СМИ

Отношение к истории многое говорит и о настоящем. Вот почему интересно проследить, как в России за последние десять лет изменилось отношение к пакту Молотова-Риббентропа и к падению Берлинской стены, пишет «Франкфуртер альгемайне» и пытается доказать, что Россия радикализовалась. То, как люди относятся к истории, многое говорит об их настоящем. В этом плане интересно проследить, как в России за последние десять лет изменилось отношение к пакту Молотова-Риббентропа 1939 года и к падению Берлинской стены в 1989 году. На этих примерах видно, как радикализировалась российская внешняя политика. В 2009 году нынешний премьер-министр Дмитрий Медведев был президентом, «придерживая» этот пост для Путина. 9 ноября того года он вместе с последним президентом СССР Михаилом Горбачевым был гостем Праздника свободы в Берлине. Медведев хвалил тогда «мирное воссоединение Германии», которое принесло Европе «свободу и прогресс», и отметил роль, которую двадцатью годами ранее сыграло советское руководство. Путин по этому поводу в 2009 году тоже высказывался вполне позитивно: что касается «наших интересов» в процессе воссоединения Германии, то, «возможно, надо было кое-что сделать иначе», сказал он в телефильме «Стена», но «главным плюсом», по его словам, стало «чувство доверия и благодарности» в отношениях России и Германии. Расширение НАТО на территорию стран Восточной и Центральной Европы за несколько лет до этого никак не омрачало гармонию в ходе празднеств. Однако теперь Москва в своей трактовке истории выносит на первый план обвинения в адрес НАТО, которая нарушила обещание, якобы данное во времена падения Берлинской стены, хотя все участники тех событий, в том числе и Горбачев, это отрицали. Под впечатлением от событий в арабских странах после 2011 года, а также от протестов в России против подтасовки результатов выборов и его возвращения на пост президента в 2011 и 2012 годах Путин сделал центральным элементом своей политики защиту от якобы начатой Западом волны «цветных революций». На прозападную смену власти в Киеве в 2014 году он отреагировал агрессией против Украины, а во внутренней политике — кампанией против оппозиции, которую обвинили в том, что ее представители являются «западными агентами». Под влиянием этой политики изменилось и отношение россиян к прошлому. Хотя Путин исправно поздравляет каждый год немецкое руководство с очередной годовщиной воссоединения Германии, в вышедшем на государственном телевидении фильме «Миропорядок 2018» он выразил сожаление по поводу вывода войск из объединенной Германии, а также из других стран, назвав его «односторонней сдачей позиции» в геополитической борьбе. Государственные СМИ давно уже занимаются травлей Горбачева, называя его «могильщиком» СССР, позволившим Западу себя облапошить. В государственных СМИ бывшие представители властных кругов, вспоминая те события, говорят о «позоре» и «предательстве» по отношению к сотрудникам спецслужб ГДР. Их жертвам при этом слово не предоставляется. Один из свидетелей тех событий на днях побывал в гостях у Немецкого исторического института в Москве. Николай Платошкин, с 1987 по 1992 годы атташе советского, а затем российского посольства в Бонне, говорил о ГДР как об «идиллической стране иммигрантов», раскритиковал «незаконные» демонстрации 1989 года и «уголовное преследование десятков тысяч» бывших граждан ГДР после 1990 года. В действительности же преследование имело место в отношении 753 представителей режима Социалистической Единой Партии Германии (СЕПГ), из которых 40 были приговорены к реальным срокам лишения свободы. Это противоречие Платошкин назвал «глупостью». Такого рода выступления давно уже стали типичными для России. Они вполне соответствуют официальной позиции властей, утверждающих, что Запад на протяжении столетий ведет агрессивную политику в отношении России, которая сможет успешно противостоять ей лишь при условии, что у власти будет стоять не такой человек, как Горбачев, а «сильный лидер» вроде Путина или Сталина. В частности, изменилось отношение россиян к пакту Молотова-Риббентропа 1939 года. Секретный дополнительный протокол к договору предусматривал, что гитлеровская Германия и СССР поделят между собой страны, расположенные между ними. Это должно было случиться после нападения Германии на Польшу (и до ее нападения на Советский Союз в 1941 году). В конце 1989 года Совет народных депутатов СССР раскритиковал этот пакт, назвав его «личной» ошибкой Сталина. В своем «письме полякам» Путин в 2009 году назвал его «аморальным». Это произошло на фоне угрозы дипломатического скандала, который лишь с трудом удалось предотвратить: после кампании в российских государственных СМИ, утверждавших, что Польша несет часть ответственности за начало Второй мировой войны, в Варшаве зазвучали требования исключить Путина из числа участников церемонии в Гданьске, посвященной 70-летию начала войны. МИД России, который уже тогда возглавлял Сергей Лавров, заявил, что «политический и моральный ущерб», нанесенный России подписанием пакта Молотова-Риббентропа, «очевиден». В ходе церемонии в Гданьске Путин назвал договор 1939 года «бессмысленной, вредной и опасной» попыткой задобрить нацистскую Германию. Эту ошибку, по его словам, необходимо признать: «Наша страна допустила ее». Кроме того, следовало ожидать соответствующих признаний «и от других стран, имевших дела с нацистами». Критика в адрес западных «миротворцев» и Польши тоже звучала, но еще не успела уступить место восхвалениям. Совсем иначе дело было в ноябре 2014 года: Путин назвал пакт Молотова-Риббентропа мерой по сохранению мира и задал вопрос: что плохого было в том, что СССР «не хотел воевать»? В мае 2015 года президент сказал, что для Сталина на кону стояла «безопасность Советского Союза», и обвинил в заключении этого договора Париж, Лондон и Варшаву. С тех пор все окружение Путина буквально обязано восхвалять этот договор. Министр культуры Владимир Мединский на 80-ю годовщину его подписания сказал, что это был «дипломатический триумф». Член Совета национальной безопасности и бывший министр обороны Сергей Иванов объявил в свою очередь, что гордится этим пактом. Глава МИД Лавров подчеркнул, что СССР «был вынужден» подписать его, чтобы выиграть время на подготовку к агрессии со стороны Германии. А его ведомство распространило заявление, в котором говорилось, что благодаря пакту Молотова-Риббентропа война для Советского Союза началась «на стратегически выгодных линиях. Через два года население этих территорий подверглось нацистскому террору. Тем самым удалось спасти несколько сотен тысяч жизней». В таких странах, как Польша, где еще живы воспоминания о советской оккупации и сталинском терроре, пропаганда использует пакт Молотова-Риббентропа, предусматривавший «сферы влияния» и избирательный суверенитет, для поддержания среди собственных граждан страха перед новой агрессией. В 2019 году Путина не пригласили на церемонию в Варшаве, посвященную 80-й годовщине начала Второй мировой войны. Так что он не стал утруждать себя тем, чтобы учитывать исторический опыт Варшавы. Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции