СМИ

© CC BY-SA 2.0, NATO North Atlantic Treaty Organization | Перейти в фотобанкАвтор начинает статью с традиционных западных мантр о якобы существующей пресловутой российской военной угрозе, пугая читателей ростом военной мощи Москвы. Однако на деле выясняется, что он просто выполняет заказ тех политических сил в Швеции, которые стремятся увеличить расходы на оборону и вступить в НАТО. Не засните снова. Этими словами Гудрун Перссон (Gudrun Persson), эксперт по России из Института тотальной обороны завершила в среду семинар, на котором был представлен доклад «Российский военный потенциал в десятилетней перспективе» (Rysk milit?r f?rm?ga i ett tio?rsperspektiv). Ее призыв в высшей степени разумен. В докладе Института тотальной обороны констатируется, что амбиции России в области политики безопасности уже некоторое время остаются неизменными: она хочет быть великой державой, которая формирует свою сферу интересов и диктует условия другим странам на территориях вокруг себя. А вот что изменилось, так это ее способность с помощью военных рычагов воплощать амбиции в реальность. После распада Советского Союза и коллапса российской экономики в 1990-х годах потенциал России резко упал. С тех пор, как Владимир Путин на стыке веков пришел к власти, в числе его главных целей было создание вооруженных сил, соответствующих амбициям страны в области политики безопасности. Война против Грузии в 2008 году стала уроком для Кремля. Конечно, Россия одержала победу, но вовсе не из-за мастерства своих военных, а просто благодаря величине страны. С тех пор Путин вкладывал большие суммы в модернизацию вооруженных сил: солдаты повышали квалификацию, амуницию совершенствовали, учения проводили все чаще и делали их все масштабнее. И незаконная аннексия Крыма, и интервенция в Сирию во спасение палача Асада, показали, что теперь российские военные в состоянии проводить операции, необходимые для достижения своих целей в соседних регионах. Исследователи Института тотальной обороны полагают, что в ближайшие десять лет Россия еще укрепит свой новый военный потенциал. Ее способность к активным действиям, в особенности вдоль западных границ, будет продолжать расти. Они также утверждают, что действия Москвы очень часто непредсказуемы. Отчасти это связано с тем, что из-за закрытости авторитарного режима его поведение трудно толковать. Но кроме того, растущая военная сила еще не означает всемогущества. Дело в том, что с США и НАТО российские вооруженные силы все еще не выдерживают никакого сравнения. Поэтому Путин часто действует оппортунистически: куда и когда он нанесет удар, зависит от появившихся в тот или иной момент возможностей. И в Сирии, и на Украине Россия увидела шанс заполнить вакуум, оставшийся после западных стран. С одной стороны, это значит, что, когда речь идет о Путине, никогда нельзя терять бдительности. С другой стороны — что его можно держать на расстоянии, если хорошо заботиться об обороне. Война в Грузии заставила Москву задуматься и привела к значительной модернизации вооруженных сил России. Извлечь из нее урок следовало бы и Стокгольму. Тем не менее лишь аннексия Крыма в 2014 году вынудила шведских политиков по-настоящему проснуться и начать запоздало вооружать своих военных. Также мы стали заполнять пустоты, которые когда-то были оставлены в нашей обороне и которые лучше всего символизировал беззащитный Готланд. Несмотря на то, что в комитете по обороне до сих пор идут споры, социал-демократы и партии Альянса, наконец, достигли довольно устойчивого согласия в том, что нам нужно больше солдат, военных кораблей и истребителей. Также все поддерживают идею, что ради нашей безопасности мы должны сотрудничать с США, несмотря на непредсказуемость нынешнего американского президента. А вот что шведские политики — в особенности социал-демократы — никак не желают осознать, так это то, что все это лучше делать, будучи членом НАТО.