во-первых, Макрон успешно представил эти выборы как соперничество прогрессистов с популистами. Хотя во Франции в последние месяцы он подвергался резкой критике, в том числе теми, кто находится на его «стороне», стоит напомнить, что данная идея возникла не на пустом месте. Напротив, она возвращает нас к президентской кампании Макрона 2017 года, которая стала частью более широких радикальных политических перемен, прокатившихся по всей Европе. На тех выборах он сумел преодолеть традиционное разделение на левых и правых. Два года спустя всё это повторилось на выборах в Европарламент.

Исторически во французской политике доминировали республиканцы на правом фланге и социалисты — на левом. Но в совокупности эти две партии получили менее 15% голосов, в то время как партия Макрона «Республика, вперёд!» (La R?publique en Marche!) получила 22,4%, а крайне правая партия «Национальное объединение» (бывший Национальный фронт) собрала 23,3% голосов. За этими цифрами скрывается беспрецедентный крах традиционных французских правых, которые не сумели примирить политику идентичности с традиционным либерализмом. Хотя часть французских консерваторов перешла на сторону «Национального объединения», существенная доля правоцентристского электората стала тяготеть к партии Макрона, благодаря усилиям премьер-министра Эдуара Филиппа (бывшего республиканца).

Более того, большинство из тех, кто перешёл на сторону партии «Республика, вперёд!» — это пенсионеры, которых не смутило даже то, что по ним сильно ударили налоговые реформы Макрона (некоторые из них позднее были отменены). Можно сделать вывод, что рассуждения Макрона на тему «прогрессисты против популистов» помогли ремобилизовать проевропейский электорат во Франции (и, возможно, в Европе). Хотя «Национальное объединение» добилось хороших результатов, равно как и крайне правая итальянская партия «Лига», они не смогли устроить общеевропейское политическое землетрясение, которого многие ожидали.

Вторая причина, почему эти выборы стали победой для Макрона, заключается в том, что его партия сможет теперь претендовать на лидерство в ключевой центристской парламентской фракции, состоящей из 110 депутатов. Поскольку Европейская народная партия (EPP) и Прогрессивный альянс социалистов и демократов (S