Al Jazeera (Катар): они писали о язычниках на Руси, сжигающих своих мертвецов, о неграх, поедающих людей, а также объясняли табу индусов на убийство коров - «История»

  • 16:01, 17-мар-2020
  • Большой Кавказ / Технологии / Мнения / Видео / Спорт / Культура / Европа / Судьи / Таблица / Мир / Политика / Забайкальский край / Нижний Новгород / Новости дня
  • Edgarpo
  • 0

© CC0 / Public Domain, Wikimedia Commons | Перейти в фотобанкИсторическое наследие мусульманских путешественников, без преувеличения, драгоценно. Автор собрал любопытные наблюдения из путевых заметок самых известных из них: о жестоких нравах булгар, невежестве славян, о нечистоплотности гузов, пьянстве во время похорон, о племенах с острыми зубами, об азарте индийцев и многом другом.

Мусульманские путешественники объехали весь свет. Они пересекали моря, терпели лишения и даже погибали. Те, кто возвращался, рассказывали о культуре и быте других стран и народов. Многие поездки были связаны с политикой, поэтому первыми путешественниками стали министры, гонцы, шпионы и послы. Другие путешествия совершались с иными целями: паломничество, миссионерская деятельность, торговля и наука. Путевые заметки путешественников помогли расширить знания о поверхности земного шара, что позволило историкам, географам и картографам вычислить расстояния между странами и узнать больше о жизни их обитателей.


Мусульмане объехали все побережье Индийского океана или «Великого Восточного моря», как его называл иранский географ Ибн Хордадбех, а также изъездили все земли от Восточной Африки до Корейского полуострова. Они побывали в странах тюрок и русов, Сибири или «Земле тьмы», как описал ее марокканский путешественник Ибн Баттута. Мусульмане путешествовали по Европе или «Аурафи». Такое название ей дал мусульманский путешественник Якут аль-Хамави, который составил «Словарь стран». В путевых заметках мусульманских путешественников встречаются упоминания о галисийцах, франках, немцах, британцах, австрийцах и венграх. Вполне вероятно, что они не добирались до северной части континента, тем не менее мусульманские деньги впоследствии находили в Швеции, Финляндии, Исландии, Норвегии и других северных странах.


Необходимо отметить, что мусульмане хорошо знали Африку, которую называли «Лубия». Некоторые мусульманские путешественники осмелились уйти в «Море тьмы» (Атлантика) на встречу неизвестности. Арабский путешественник Аль-Масуди упоминал о приключениях «юных авантюристов», которые добирались до Канарских островов. Другой арабский путешественник Шихабуддин аль-Умари в своем сочинении «Пути взоров по государствам с крупными городами» рассказал, что султан Мали Манса Абу Бакр II передал престол своему брату Мансе Мусе и отправился покорять Атлантический океан с двумя тысячами кораблей. К сожалению, он так и не вернулся. Он добрался до цели? Кто-то другой добрался? В настоящее время между мусульманскими и западными историками ведутся дискуссии о том, что же произошло на самом деле.

© CC BY-SA 4.0, Hubertl / Wikimedia Commons | Перейти в фотобанкАббасидский историк Аль-Масуди

Возможно, для описания работ Аль-Масуди и Аль-Бируни больше всего подходит термин «география человека» (human geography), предложенный французским востоковедом Андре Микелем (Andr? Miquel). Имеется в виду, что в их понимании география не ограничивалась измерением расстояния между странами и изучением их объектов, а ставила в центр внимания самих людей как предмет исследования. Бельгийский историк Джордж Сартон в своей книге «Введение в историю науки» указывает на роль этих двух ученых, назвав первую половину 4-ого века по хиджре «эпохой Аль-Масуди», а первую половину 5-ого века по хиджре «эпохой Аль-Бируни».


Прежде чем приступить к разговору о подходах Аль-Масуди и Аль-Бируни, их различиях и схожих моментах, необходимо кратко их описать. Их манера повествования о «другом» обусловлена научными познаниями, мышлением, экономическим и политическим положением и даже особенностями характера.


Происхождение Аль-Масуди (он же Абу Аль-Хасан Али бен Аль-Хусейн бен Али) восходит к великому сподвижнику Абдулле бен Масуду. Он родился в иракском Вавилоне, чем очень гордился, но точная дата его рождения неизвестна. Умер он, как утверждает Аз-Захаби в книге «Сияр А`лям Ан-Нубаля», в 345 году по хиджре. По словам Ибн Хаджара, Аль-Масуди был шиитом-мутазилитом. Кроме того, он, судя по всему, был учеником историка Ат-Табари и ссылался на многие его сочинения и историческую методологию, как известно из книги «Китаб ат-танбих ва-л-ишраф».


Сочинения аль-Масуди посвящались различным темам, включая речь, истоки религии, географию и астрономию. Как писал Ибн Хаджар, его «сокровища велики». Наиболее важным произведением историка стала книга — «Ахбар аль-Заман», состоящая из тридцати томов, но до нас дошла лишь малая их часть.


Похоже, аль-Масуди происходил из богатой семьи и путешествовал за свой счет, не преследуя каких-либо политических целей. Согласно его известной книге, единственная задача автора состояла в том, чтобы следовать примеру ученых людей, оставить о себе славную память и систематическим знание.


Он путешествовал по Персии, Синду, Индии, Китаю, восточному побережью Африки и ее островам, а затем по Азербайджану, Армении, Сирии, Леванту и Палестине. Он поселился в Египте, где позже умер, и знал много языков: арабский, персидский, хинди, сирийский и греческий. Как пишет российский востоковед Александр Васильев в своей книге «Византия и арабы», Аль-Масуди заслуживает титула «арабский Геродот», который дал ему Кремер. Он имел в виду австрийского востоковеда Альфреда фон Кремера и его книги об истории культуры на Востоке.


Что касается Абу Рейхана аль-Бируни, то считается, что он родился в 362 году хиджры в хорезмском городе Беруни (нынешняя территория Узбекистана) и умер в 440 году хиджры в Газни, тогдашней столице Газневидского государства (нынешний Афганистан). Он является автором около 180 книг, посвященных истории, медицине, астрономии и другим областям знаний. В молодости вел переписку с врачом и философом Ибн Синой, был верен философской традиции и искусству, и помимо арабского знал греческий, сирийский, хорезмский, персидский и санскрит (а также переводил с этих языков).


Аль-Бируни сопровождал султана Масуда Газневи в его походе на северо-западную Индию, но, как известно, оставался верным себе и не зависел от чужого мнения. Говорят, желавший наградить его за книгу «Канун Масуди» султан послал ему трех верблюдов, нагруженных серебром! Однако Аль-Бируни принес извинения и не принял подарок.


Политические взгляды Аль-Бируни нашли отражение в его книге об Индии «Тахкик ма ли-л-Хинд». Рассказывая о цели своего сочинения, он упомянул «учителя» Абу Сахла 'Абд ал-Мун'има ибн 'Али ибн Нуха ат-Тифлиси, призывавшего Аль-Бируни поделиться знаниями о другой стороне (индийцах), «чтобы книга стала помощью для тех, кто хочет оспаривать их [учения], и сокровищницей для тех, кто стремится общаться с ними». Историк продолжил: «Согласно его просьбе я выполнил это дело. При этом я не делал необоснованных нападок на противника и не считал предосудительным приводить его собственные слова, — хотя бы они и противоречили истинной вере и ее приверженцу было бы неприятно слушать речи противника, — ибо такова вера индийца, и ему она лучше видна и понятна».


Общее в методологии


При рассмотрении методов Аль-Масуди и Аль-Бируни можно обнаружить, что в одних вопросах они были единодушны, а в других их мнения различались.


Оба историка согласны с тем, что цель их книг (в первую очередь, «Мурудж аз-захаб» Аль-Масуди и «Тахкик ма ли-л-Хинд» Аль-Бируни) — рассказать о других народах, не споря с ними и не оценивая правильность их воззрений. Аль-Масуди пишет: «Наша книга — это книга событий, а не исследований и теорий». И эта мысль повторяется неоднократно. Аль-Бируни высоко оценивает объективный подход к историческому изложению без выражения симпатии и лести. О своей работе он писал: «В этой книге нет места полемике и спорам, и я не занимаюсь в ней тем, чтобы приводить аргументы противников и оспаривать тех из них, кто отклоняется от истины. Она содержит только изложение».


Аль-Масуди жил в эпоху споров между народами и несмотря на знатное происхождение, выдвинул важный этический и методологический принцип, согласно которому те, кто имеет знатное происхождение и славу, обязаны не менее ответственно относиться к своим работам, чем все остальные. Другими словами, благородство происхождения не должно негативно влиять на благородство сочинений. Он словно хотел покончить с генеалогическими спорами о превосходстве, зная, что на него претендует каждая нация. Другое дело путешественники, которые смешиваются с другими народами. Разве не Аль-Бируни писал: «Если бы они путешествовали и общались с другими народами, они непременно изменили бы свое мнение, так как их предки не пребывали в такой ограниченности».


Что еще более важно, Аль-Масуди был действительно открыт для мудрости всех народов, так как подробно рассказывал о заповедях персидских царей (в частности, Ардашира и Хосрова Ануширвара), познаниях Индии и Греции, даже если они противоречили заветам арабов и мусульман.


Аль-Масуди так описал племена зиндж в Восточной Африке: «Среди них есть племена с острыми зубами, поедающие друг друга… У них нет закона, к которому бы они обращались; но у их царей имеются некоторые обычаи и приемы политики, при помощи которых они управляют своими подданными». Историк также считает их справедливыми: «Что касается значения названия царей зинджей, а оно — ваклими, то обозначается этим сын великого Господина, так как он избирается на царство, дабы была среди них справедливость. Как только царь становится несправедлив по отношению к ним в своем правлении и отклоняется от истины, они убивают его и запрещают правление его потомкам». Он хвалит их за красноречие и пишет: «Зинджи красноречивы в своих речах, среди них имеются ораторы. И встает какой-либо аскет из их числа, обращаясь к множеству народа с проповедью, внушая им близость к Создателю, призывая их к повиновению ему, пугая его карой и силой его».


Аль-Масуди подтвердил выводы Ибн Фадлана, не упоминая его имени, когда описывал, например, предков русских. По его словам, это невежественный народ, у которого не царя и закона. Тем не менее, в отличие от произведений Ибн Фадлана мы не находим в его словах осуждения. Он взял на себя обязательство избегать этого в явной форме, указав на это в книге «Золотые луга».


Кроме того, аль-Масуди и аль-Бируни сходятся во мнении о необходимости объяснения явлений, поскольку считают недостаточным их изложение без анализа и интерпретации. Первый указывает на то, что рассказывал о жителях Судана Гален: толстые губы, темные глаза, сухая кожа. Однако он не был согласен с тем, что Гален объяснял «живость» суданцев отсутствием интеллекта, и развивал понятие «первопричина», предложенное философом Аль-Кинди.


У Аль-Масуди на особенности народа влияют две первопричины — астрономия и окружающая среда (климат и почва). Сегодня мы можем посчитать такой тезис наивным, так как считаем это лженаукой, но принятие принципа анализа и использование его в ту эпоху является несомненной научной добродетелью. Географические обоснования оставались популярными до недавнего времени, когда больших успехов достигла генетика, а также социальные и экономические науки. Речь идет о французском философе Монтескье, философе Саиде Андалуси и Ибн Халдуне, хотя их взгляды на те или иные народы отличались. Так, Монтескье считал северный холод объяснением хорошего интеллекта и любви к приключениям, в то время как Саид Андалуси видел в нем причину невежества.


Возможно, наиболее близок к действительности оказался Аль-Бируни в своих интерпретациях тех или иных явлений, опередив современных антропологов. Мы имеем в виду его замечания об индийском запрете на забой коров, поскольку он выделяет «политическую» его причину. По его словам, корова — это животное, которое служит человеку, везя груз во время поездок и в сельском хозяйстве, дает молоко и навоз. То есть, запрет на убой был обусловлен экономической выгодой, получаемой благодаря выживанию коров. Она была больше выгоды, получаемой от ее забоя и употребления мяса в пищу. Того же мнения придерживается американский антрополог Марвин Харрис.


Разница в подходах


Что касается различий в методологии двух ученых, то они незначительны и сводятся к следующему.


Оба согласны с тем, что необходимо анализировать факты, а не излагать всю имеющуюся информацию, но их подход к ее проверке различается. Аль-Масуди использует цепочку доказательств и сравнивает различные источники. При этом по его мнению, достоверным является все, что представляется возможным разуму. Что касается Аль-Бируни, то для него возможно все, что существует. Он разделяет возможное, невозможное и действительное.


Так, аль-Масуди сообщает сведения о китах огромного размера или престарелых, которым уже больше трехсот лет. Возможно, именно поэтому Аз-Захаби назвал его автором странностей и чудес. Ниже мы обсудим некоторые преувеличения и ошибки касательно Индии, и сравним их с тем, что писал Аль-Бируни. В целом, очевидно, Аль-Масуди был более осторожным в вопросах географии, нежели обычаев и других особенностей народов.


Что касается Аль-Бируни, то он больше полагался на разум и поэтому объяснял индийское колдовство как своего рода игру, а не попытку обрести невозможное, как думают обыватели. В его рассказах об Индии не упоминаются чудеса, которые в своем сочинении — «Книга о чудесах Индии» — описал Бузург ибн Шахрияр. Таким образом, с точки зрения интерпретации и анализа преимущество на стороне Аль-Бируни, а не Аль-Масуди.


Например, он объяснял идолопоклонство склонностью народа к осязанию, а в других случаях мог не давать никаких толкований, поскольку не видел тому или иному явлению разумного объяснения. Его подход помогает выявить разницу между теоретическими умозаключениями и практическим применением с учетом человеческой природы и политических ограничений.


Как писал Аль-Бируни в отношении наказаний в Индии, как и христиане, индийцы выступают за добро и отказ от зла (принцип ахимсы — ненасилия), подставляя вторую щеку и воздавая врагу добром и молитвами. По мнению историка, это праведное поведение, но не все люди мира — философы. Они невежественные, заблудшие и не ценят ничего, кроме меча и кнута, и поскольку провозгласивший христианство Константин не приемлет ни то, ни другое, без них политика невозможна. Затем он рассказывает о механизмах политического управления в Индии и наказаниях за преступления.


Кроме того, Аль-Масуди и Аль-Бируни подчеркивают необходимость изучения стран. Они не желали ограничиваться изложением фактов, полученных от других, о чем упоминают в своих книгах. Аль-Масуди, например, упрекает тех, кто верит лишь в то, что говорит их народ.


Несмотря на это, он иногда сообщает сведения о странах, которые не посещал, ссылаясь на свое доверие к знаниям местных жителей. Так, рассказывая нам о «стране оазисов» в западном Египте, он пишет, что видел правителя этих мест и расспросил его о них. Кроме того, по его словам, местный правитель взаимодействовал с чужаками и ездил в другие страны.


Комплексный подход и особенности


Аль-Масуди довольно сурово высказывается по отношению к аль-Джахизу. В книге «Города и чудеса стран» он пишет, что Аль-Джахиз «чрезвычайно глупый человек, потому что он не путешествовал по суше или морю. Он не знает ничего про города и царства кроме того, что вычитал в книгах». При сравнении двух арабских писателей необходимо вспомнить слова Аль-Бируни, который однажды высмеял недостаточные знания Аль-Джахиза: «Он думает, что река Мехран (расположенная на юго-западе Ирана) является притоком Нила».


Нельзя отрицать тот факт, что подходы всех арабских исследователей серьезно различаются. Например, Аль-Масуди сконцентрировался на обширной географической области в то время, как Аль-Бируни рассказывает только об Индии. Он постоянно сравнивает Индию с Древней Грецией, а также проводит параллели между верованиями индийцев, суфизмом и христианством ради «поиска точек соприкосновения». Тем не менее он оставался верным изучению определенного региона, что позволило глубже изучить регион, язык, религию и мифологию. Это сделало его заметки наиболее точным и надежным справочным материалом о жизни региона.


Любопытно, что рассказы Аль-Масуди об Индии отличаются от того, что писал Аль-Бируни. Например, Аль-Масуди говорит, что индусам запрещено пить и оскорблять пьющего не из-за религии, а из-за того, что алкоголь лишает их возможности здраво мыслить. А если запьет царь, то он заслуживает того, чтобы быть свергнутым, потому как он не может более управлять страной. В свою очередь Аль-Бируни пишет, что запрет на употребление спиртного существуют только для высших каст, но не для низших (неприкасаемых).


Стоит упомянуть, что Аль-Масуди преувеличивает рассказы об азартных играх в Индии. По его словам, большинство индусов играют в шахматы или кости на драгоценные камни и одежду. Если один игрок исчерпал то, что у него есть, то он продолжает играть, отрезав себе палец. Если пальцы закончились, то он режет ладони, затем руки и другие конечности. К слову, Аль-Бируни нигде не упоминает об этом.


Также Аль-Бируни внес коррективы в рассказ арабского путешественника о существующих в Индии наказаниях за убийство, прелюбодеяние и кражу. Он в мельчайших подробностях рассказывает о вышеупомянутых преступлениях, заостряя особое внимание на самом главном — убийстве коровы. Что касается воровства, то наказание соответствующее: арест, штраф и общественное порицание. А вот за прелюбодеяние наказание следующее: женщина-прелюбодейка должна покинуть дом мужа и отправиться в изгнание.


Ограничения и критика


Надо отдать должное Аль-Бируни за его подход к повествованию о других народах. По моему мнению, эпистемологический урок, который он преподал нам, все еще актуален сегодня. Во введении к своей книге он представил подробное изложение трудностей, связанных с передачей фактов.


1. Несоответствие между источниками информации;


2. Предвзятость, возникающая в результате конфликтов между народами;


3. Ложные сведения с целью доказать превосходство своей нации;


4. Недостоверные сведения о слое населения, которому автор симпатизирует и хочет отблагодарить или же который ненавидит;


5. Недостоверная информация с целью достичь блага или избежать зла;


6. Невежество и подражание предшественникам;


7. Искушение автора превознести себя.


Последнее — самый опасный вид предубеждения, поскольку возникает неосознанно. Перед лицом этих ловушек Аль-Бируни напоминает нам и себе, что честность привлекательна и выше всякой добродетели. По его мнению, долг историка и любого мусульманина — говорить правду самому себе, и такая честность подразумевает большое мужество: «Самое же мужество, возвышающееся над всеми другими его разновидностями, заключается в презрении к смерти».


Кроме того, Аль-Бируни упоминает о препятствиях, мешающих познанию Индии: «Этот народ отличается от нас во всем, что народы могут иметь общего, и прежде всего в языке, хотя такое различие существует и между другими народами. Когда кто-нибудь стремится овладеть языком, чтобы устранить это препятствие, оказывается, что это нелегко, так как он в сущности своей необычайно богат и обширен; он напоминает арабский язык тем, что одна и та же вещь имеет в нем несколько названий, как коренных, так и производных, и что для обозначения разнообразных предметов употребляется одно и то же слово».


«Другая из того же ряда причин заключается в том, что индийцы совершенно отличаются от нас по религии: мы ничего не признаем из того, во что веруют они, и они не признают ничего из того, во что веруем мы. Среди самих индийцев религиозные разногласия редко заходят дальше споров и словопрений, при этом они не станут упорствовать, рискуя душой, телом или имуществом. В то же время они совершенно иначе относятся к тем, кто не принадлежит к их числу. Индийцы называют их "млеччха", то есть "нечистые", и считают недозволенным ни вступать с ними в брачные или родственные отношения, ни сидеть, есть или пить в их обществе, полагая, что этим они оскверняют себя», — пишет историк.


В дополнение к этим препятствиям Аль-Бируни признает трудности, с которыми сталкивается сам и любой другой исследователь. Он неоднократно упоминает, что передает все, что ему удалось узнать, и при этом указывает на разницу двух процессов — изучении культуры изнутри и извне, а это известно не каждому востоковеду!


Рекомендуем


Комментарии (0)

Комментарии для сайта Cackle



Уважаемый посетитель нашего сайта!
Комментарии к данной записи отсутсвуют. Вы можете стать первым!