СМИ

© РИА Новости, Стрингер | Перейти в фотобанкАвтор западноукраинского издания комментирует предложение министра обороны страны отменить срочную службу в армии. Переход на полностью контрактную армию, считает он, приведет к значительному увеличению расходов. А на это средств у Украины нет.Десятого ноября министр обороны Украины Андрей Загороднюк во время своего интервью в прямом эфире выпуска программы «ТСН. Тиждень» поведал аудитории, что позиция государства и его персональная цель — это отменить призыв в армию. Группа подготовленных бойцов сил специальных операций может за один рейд уничтожить несколько единиц техники общей стоимостью на миллионы долларов. Таких рейдов может проводиться много, а цена подготовки группы будет значительно ниже, чем изготовление одного танка. Поэтому для увеличения обороноспособности выучка личного состава не менее важна, чем производство танков или БТР. Это относится к особенностям нашей страны, которая не имеет финансовых ресурсов для крупных поставок техники в ВСУ. Для нас особенно важно иметь профессиональные и подготовленные кадры. И это не ограничивается бойцами спецназа. Ведь умение эффективно вести бой нельзя выработать за неделю, а военной дисциплине не научиться за месяц. Во время двух последних избирательных кампаний все кандидаты и партии наперебой предлагали нам различные системы организации обороны и призыва. Однако нигде не было конкретики. Все сводилось к нескольким популистским тезисам: строительство армии по стандартам НАТО, создание таких вооруженных сил, как в Израиле. введение швейцарской модели. Однако никто не говорил о деталях, а все объяснения были обтекаемые и общие. Не стала исключением и партия «Слуга народа». В их программе также предусматривается реформирование армии по стандартам НАТО, ставится вопрос об уменьшении оттока ценных кадров из армии, внедрении системы обучения и переподготовки солдат и офицеров. И, конечно, имеется упоминание о борьбе с коррупцией в армии. Но совсем не затрагивается тема отмены срочной службы или введение только контрактной армии. Десятого ноября министр обороны Украины Андрей Загороднюк во время своего интервью в прямом эфире выпуска программы «ТСН. Тиждень» поведал аудитории, что позиция государства и его персональная цель — это отменить призыв в армию. «Это не произойдет быстро и это не будет в течение года. Каждый военнослужащий должен знать свое место, у него должна быть целенаправленная военная карьера, защищены все права, возможность честной конкуренции при отборе, мы должны конкурировать за лучших людей в нашей армии. Наличие высококачественной техника, конечно, должно быть частью наших возможностей», — рассказал министр. Но ситуация была совсем иной еще три месяца назад. В августе народный депутат от партии «Слуга народа» Анна Коваленко в интервью LB.ua рассказывала, что на Украине будет действовать смешанная система комплектования армии, а обязательный призыв в армию останется. Что изменилось за это время? Ответ довольно прост — продолжается осенний призыв на срочную службу. Каждый день можно услышать историю о «плохих» работниках военкомата, которые силой «забирают ребенка воевать». Вероятнее всего, социологические опросы, проводимые командой президента, показали существование запроса общества на отмену обязательного призыва в армию. Поэтому выступление министра должно было дать положительный результат в качестве инструмента для снятия этого напряжения. Но возникает вопрос: это заявление сделано с целью просто снять напряжение? Или это новая политика, которую будет реализовывать министерство? Сказать, что коммуникация от команды президента и Кабинета министров нуждается в совершенствовании, это не сказать ничего. Делать такие информационные вбросы — это не только выдвигать трудно выполнимые задачи, но и откровенно обманывать людей. Почему срочная служба так важна для нас? Да потому что боеспособность армии любой страны оценивается не только по количеству техники или профессиональных военных, но и наличием резерва. Одно дело — иметь профессиональную армию в мирное время, которая будет привлекаться к учениям и время от времени на миротворческие миссии. Другое — когда это воюющая страна да еще с постоянной угрозой масштабного военного столкновения с Россией. Проблемой всех волн мобилизации, которые были в 2014 — 2015 годах, являлось отсутствие подготовленного резерва. Да, мы мобилизовали десятки тысяч людей. Но значительная часть из них не служила в армии, офицеры приходили после университетских кафедр, а те люди, которые имели опыт военной службы, по десять, двадцать лет не держали оружия в руках. Призыв на срочную службу — это систематическое пополнение резерва на случай войны и приобретение навыков военной службы. Оппоненты скажут, что срочная служба — это зря потерянное время и там ничему не учат. Однако в то же время распространяют видео выступления американского солдата, который рассказывает, что дисциплина и порядок начинаются с застеленной кровати. Срочная служба не должна быть веселой, приключенческой или увлекательной. Это обучение дисциплине, понимание организации службы, обучение обращению с оружием и психологическая тренировка («издевательство»). Люди учатся жить в ограниченном пространстве, большой группой с одинаковой картинкой каждый день. Отказ от срочной службы должен повлечь за собой значительное увеличение количества контрактников и обслуживающего персонала. Однако сейчас существует много вакансий в каждом подразделении. Откуда брать резерв для увеличения профессиональной армии — неизвестно. Предполагать, что работники СБУ, прокуратуры или налоговой после их потенциального сокращения пойдут в ВСУ или НГУ — это обманывать себя. Также денежное и материальное обеспечение военнослужащего срочной и контрактной службы не соизмеримо. Переход на полностью контрактную армию приведет к значительному увеличению расходов. Но средств на это нет. Еще нужно увеличивать обеспечение нынешним военнослужащим, чтобы остановить утечку кадров и привлечь новые. Поэтому министерству лучше сосредоточиться на остановке оттока ценных кадров из армии, внедрению системы обучения и переобучения солдат и офицеров, о которых говорилось в программе партии. Также понятно, что отмена срочной службы было одним из популистских вопросов на всех выборах в течение последних двадцати лет. Но проблема не в самой службе, а в том, какие условия создаются для солдат, и как это обнародует министерство. Однако даже во время войны министерство не сумело провести хотя бы одну более-менее адекватную информационную кампанию, чтобы объяснить преимущества и возможности службы. Или превратить восприятие службы в «достойный поступок». Если мы говорим о стандартах НАТО, то нужно брать пример с их рекрутинговых центров. В США военкомы не бегают по квартирам и не ловят призывников. Им просто не нужно этого делать — у них есть рекрутеры, которые успешно привлекают новобранцев. И это должно стать одной из задач министерства — научиться привлекать новичков. Когда будут заполнены все вакансии в Вооруженных силах, тогда можно будет думать о сокращении военнослужащих срочной службы и увеличение контрактников. А параллельно разрабатывать систему тренировок населения, проведение эффективных сборов резерва и обучение большого количества людей пользованию оружием с целью внесения их в состав резерва. Пока министерство не решит вопрос комплектации нынешних частей и увеличение денежного и материального обеспечения, все заявления о переходе к профессиональной армии и отмене срочной службы будут выглядеть популизмом. Нельзя во время войны думать о сокращении резерва. Нужно строить механизмы его эффективного увеличения.