СМИ

Россия перешла от слов к делу в поддержке официального Каракаса, направив в Венесуэлу два самолета с военными во главе с начальником штаба Сухопутных сил Василием Тонкошкуровым. Происходящее все больше напоминает сирийский сценарий за тем исключением, что в данном случае Кремль вмешивается, когда Венесуэла еще не разрушена войной, и ее армия не обескровлена годами безнадежного сопротивления. Нужна ли России в ее сегодняшнем состоянии еще одна война далеко за океаном в «мягком подбрюшье» США? Стоит ли режим Николаса Мадуро со всеми его проблемами того, чтобы ради него затевать нешуточный конфликт на «заднем дворе» Соединенных Штатов? Попробуем разобраться. Во-первых, поддерживая законно избранного президента Мадуро, Россия выступает на стороне международного права и защиты суверенитета независимого государства от внешнего давления. Да, в Венесуэле есть огромные проблемы, но венесуэльцы должны решать их сами, без влияния «Дяди Сэма». Во-вторых, есть у России интерес в углублении военно-технического сотрудничества с этой латиноамериканской страной. Каракас уже закупил огромное количество оружия отечественного производства. Размещение полноценной военной базы или нескольких баз было бы интересным вариантом, но по действующему венесуэльскому законодательству это запрещено, да и соседи по континенту будут не в восторге. Впрочем, в будущем расклад может оказаться и иным. В-третьих, ведущие отечественные компании сделали в Венесуэлу многомиллиардные рискованные инвестиции, о чем мы рассказывали ранее. После того, как Москва отказалась иметь дело с Гуайдо, поддержав Мадуро, российский бизнес стал первым в очереди на вылетание из Венесуэлы в случае победы самопровозглашенного президента Гуайдо. Поэтому теперь Кремль, защищая российские инвестиции, будет стоять за Мадуро до конца, о чем мы также уже рассказывали. В-четвертых, для России, страны, зависящей от цен на углеводороды, крайне важно иметь собственный рычаг давления на нефтяные котировки. Поэтому лучше, если небо над венесуэльскими месторождениями, крупнейшими в мире, будут охранять российские С-300, чем американские ЗРК Patriot. Прибытие российских военных во главе с военачальником столь высокого ранга неприятно удивило Вашингтон, где решили ввести новые санкции против Москвы и Каракаса и выделить 300 миллионов долларов на «помощь венесуэльскому народу». Осудила это и Организация американских государств: Иностранному правительству недопустимо иметь программы военного сотрудничества с узурпаторским режимом, который был объявлен незаконными резолюциями и межамериканскими актами. Это также угрожает миру и безопасности в полушарии. Собственно говоря, а как 99 российских военных могут угрожать миру в Западном полушарии? Это даже не 300 спартанцев, американскую армию в случае полномасштабного вторжения они не остановят. Однако все не столь однозначно. Сообщается, что возле столицы Венесуэлы уже развернуты комплексы С-300, чтобы предотвратить возможность «гуманитарных бомбардировок» Каракаса. Есть большая вероятность, что именно опытные российские специалисты сядут за их пульты управления. Их гибель в случае авианалета США или, скорее, их союзников может стать причиной резкого обострения конфликта с Россией, которая вряд ли оставит подобную агрессию без ответа. Поэтому сам факт нахождения российских специалистов в непосредственной близости от систем ПВО Венесуэлы заставит американцев отказаться от нанесения ударов по ним. Также обращает на себя внимание факт прибытия начальника штаба Сухопутных сил. Можно предположить, что это связано с необходимостью организации и подготовки венесуэльской армии к войне с интервентами на земле. Сами россияне по джунглям бегать не будут, но они могут повысить качество организации и управления на новый уровень. Кроме того, на российских офицеров высшего звена Мадуро сможет опереться, в отличие от местных, поскольку хорошо известно, что США активно ведут разлагающую подрывную деятельность в венесуэльских Вооруженных силах среди командного состава. Таким образом, Москва посылает прямой сигнал, что так просто Венесуэлу не сдаст. На примере Сирии можно видеть, что дело может растянуться на долгие годы. Сергей Маржецкий