СМИ

Дмитрий Лекух «До нынешнего времени ЕС «обходился без русской энергии» исключительно из-за накопленного предыдущими поколениями запаса прочности. В качестве грустной шутки: в той же Германии, к примеру, даже среди автоконцернов есть ещё на чём экономить и кого закрывать. Но и запас прочности в энергетике, и свободные финансовые ресурсы для того, чтобы компенсировать потери и затыкать дыры, тоже неизбежно подходят к своему концу». Очень не хочется начинать серьёзный разговор с банальных сентенций, но тут без них, кажется, не обойдёшься: любой процесс рано или поздно начинается и рано или поздно заканчивается. И мы сейчас даже не о стремительно сокращающихся запасах газа в европейских ПХГ, это всего лишь симптом, хоть и симптом для европейской энергетики в частности и для экономики в целом, мягко говоря, весьма тревожный. И даже не о сформировавшейся на Европейском субконтиненте в последние годы привычке к мягким зимам: все же были уверены, что и в этом году погода будет благоприятствовать брюссельскому энергосбережению. Мы сейчас скорее о внезапно ставшей удивительно хрупкой архитектуре европейской безопасности, в том числе разбираемой нами сейчас проблеме безопасности энергетической. Которая была когда-то построена поколениями граждан национальных государств весьма надёжно и фундаментально и которая сейчас общеевропейскими политиками катастрофически разрушается. Да такими ударными темпами, что уже на повестке дня стоит не вопрос «рванёт ли рано или поздно в Европе», а «когда рванёт» и «куда отойти, чтобы случайно не обляпало». И вот здесь (иногда приходят в голову и такие мысли) уже, может, имеет смысл задуматься о каком-нибудь хотя бы экономическом железном занавесе уже и с нашей стороны. Потому как не задеть нас вообще потенциальный европейский раскрадаш совершенно точно не сможет: слишком долго мы в это светлое европейское будущее, теряя собственное прошлое, шли. Слишком тесно переплетены исторические судьбы, слишком тесно взаимодействие в экономике, слишком глубоко взаимопроникновение европейских и наших элит. Впрочем, давайте сначала о симптомах. Как следует из официальных данных Gas Infrastructure Europe, уровень заполненности подземных хранилищ газа в Германии и во Франции на 9 января опустился ниже 50%: в Германии он составляет 48,2%, во Франции — 49,2%. В целом в ПХГ Европы на день поступления последних данных находилось 56,3 млрд куб. м газа, что составляет 55,5% от общего объёма хранилищ и на 12,6 млрд куб. м меньше уровня 2025 года. Но здесь интересно даже не это, здесь интересна динамика: суммарный суточный отбор газа из европейских ПХГ впервые за долгое время приблизился к 1 млрд куб. м, судя по данным всё тех же статистиков GIE. А общий объём изъятий с начала месяца и вовсе грозит стать рекордным. Причём причина предельно банальна: удивительно, но это не «злокозненная рука Москвы» виновата или ещё более злокозненный заокеанский империалист и популист Дональд Ф. Трамп. Официальное разъяснение: это просто в Европе немного похолодало. По нашим, российским меркам, кстати, похолодало вовсе не значительно: в Берлине днём чуть ниже нуля, ночами иногда до -10 °C, в Париже так и вовсе плюсовые температуры. И тем не менее, согласно официальной версии, именно из-за этих «морозов» газ из ПХГ начали выкачивать с такой пугающей скоростью. Запасы тают стремительно, и чем их меньше, тем сложнее технически выкачать остатки: давление падает, затраты растут. К тому же опустошить хранилище до нуля технологически невозможно: часть газа (так называемый технический остаток) всегда должна оставаться в ПХГ. А до конца отопительного сезона ещё почти два месяца. Соответственно, первые неприятности чисто математически могут начаться уже этой весной. Хотя этот-то сезон европейским энергетикам ещё, скорее всего, удастся как-нибудь отпетлять. При этом просто напомним, что газ в ПХГ — это скорее такой НЗ. Неприкосновенный запас. И даже если физической катастрофы, скорее всего, этой весной удастся как-то избежать, хранилища всё равно гарантированно опустеют. А значит, летом их придётся истерически заполнять, что будет выглядеть особенно занимательно, если учесть, что даже в прошлом, куда более благоприятном сезоне той же Германии не удалось достичь установленного самими европейцами норматива в 90%. А значит, эти проблемы — уже в хроническом виде — перейдут и в следующий сезон. Собственно говоря, тут всё просто. Помните, как нам много раз тыкали, что как-то ЕС обходится без российского трубопроводного газа? И типа поэтому в будущем легко обойдётся и без российского СПГ. Вот только есть проблема, о которой как о неприятной банальности мы писали в начале этого материла: до нынешнего времени ЕС «обходился без русской энергии» исключительно из-за накопленного предыдущими поколениями запаса прочности. В качестве грустной шутки: в той же Германии, к примеру, даже среди автоконцернов есть ещё на чём экономить и кого закрывать. Но и «запас прочности» в энергетике, и свободные финансовые ресурсы для того, чтобы компенсировать потери и затыкать дыры, тоже неизбежно подходят к своему концу. И уже совсем не гипотетическому. А уж когда конкретно эта закономерно становящаяся чрезмерно хрупкой система рассыпется — в этом году, или в следующем, или даже через год, — это скромной и ироничной девушке истории, в общем-то, всё равно. Финал пьесы известен, а что там напридумывают в середине сценария смешные и не очень актёры этого погорелого театра — это уже так, частности. Исторические анекдоты, если хотите. Был в ХIХ веке такой жанр в европейской беллетристике — и к нам тоже проник. Правда, вот этот вот анекдот, опасаемся, может оказаться совсем даже не смешным. И по крайней мере, дистанцироваться — хотя бы экономически и культурно — от этой токсичной конструкции необходимо как можно скорей. А вот европейским интеллектуалам стоило бы вспомнить хотя бы о своей собственной классике: в конце концов, «Шагреневую кожу» написал не какой-то «сумасшедший русский Достоевский», а вполне респектабельный и рациональный французский буржуазный романист Оноре де Бальзак.