СМИ

© РИА Новости, Евгений Биятов | Перейти в фотобанкВ интервью «Зюддойче цайтунг» экономист Наталья Акиндинова рассуждает о парадоксах российской экономической политики. По ее словам, у россиян достаточно причин для разочарований, ведь реальные доходы населения падают с 2014 года. Однако экономика, несмотря на большие проблемы, достаточно стабильна. Во имя развития эксперт призывает первым делом провести судебную реформу.Офис Натальи Акиндиновой расположен в Москве рядом с министерством торговли, недалеко от Кремля, в старинном здании с университетской атмосферой. Приемная, заполненный письменный стол. Экономист отмечает, что в интервью она представляет свое собственное мнение, а не мнение ее работодателя. Наталья Акиндинова является руководителем центра «Институт развития» в Высшей школе экономики. Она анализирует состояние российской экономики — его никак нельзя назвать хорошим. Расхлебывать это приходится людям, у которых из-за более высоких налогов, более позднего выхода на пенсию, слабого рубля и плохой работы все меньше возможностей что-то позволить себе. Экономист объясняет, почему это не создает сложностей для правительства, а также рассказывает о других парадоксах российской экономической политики. Зюддойче: Настроения в России меняются, люди все больше недовольны правительством. Это оправдано? Наталья Акиндинова: Это так. У россиян есть причины для разочарования. Реальные доходы населения падают с 2014 года. Проблема в том, что все меньше людей работают в крупных компаниях с хорошей зарплатой. Все больше людей работают в небольших предприятиях, являются самозанятыми или работают с «черной» зарплатой. У них остается все меньше денег. Они чувствуют, что экономика находится в состоянии застоя. — Почему нет хорошей работы? — Состояние частного сектора экономики ухудшается. Внутренний спрос слишком небольшой, на международном рынке российские продукты редко являются конкурентоспособными. Наша структура экспорта очень ограничена, к тому же еще и санкции. У Европы и США более высокие требования относительно того, как должны вестись компании, банки проверяют происхождение средств, происходит обмен налоговой информацией. В России правовые органы злоупотребляют своей властью. Уголовное преследование используется для того чтобы разрешить деловые конфликты. Это отпугивает инвесторов. — Раньше было лучше? — Возможно, когда президентом был Дмитрий Медведев, с 2008 по 2012 год, хотя на начало этого периода пришелся экономический кризис. Многие эксперты предлагали тогда провести либеральные реформы. Общество было более свободным. Была открытая критика структур власти, и не было негативных последствий. Даже говорили об изменениях политической системы, о том, что политическая конкуренция должна стать реальной. — Но Медведев не стал вновь баллотироваться, и Путин снова стал президентом. — После выборов в Госдуму в декабре 2011 года были протесты, потому что наблюдатели выявили нарушения. Но после инаугурации Путина участники демонстраций подверглись преследованиям, многие оказались в тюрьме. Стало понятно, что такая политическая деятельность в России теперь опасна. Вначале преследовалась свобода в политической области, а затем и в экономике. — Где это ощущается? — Ужесточения и запреты есть во всех сферах. Сейчас власти пытаются регулировать интернет. Людей наказывают за репосты и нежелательные высказывания в сети. Поэтому появилась идея создания изолированного российского интернета. И это тоже вредит экономике. Хотя в экономическом блоке правительства и существует прогрессивная группа, которая пытается развивать малый и средний бизнес. Однако побороть сопротивление консервативной бюрократии сложно. — Есть ли еще либералы в правительстве? — В России есть либералы, но они не занимают посты в правительстве. Интересный случай — Алексей Кудрин, который во время правления Медведева вынужден был покинуть правительство. Сейчас он руководит Счетной палатой. Он говорит о вреде санкций для экономики, что не всегда нравится. Он открыто говорит, что нам нужны хорошие отношения с Западом. Кудрин занимает позицию официального критика власти. Но он мало на что может повлиять. — И все же ему разрешено то, что нельзя многим — критиковать Владимира Путина. — Он исключение, которое подтверждает правило. Будучи министром финансов, он при помощи стабилизационного фонда способствовал тому, чтобы Россия относительно успешно преодолела кризисы 2008 и 2014 годов. В противном случае санкции и падение цен на нефть могли бы поставить под угрозу власть Путина. Кудрин оказал Путину неоценимую услугу, с этим связано доверие Путина к нему. — Путин обещал выделить большие средства на многие социальные сферы. Это подарки для избирателей, чтобы предотвратить протесты? — То, что обещал Путин в своем ежегодном послании, не слишком дорогостоящие меры. Люди Путина обеспокоены, поскольку падает его популярность и снижается доверие населения. Но то, что он обещал, поможет лишь очень маленькому кругу. Избиратели это понимают, и это несущественно улучшило рейтинг Путина. — Как долго еще люди будут терпеть политику Путина? — Протесты требуют высокого уровня самоорганизации и солидарности. Для России сегодня это нехарактерно. Даже трагедия в Кемерово в 2018 году не привела к протестам. Из-за коррупции и ошибок властей и пожарных служб сгорел торговый центр. Погибло много людей, детей. Не было восстания. — Почему? — Не было готовности заниматься проблемами. Вместе с тем, людей нельзя упрекать в том, что они не выходят на улицы. Все намеки на то, что организуются группы и могут представляться интересы людей, жестко подавляются. — А если ситуация ухудшится? — Экономика, несмотря на большие проблемы, достаточно стабильная. Россия за счет фонда более-менее застрахована и от снижения цен на нефть. Есть реальные деньги, и нет долгов, положение дел можно спасти через определенное время. — У людей дела идут плохо, а у государства хорошо? — Основу составляет топливный сектор, он обеспечивает стабильность госказны. Большую роль также играют крупные предприятия, которые существуют с советских времен, в машиностроении, военной и химической промышленности, в металлообрабатывающей отрасли, на инфраструктурных предприятиях. Зачастую это монополии, они получают госзаказы. Решения этих компаний контролирует правительство. Весомые российские олигархи получают место за столом. Это делает большую часть экономики стабильной и легко управляемой. — Где должны начаться реформы, чтобы улучшить ситуацию для всех людей? — В правовых органах. Сегодня уголовные дела возбуждаются за деньги и закрываются за деньги. Таким образом можно навредить неугодным конкурентам. Это бизнес. Нельзя сказать, что суды и прокуроры не выполняют свои официальные функции. Но во многом они являются коррумпированными. Люди боятся, что у них все заберут, и они окажутся за решеткой. Это сильно ограничивает экономику. Я не знаю, как, но изменить это было бы самым важным.