СМИ

© AFP 2020, Mahmoud ZAYYATСвятой для мусульман месяц — совершенно нездоровое событие, которое каждый год напоминает бал лицемерия, считает ЛГБТ-активист Мехди Аифа. Рамадан стал всего лишь религиозной ширмой, оправданием для всех своих излишеств. Месяц искупления, личной и духовной интроспекции, когда вера должна расти, а все нормы неукоснительно соблюдаться, период милосердия и солидарности… Как ни парадоксально, этот четвертый столп ислама является на самом деле месяцем всевозможных излишеств. Люди пируют как короли, обжираются до тошноты, тратят деньги без счета и даже влезают в долги, чтобы у них каждый день ломился стол, забывая о главном — об умеренности. Такая потребительская горячка влечет за собой противоречащие религиозному писанию растраты. Этот месяц обостряет чувство неудовлетворенности. Сексуальная неудовлетворенность ведет к тому, что в этот месяц воздержания при наступлении ночи проституция в Египте растет на 200%. Некоторые проститутки занимаются этим исключительно в Рамадан. Святой месяц приносит большую прибыль секс-индустрии. Потребление спиртного в мусульманских странах падает (продавать его перестают за месяц до начала Рамадана), но потребление наркотиков растет. Так, по данным, медицинского центра Касабланки, в святой месяц употребляют на 10-15% больше психотропных средств. Во Франции наркоторговля из исламизированных пригородов не прекращается и в Рамадан. Дилеры продолжают работу в полном режиме. Эти мусульмане, которые целый год ведут преступный образ жизни, придерживаются следующего подхода к Рамадану: с рассвета до заката они — ангелы, но с наступлением ночи появляются старые демоны. На самом деле карикатуры точно отображают образ пригородных бандитов, которые устанавливают свои законы в этих неправовых зонах. Эти мусульмане «разговляются» при наступлении ночи фиником, стаканом молока и косяком. Для них Рамадан — всего лишь религиозная ширма, оправдание для всех своих излишеств. Они — участники бала лицемеров, но при этом первыми примеряют на себя роль исламской полиции. Любого, кто отойдет от этой культурной традиции в священный месяц, осудят семья, окружение и вся община… с вполне понятными последствиями. Потому что для этих поборников ислама немыслимо носить имя Мехди, Карим, Абдул или Мунир и не следовать Рамадану в клановой среде, которая может сформироваться в пригороде. Мне жаль всех тех людей магрибского происхождения, которые в душе атеисты, но вынуждены поддерживать мусульманскую видимость, примерять чуждый им образ, чтобы удовлетворить угнетающую систему. Мне жаль всех тех жителей наших «потерянных территорий», которые не могут отказаться отмечать Рамадан и заявить о своем неверии, потому что их имя звучит по-магрибски — другие мусульмане просто не могут такого принять. Мне жаль всех магрибцев, которым приходится есть в тайне от окружающих или дожидаться конца смены, чтобы не попасться на глаза коллегам-мусульманам и избежать порицания сообщества или даже изгнания из семьи. Человек не может быть неверующим в мусульманской семье и в целом в окружении, где ислам является религией большинства. Он станет изгоем, паршивой овцой, от которой будет нужно избавиться. Если вы не разделяете исламскую культуру и веру, но живете в пригороде, этот месяц будет для вас адом. Шашлыки, родео, исламская и арабская музыка до поздней ночи, шумные сборища. Это месяц излишеств, месяц всех проблем для «большинства», которое с течением лет превратилось в меньшинство.