СМИ

© РИА Новости, Алексей Никольский | Перейти в фотобанкКитай стал более уязвимым с точки зрения геополитических угроз. А торговая война между Вашингтоном и Пекином может существенно повлиять на такие чувствительные отрасли Китая, как сельское хозяйство и нефтехимия. В этой ситуации, полагает обозреватель, у Москвы появляется шанс использовать конфликт для утверждения себя в качестве надежного и даже незаменимого партнера Пекина.Несмотря на постепенное восстановление российской экономики на фоне роста цен на нефть, скорее всего, ее ориентация на Восток сохранится. Китай уже стал основным торговым партнером России, который смягчает негативное влияние геополитической неопределенности в отношениях России с Западом, а сейчас Кремль стремится утвердить себя в качестве незаменимого партнера для Пекина в условиях его торговой войны с Вашингтоном. Рост российской экономики в прошлом году достиг шестилетнего максимума, но, вопреки необходимости проведения эффективных структурных реформ и увеличения постоянно снижающихся доходов населения, неизменной остается экономическая модель, опирающаяся на экспорт углеводородов, которая, по сути, является палкой о двух концах. Менее подверженная потрясениям извне, Россия — привлекательный рынок для спекулянтов всех мастей. Другое ее преимущество — способность перенаправлять торговые потоки, в данном случае — в Китай. Два государства на сегодняшний день достигли наиболее тесного сотрудничества со времен советско-китайского раскола в начале 1960-х. С момента прихода к власти председатель КНР Си Цзиньпин посещал Москву с визитами чаще, чем любую другую столицу. В июне прошлого года он наградил президента России Владимира Путина первой в истории Китая медалью дружбы, назвав его «лучшим и самым близким другом». Двусторонняя торговля между странами выросла с 69,6 миллиарда долларов в 2016 году до 107,1 миллиарда долларов в прошлом году. Китай — крупнейший партнер России, как по экспорту, так и по импорту. Москва также стала крупнейшим поставщиком сырой нефти и планирует ежегодно поставлять 38 миллиардов кубометров газа в течение 30 лет по трубопроводу «Сила Сибири» в рамках соглашения на сумму 400 миллиардов долларов. СИБУР, крупнейшая нефтехимическая компания в России, также определяет рынок Китая в качестве приоритетного с целью увеличения объемов реализации полимерной продукции. Производственный комплекс компании в Западной Сибири стоимостью около 9 миллиардов долларов скоро станет одним из пяти крупнейших нефтехимических заводов в мире, а еще один крупный газохимический комплекс вот-вот появится на границе с Китаем на Дальнем Востоке. Хотя трудно недооценить важность Китая для финансовой и экономической стабильности России как идеального торгового партнера в обстановке, сложившейся после крымского кризиса, тем не менее, в сотрудничестве двух стран продолжает усиливаться асимметрия. Несмотря на укрепление связей между двумя странами, Россия не входит в первую десятку по импорту и занимает только 10-е место в структуре экспорта Китая. Более трех четвертей российского экспорта — сырье, в то время как Китай в Россию поставляет электронику и различные потребительские товары. Многие в Кремле обеспокоены такой тенденцией, так как Россия, в отличие от других партнеров Пекина, скорее выглядит как сырьевой придаток. Статистика, похоже, подтверждает эту обеспокоенность. Несмотря на то, что Китай остается третьим по величине мировым источником прямых иностранных инвестиций, объем которых в 2017 году составил 124,6 миллиарда долларов, Центральный банк России заявил, что прямые иностранные инвестиции Пекина в российскую экономику с 2011 по 2017 год были немногим выше 16 миллиардов долларов. Несмотря на тесные политические связи, Китай по-прежнему крайне осторожно относится к российской экономике и инвестирует в основном в минеральное сырье и энергетику. Несмотря на то, что пропускная способность трубопровода «Сила Сибири» составляет 38 миллиардов кубометров в год, Китай уже импортирует более 90 миллиардов кубометров в год, причем большая часть сжиженного природного газа поступает из Австралии, стран АСЕАН и Катара. Таким образом, при экспорте энергоносителей для Китая России не удастся стать монополистом, её поставки интегрированы в общую сеть поставок в соответствии с проводимой Китаем политикой диверсификации. Многим в Москве такое неравенство в отношениях кажется несправедливым, но нет худа без добра: развивающийся торговый конфликт между США и Китаем может сыграть на руку России в ее стремлении утвердить себя в качестве более надежного, и даже незаменимого партнера. Несмотря на существенное преимущество, которое Китай получил от быстрой экспансии и тесной интеграции в мировые торговые структуры, Пекин также стал более уязвимым для геополитических угроз. Торговая война может существенно повлиять на такие чувствительные отрасли, как сельское хозяйство и нефтехимия, а Россия может выступить в качестве естественного хеджирования. Потенциальные кризисные ситуации, вызванные эскалацией торговой войны, введением новых тарифов или непосредственно напряженностью из-за растущего военного присутствия Китая в нейтральных водах, могут нанести серьезный и длительный экономический ущерб. Торговая война может существенно повлиять на такие чувствительные отрасли, как сельское хозяйство и нефтехимия, а Россия может выступить в качестве естественного хеджирования. Для торговой и энергетической стратегии Пекина наличие надежного поставщика, способного держать удар во времена международной конфронтации, может иметь решающее значение. Например, Аденский залив и Малаккский пролив являются одними из основных международных торговых путей, имеющих решающее значение для безопасности Китая, однако они же чрезвычайно уязвимы. В то же время российский экспорт не нужно отправлять по морю, и в случае возникновения кризисных ситуаций его ценность трудно переоценить. Пекину также ближе русский стиль политического руководства. Таким образом, проще и надежнее представляется ведение бизнеса и согласование поставок с государственными корпорациями, такими как Газпром или частной компанией СИБУР, 10% акций которой принадлежит китайской корпорации Sinopec, а еще 10% — фонду «Шелкового пути». Поскольку торговые войны и тарифы, по-видимому, стали новыми реалиями мировой торговли, с большой долей вероятности надежная поддержка в трудные времена сведет на нет существующую асимметрию в отношениях между Москвой и Пекином. Несмотря на то, что зависимость России от Китая растет, за счет углубления политических связей и малой вероятности масштабных кризисов наподобие китайско-советского раскола, у Москвы есть все основания рассчитывать на то, что надежность и географическая близость станут ее основным козырем и сработают на укрепление экономических отношений. Дмитрий Фроловский — политолог и независимый журналист. Он выступает консультантом по политике и стратегии и является автором статей о внешней политике России.