СМИ

© AP Photo, Ukrainian Presidential Press Office via APПохоже, что Киев допускает отказ от Минских соглашений. Об этом свидетельствует то, что Украина вернулась к риторике Порошенко и выставляет России и Донбассу заведомо неприемлемые условия, пишет автор. Ситуация выглядит как сознательный срыв переговорного процесса. В этих условиях не исключена дальнейшая эскалация насилия в Донбассе после провала переговоров.В среду в Минске состоялось заседание трехсторонней контактной группы. Оно было в каком-то смысле судьбоносным. На нем решалось — будет ли встреча Путина и Зеленского в нормандском формате. Условием такой встречи Москва ставила подписание «формулы Штайнмайера» — алгоритма действий, по которому Донбассу предоставляется особый статус сразу после выборов на неподконтрольных территориях. Однако Киев еще накануне давал понять, что на формулу не согласен. А перед выборами требует сначала вывести войска из «ЛДНР» и отдать границу. То есть по сути вернулся к «формуле Порошенко» — изначально неприемлемой для РФ, поскольку она означает добровольную капитуляцию «республик». В итоге подписание «формулы Штайнмайера» закономерно сорвалось. А следовательно резко снизилась и вероятность встречи «нормандской четверки» в обозримом будущем. «Страна» анализировала заявления сторон после встречи и что будет теперь с миром на Донбассе. Версия России Еще днем начали появляться первые заявления сторон о том, что произошло в Минске. Первой отметилась Россия. Российский политолог Алексей Чеснаков, который входит в окружение помощника президента РФ Владислава Суркова, по результатам встречи в Минске однозначно заявил, что Украина не утвердила «формулу Штайнмайера». По его словам, решение сводит на нет вероятность первой встречи президентов Украины и РФ в октябре на саммите в нормандском формате. Позиция украинской стороны, по мнению Чеснакова, перечеркивает достигнутые договоренности на встрече политсоветников двух государств 2 сентября в Берлине. Он пишет, что действия вызвали сомнения у российской стороны насчет способности Украины к переговорам. Чеснаков намекает, что решение Украины было заранее оговорено с американской стороной и касалось нюансов миротворческой миссии. «Украина может сколько угодно вновь и вновь возвращаться к вопросу о миротворцах. Однако это контрпродуктивно: а) это противоречит Минским соглашениям; б) для этого нет ни политического решения Совбеза, ни соответствующих ресурсов ООН», — написал в своем Telegram-канале Чеснаков. А разногласия министра иностранных дел Украины Вадима Пристайко, который ранее заявлял, что Украина еще 2 сентября согласилась на формулу Штайнмайера, с участником переговоров Леонидом Кучмой, который на пресс-конференции в Минске отрицал такое согласие, и вовсе назвал «игрой в злого и доброго партнера по переговорам». Позже полпред РФ контактной группе по Украине Борис Грызлов заявил, что Киев сорвал договоренности: «Киев на встрече контактной группы отказался подписать формулу Штайнмайера и согласовать порядок закрепления особого статуса Донбасса», — отметил он в интервью РИА Новости. По словам Грызлова, решение поставило под угрозу саммит нормандской четверки, сорвав выполнение предыдущих договоренностей, а «Киев теряет возможности для улучшения ситуации на Донбассе, появившиеся после избрания Зеленского и новой Рады». Позже в «ЛНР» и «ДНР» повторили позицию РФ и заявили, что теперь разведение сил на Донбассе под вопросом. Что заявили в Украине Вечером появилось официальное заявление Киева по итогам переговоров. Там в целом подтвердили сказанное в Москве. Сделав даже обнадеживающую ремарку: «Украинская сторона не имеет принципиальных возражений по существу т.н. формулы Штайнмайера о местных выборах». При этом назвали шесть условий для своего согласия. Это: полное прекращение огня; обеспечение эффективного мониторинга СММ ОБСЕ на всей территории Украины (то есть с покрытием «ЛДНР»); вывод с территории Украины вооруженных формирований иностранных войск и военной техники; разведение сил и средств вдоль всей линии соприкосновения; обеспечение работы ЦИК Украины, украинских политических партий, СМИ и иностранных наблюдателей; установление контроля над неподконтрольным Украине участком украинско-российской границы. Также украинская сторона подтвердила готовность к разведению сил и средств в районе Золотого и Петровского. «Зато российская сторона заблокировала определения возможной даты разведения. Такая позиция ставит под угрозу ситуацию с безопасностью на этих участках», — отметили в Киеве. Это важное заявление, которое означает, что разведение войск скорее всего тоже сорвется. При этом «достигнут значительный прогресс по взаимному одновременного освобождения удерживаемых лиц». А также — обсуждался ход восстановления моста в Станице Луганской. Что означает провал переговоров Как уже говорилось, Украина окончательно вернулась к риторике Петра Порошенко и выставляет РФ и сепаратистам заведомо неприемлемые условия — «сдайте территорию, а уж потом выборы». Киев не может не понимать, что на это никто не пойдет — поэтому пока ситуация выглядит как сознательный слив переговорного процесса. Интересно в этом ключе заявление главы МИД Вадима Пристайко. Он сказал, что еще 2 сентября согласился на «формулу Штайнмайера», встречаясь на подготовительном собрании в нормандском формате. После этого произошел обмен заключенными, на который РФ пошла, явно имея в виду согласие Украины на главный пункт сделки — формулу по выборам на Донбассе. А когда обменялись, что украинская власть представила как свою грандиозную победу, то у Зеленского резко сдали назад. Еще с прошлой субботы украинские власти, подключив для уверенности американцев, начали заявлять о том, что выборы состоятся только после капитуляции России на Донбассе. То есть — в обозримом будущем выборы не состоятся вообще. Вероятно, именно это имеют в виду россияне, когда говорят, что украинская сторона отказалась от прежних договоренностей. А это сразу ставит вопрос и об обстрелах. Разведение войск может происходить, только если есть политический вариант урегулирования конфликта. Если непонятно, как будут жить Украина и Донбасс после войны — то закончить саму войну вряд ли удастся. И на это послевоенное устройство пока у сторон диаметрально противоположные взгляды. Россия и сепаратисты видят Донбасс как автономное образование в правовом поле Украины, с широкими полномочиями по культуре, языку и безопасности, которые будут зафиксированы в украинской конституции. Киев это видит как обычный регион, возможно, с временным особым статусом, который легко отменяется непродлением или отменой соответствующего закона. Здесь стоит отметить, что именно вариант РФ прописан в Минских соглашениях, которые являются международными обязательствами Украины. Интересно, что Вадим Пристайко допустил вариант отмены этих соглашений. Он заявил, что если они не сработают, Киев будет настаивать на вводе миротворцев. Идея с «голубыми касками» выглядит утопической по множеству причин (как минимум потому, что ее заблокирует Россия в ООН) и вызвана скорее всего отсутствием более релистичных проектов. Однако важен сам факт: Украина допускает уже официальный отказ от Минска-2. В этих условиях не исключена и дальнейшая эскалация насилия на Донбассе после провала переговоров. И об этих угрозах уже заявили в ОБСЕ. Осталось понять, как отреагирует Франция и Германия на разворот позиции Зеленского в сторону фактического отказа от выполнения политической части Минских соглашений. Ведь именно с персоной Зе Евросоюз связывал надежды на окончание пятилетней войны в Европе. А теперь эти надежды начинают рушиться.